Летящие сказки - Владислав Крапивин

Мальчик встал посреди комнаты, посмотрел на Диспетчера.

«Сейчас Диспетчер пошлёт его искать Лётчика», — подумал Алёшка.

Диспетчер сказал:

— Ветрогорск — это где?

Мальчик чуть улыбнулся, стал глядеть в сторону и вытянул в трубочку губы: то ли свистнуть хотел, то ли сказать «у-у…».

— Ясно, — сказал Диспетчер. — На карте есть?

— На моей есть, — звонко ответил мальчик.

— Я спрашиваю про нормальные карты, — раздражённо сказал Диспетчер.

— Не-а…

— Сколько времени надо лететь?

Мальчик толкнул ногой планшетку, и она закачалась, будто маятник.

— Кто же знает, сколько времени, — неторопливо ответил мальчик. — Это по-разному получается. Вы же понимаете…

— Ничего я не понимаю в этих ваших штучках… И вообще не хотел я тебя пускать. За все твои фокусы.

— А что я сделал? — невинно сказал мальчик и опять поддел ногой планшетку.

— А кто пикировал на грузовик? Может, я?

— А зачем они украли собаку у ребят?!

— Ты загнал грузовик в кювет.

— Туда ему и дорога.

— Дело могло кончиться несчастным случаем. Ты это понимаешь?

— Вот если бы ребята без щенка остались, это был бы несчастный случай. Это вы понимаете? — дерзко сказал мальчишка.

У Диспетчера стали краснеть уши и нос. А мальчик снова толкнул планшетку носком сандалии и внимательно смотрел, как она крутится на ремешке.

Он Алёшке понравился. Смелый такой мальчишка, хотя и небольшой. Славный. Но разговор его с Диспетчером был Алёшке непонятен. Ясно только, что мальчик что-то натворил, чуть-чуть не вляпался в аварию с каким-то грузовиком, и за это его не хотят куда-то пускать. Может, в кино? В конце концов, это не Алёшкино дело.

«Где же Лётчик?» — думал Алёшка.

Диспетчер сказал мальчику с лёгким рычанием:

— Пер-рестань лягать казённую сумку. И встань как следует, когда разговариваешь с дежурным Диспетчером.

— Есть! — быстро откликнулся мальчик. Ловко бросил на плечо ремень планшетки, сдвинул пятки, поддёрнул свои синие штанишки с клёпками на карманах и опустил руки.

— Вот так, — проворчал Диспетчер. — А то совсем разболтался.

Тихо, но отчётливо мальчик сказал:

— Я стою как следует. Пожалуйста, обращайтесь на «Вы», когда говорите с Лётчиком для Особых Поручений.

«Мамочка!» — ахнул про себя Алёшка.

А у Диспетчера нос и уши стали фиолетовыми. Со скрипом поднялся он из-за стола. Алёшке показалось, что он сейчас зарычит медведем. Но Диспетчер обиженным басом произнёс:

— Слушай-те задание.

— Есть! — сказал Лётчик для Особых Поручений.

— Вам… следует доставить в город Ветрогорск пассажира с Зелёным билетом. И вернуться… Когда… вы… сможете вернуться?

— Трудно сказать. Как получится.

— И вернуться при первой возможности. Понятно?

— Понятно, товарищ Диспетчер. Могу идти?

— Може-те…

Маленький пилот повернулся к Алёшке. Посмотрел серьёзно и сказал:

— Идём. Билет не забудь.

Они пошли к самолёту. Лётчик шагал впереди. Сбивал планшеткой головки ромашек. Алёшке было не по себе.

Лётчик обернулся, остановился и тихо спросил:

— Боишься?

— Да нет… Только я не ожидал. Не думал, что ты — Лётчик.

— Не бойся. У меня хороший самолёт. С ним никогда ничего не случится.

Лишь сейчас Алёшка разглядел как следует его лицо. Ну, обыкновенное лицо, чуточку даже знакомое. Большеглазый такой парнишка, смотрит ясно, без насмешки. Мог бы ведь ухмыльнуться или поглядеть снисходительно: «Что, струсил?» Мог бы погордиться перед испуганным пассажиром: ведь он — Лётчик. Но он ни капельки не задаётся.

— Не бойся. Вот увидишь, долетим нормально.

— Я не боюсь, — успокоенно сказал Алёшка. — Просто я удивился.

— А ты давно в дороге?

— Второй день.

Лётчик засмеялся:

— И всё ещё удивляешься?

— Ага, — сказал Алёшка и тоже засмеялся.

Самолёт был обтянут чем-то серебристым. Хвост и крылья блестели на солнце. А на корпусе тёмные рейки просвечивали сквозь обшивку.

«Игрушка, — подумал Алёшка. — Наверно, одной рукой поднять можно». Однако он уже не боялся. Почти.

На хвостовом стабилизаторе были нарисованы три голубые буквы:

ОСА.

— Это значит: Особая Служба Авиации, — объяснил Лётчик. — И все самолёт называют «Оса». Из-за этих букв. По-моему, глупо. Он и не похож вовсе.

— Конечно, не похож, — сказал Алёшка. — Оса вся полосатая и кусачая. А твой самолёт — красивый.

— Он у меня называется «Стрекозка», — смущённо сказал Лётчик.

Он откинул прозрачный колпак над кабиной, открыл дверцу.

— Садись в заднее кресло. Я мотор запущу.

Алёшка полез в кабину. Самолёт присел и пружинисто закачался под ним. Кресло оказалось жестковатым, пластмассовым, но ничего, сидеть можно.

Лётчик подошёл к носу самолёта. Подпрыгнул, ухватился за лопасть винта и повис, болтая ногами. Лопасть медленно опустилась к траве. Лётчик поднапрягся и качнул её в сторону. Пропеллер вдруг рванулся и сразу почти исчез — превратился в прозрачный круг, пересыпанный кое-где солнечными искрами. Лётчик отскочил и засмеялся. Трава под крыльями полегла и прижалась к земле. Кабина задрожала, наполнилась негромким шумом и стрекотом.

Лётчик подошёл к дверце. Воздух от винта рванул его волосы. Лётчик повернулся к домику, поднял руку. Потом прыгнул в кабину, хлопнул дверцей и опустил колпак.

— Поехали, — весело сказал он.

Глава восьмая

Самолёт взлетел почти без разбега, будто подпрыгнул. Аэродром косо ушёл вниз, и домики сделались крошечными.

Минут десять Алёшка привыкал к полёту. Он и раньше летал с мамой на юг, на «ИЛ-18». Но там было не так интересно и почти ничего не видно. Даже незаметно, что летишь. Только над морем и при посадке слегка покачало. А здесь, вверху, — небо с пушистыми облаками, внизу — зелёная земля с тёмным лесом и светлыми лугами. А по сторонам — горизонт: синий, туманный и такой громадный, что на земле и представить нельзя было.

Самолёт иногда клонился то на одно, то на другое крыло. Порой начинал проваливаться, будто с крутой горки скользил. Но это было совсем не страшно. Даже весело. Мотор стрекотал, как швейная машинка, за стёклами шумел встречный воздух.

Алёшка посмотрел на Лётчика. Пилотское кресло стояло ниже пассажирского и было сильно откинуто назад. Лётчик управлял самолётом почти лёжа. Алёшка видел над пластмассовой спинкой его затылок, плечи и высоко поднятые коленки. Они двигались, когда Лётчик нажимал на педали. Самолёт летел на юг, солнце светило