Шепот бота - Павел Беренсевич

судя по запаху, недавно окрашенной. На полу под металлическим почтовым ящиком лежало несколько рекламок пиццы и других цветных флаеров, что странным образом придало нам уверенности. Мы поднялись на четвертый этаж. Квартира номер тридцать два была прямо напротив лестницы. На двери ничто не указывало на то, что скрывается за ней. Мы постучали. Открыл сам Драбовский. Серые брюки с идеальными стрелками, начищенные до блеска ботинки, динамично стучащие по паркету, рубашка с игриво прикрытым, но все же читаемым логотипом не дешевого бренда, без пиджака, но со слегка ослабленным галстуком – бизнес, большой мир, тяжелая работа.

– Входите, входите! – пригласил он. – Сейчас начнем.

Мы робко вошли и начали снимать ботинки, но шеф нас остановил.

– Бизнесмен без ботинок как слон без хобота, – сказал он отцовским тоном.

Интерьер был чем-то средним между квартирой и офисом: деревянный пол, обувница, старые наклейки с Микки-Маусом на матовом стекле дверей в одну из комнат, но никаких кроватей, шкафов, игрушек и вообще следов обычной жизни. В большой комнате, куда нас провели, единственной мебелью были стулья, расставленные рядами у стены, и белая доска на треноге в углу слева от двери. Часть мест уже была занята. Среди полутора десятка ребят примерно нашего возраста, может, немного старше, мы сразу заметили Бартека и Ушастого. Они даже не стали притворяться, что рады нас видеть. Пробурчали что-то под нос и вернулись к своей беседе.

Рядом с ними мест уже не осталось, поэтому мы сели ближе к доске около высокого худого парня, который сразу же отодвинулся вместе со стулом – то ли чтобы нам было удобнее, то ли чтобы никто не решил, что мы знакомы. Сразу после этого началось обучение. Шеф встал у доски и целую минуту ничего не говорил, только смотрел на нас открытым взглядом, от которого каждому нестерпимо захотелось поелозить на стуле.

– Прежде всего, – наконец заговорил он. – Я хотел бы вас поздравить.

Я мысленно пробежался по своим последним достижениям, безрезультатно пытаясь выбрать то, которое могло бы представлять повод для гордости. Однако шеф избавил меня от хлопот и сам объяснил, с чем нас поздравляет:

– Любой из моих прошлых сотрудников хотел бы сегодня быть на вашем месте. Но дело в том, что мне не нужен любой. Мне нужны лучшие.

Я краем глаза посмотрел на худого соседа. Он выпрямился, потянулся макушкой к потолку и стал похож на тюльпан, который еще минуту назад был подвядшим и вдруг под действием магического удобрения выпрямился и расцвел. Хотя лицо его выражало скромное равнодушие к похвале, глаза выдавали удовольствие.

– Чтобы раздавать листовки, достаточно двух рук, – продолжал Драбовский. – Но это не слишком большое искусство. – Участники обучения захихикали, для этого и была нужна пауза после предыдущего предложения. – Проект, для которого я вас отобрал, требует большего количества компетенций. Креативность, эмпатия, открытость современным технологиям – вот черты, которыми могут похвастаться лишь немногие.

Слова «отобрал», «компетенции», «немногие» он произносил с особым смаком, каждое из них проникало в самую глубину наших нежных душ.

– Мы вступаем в новую эру межчеловеческих коммуникаций, – продолжал шеф. – Маркетинг будущего – деликатный, изысканный, бьющий точно в цель. Людям надоела реклама, которой их забрасывают. Они устали от этой хаотичной канонады. Больше не верят рекламным обещаниям. Затыкают уши, едва услышав коммерческие предложения. Как же говорить, чтобы они нас услышали? Шепотом, господа, шепотом.

Он понизил голос до еле уловимого шелеста, а мы даже задержали дыхание, чтобы не пропустить ни единого слова. Драбовский, как дирижер, позволил стихнуть последним звукам, а потом неожиданно загромыхал:

– Buzz marketing! – Мы аж подпрыгнули. – Buzz marketing! Стратегия шепота. Мы не орем во всю глотку как торговка на базаре, нахваливающая свою петрушку. Мы шепчем прямо в ухо тому, кто осматривается в поиске овощей. Торговые интернет-площадки, форумы, фейсбуки – все это сфера нашей деятельности. Мы на цыпочках обходим все огромное интернет-пространство и шепчем, шепчем, шепчем… А люди? Слушают, слушают, слушают… А потом? Покупают, покупают, покупают…. Или? Голосуют, голосуют, голосуют… И что еще? Сами шепчут, шепчут, шепчут, и наш шепот, даже если сами мы уже давно замолчали, слышен все громче в самых дальних уголках сети. Понимаете всю красоту идеи?

Кажется, не только у меня были проблемы с пониманием красоты идеи, потому что худой паренек рядом со мной поерзал на стуле, будто что-то впивалось ему в поясницу, и простодушно спросил:

– То есть что?

– То есть мы перестаем быть назойливыми впаривателями рекламы, которой никто не поверит. Вместо этого мы становимся доверенными советчиками, – объяснил шеф и, почувствовав, что его энтузиазм как-то недостаточно заводит слушателей, решил перейти к конкретике. – Вы видели в интернете отзывы пользователей о товарах? Звездочки, баллы, комментарии? Люди покупают, тестируют, делятся оценками с интернет-братией, а другие на основе оценок принимают решение о покупке. Реклама их не убеждает, ведь всем известно, что в рекламе правда не важна, в отличие от мнения обычного человека… А если их двое, пятеро, десятеро и все они совершенно не заинтересованы в том, чтобы кого-то убедить? Мы будем поставлять именно такое объективное мнение. Это прекрасная миссия во времена, когда растерянные люди нуждаются в добром совете. Тихом шепоте на ушко.

– То есть мы будем тестировать продукты! – загорелся внезапно Яцек, и все взгляды устремились в его сторону, чтобы через секунду метнуться обратно к шефу.

Тот на секунду будто растерялся, но быстро взял себя в руки и серьезно ответил:

– Безусловно. Мы, как коллектив, – а нас гораздо больше, чем сейчас присутствует, – будем заниматься тестированием и писать отзывы. Только не каждый сразу всем. Часть будет тестировать, а часть, самые способные, займутся коммуникацией. Так делают в любой современной компании. Разделение ролей, специализация сотрудников. Мне жаль тратить ваш талант на долгое и нудное тестирование. К тому же, как бы ты протестировал, скажем… прокладки?

Все захохотали, Яцек, сгорбившись и покраснев, что-то лепетал в свою защиту, но шеф уже держал ситуацию под контролем и четко и ясно объяснял, что тестированием продуктов займется отдел тестирования, а мы можем друг друга поздравить – по результатам нашей работы мы были отобраны в Отдел поддержки решения потребителей.

– Браво! – зааплодировал нам шеф, а когда мы ответили самодовольными хлопками, он вышел из комнаты и через минуту вернулся с подносом, уставленным бокалами с чем-то светлым и пузырящимся. – Молодежная версия, – объяснил он с плутовской улыбкой. – У нас же и коллектив молодой.

Осторожно, чтобы не сломать тонких ножек, мы брали бокалы, и каждый косился по сторонам, ища поддержки у более уверенных в себе соседей.

– За ОПРП! – поднял бокал шеф,