История кружева как культурный текст - Бэлла Шапиро

Немаловажным (и пока недооцененным) источником выступил корпус англо-, франко-, итало– и русскоязычных пособий по профессиональной кройке и шитью, а также по женскому любительскому рукоделию. Они позволяют изучить исторически сложившиеся технологии изготовления кружева и, иногда, их культурную обусловленность.

Особый интерес вызывают издания этого рода, предназначенные для населения, не владеющего грамотой. В целом эта группа источников, насыщенная фактическим материалом, имела высокую ценность для настоящего исследования, являясь объектом внимательного изучения и последующих обобщений.

Неисследованными в контексте истории кружева также являются семейно-правовые акты, сопровождающие совершение брака; это так называемые сговорные записи и росписи приданого[21].

Приданое, состоящее по старинке только из женской одежды и прочего убранства, называлось платно или платенно приданое, приданое платье. В росписях приданое платье обозначалось тремя способами. В первом варианте указывалась только его общая стоимость. Во втором варианте обозначалась общая стоимость приданого платья с выделением наиболее ценных вещей. «1783 г. февраля в седьмый день коллежский советник Иван Сергиев сын, Головин, в роде своем не последний, сговорил я дочь свою, девицу Наталию, Двора Ея Императорскаго Величества за камер-юнкера князь Алексея, княж-Борисова сына, Куракина в замужство. <…> Да в приданство ей же, Наталье, дал движимаго имения: бралиантовых, золотых, серебряных вещей, кружева, платья верхнего золотой, серебряной и шелковой материи и нижняго всякаго звания, и уборов, да разнаго же звания белья… на 17 тысяч р.»[22] (здесь и далее в текстах росписей сохранена орфография оригинала. – Б. Ш.).

Иногда приданое платье имело подробную роспись. Так, в записи сговорной вдовы обер-комиссара Василия Федорова сына Дудорова Татьяны Давыдовой на дочь гостиной сотни Алексея Федорова сына Карабельникова Анну в замужество за купца Петра Павлова сына Калинина от 27 августа 1762 года упоминаются «четыре огажантов кружевных, в том числе одни огажанты блондовые, да дюжина подманжетников, в том числе двое шитых, 100 р.; две мантили флеровые, в том числе одна с блондами, два крагина[23] с сырцовым кружевом, 11 р.; полдюжины чепчиков на голову блондовые, в том числе один камартковой з белым кружевом, 22 р… чепчик дамской камартковой с кружевом, белой, 13 р… Всего того приданого по цене на 3263 р.»[24]

Отметим, что тексты росписей со временем имели тенденцию к упрощению и сокращению, и наиболее подробные росписи обширного приданого принадлежат представителям элиты и относятся к XVIII веку. Так, роспись приданого княгини Н. Б. Долгоруковой (урожденной Шереметевой) от 1744 года содержит свыше шестидесяти пунктов, касающихся только одежды и украшений. Были в том приданом и кружева: «9 пар мужских манжет кружевных, дамских манжет с воротниками 4… Фантанжа кружевная с прибором целой гранитур… Пондишпан серебреной на юбку… Выжиги старого кружева, весу 2 фунта… 6 сорочек Голандских и Валендорских дамских, в том числе одна с кружевом… Всего вышеписанного приданого вещей, золота, серебра и проч. по цене на 14 471 р.»[25]

Еще более представительным было приданое другой представительницы рода Долгоруких – Ирины Петровны (урожденной Голицыной). Кроме обыкновенных для приданого позиций – платья, белья, теплой и холодной верхней одежды, украшений, – оно включало также придворные платья, дорожную одежду и одежду для купания[26].

Так или иначе, приданое платье в росписях обыкновенно выделялось отдельной позицией. В список прежде всего включались предметы роскоши или наиболее престижные предметы женского гардероба. К ним относились, во всех сословиях, во-первых, ювелирные украшения, во-вторых, головные уборы и, в-третьих, теплая или нарядная верхняя одежда, а также кружева, оформленные в виде ангажантов или фонтанжей, в виде манжет[27], или кусками (срезками). У сверхбогатых дополнительно отмечались одежды из золото-серебряной материи и золото-серебряные же кружева[28].

Мужские кружевные вещи, что на первый взгляд кажется несколько необычным, также упоминались среди имущества невесты. Мужская одежда изредка включалась в состав росписей в случае, когда дочь покидала родительский дом, и довольно часто, если мужчина входил в семью невесты. Наиболее часто в перечень входили домашняя одежда, нательное белье и галантерейные вещи. Две последние категории, согласно актуальной моде, декорировались кружевом, что в обязательном порядке отмечалось в росписях.

Так, «в награждение» за брак с камер-фрейлиной Елизаветы Петровны Авдотьей Денисовной Разумовской камер-юнкеру графу Андрею Алексеевичу Бестужеву-Рюмину полагались «четыре дюжины мужских рубах, из которых одна дюжина с брабантскими кружевными манжетами» и девять спальных шапочек, также отделанных брабантским кружевом[29].

Отцом княжны Ирины Петровны Голицыной при выдаче ее замуж за князя Сергея Петровича Долгорукова в 1717 году были приготовлены: «Белье. Сорочки и протчее князь Сергию Петровичу. Дюжина сорочек верхних галанского полотна вороты и манжеты с круживом. Шесть сорочек с манжеты кружевными. Шесть сорочек того ж полотна. Дюжина исподних сорочек галанского полотна. Дюжина кружевных галстуков, в них один с кистьми жемчюжными. Дюжина галстуков кисейных… Шесть шапок с кружевом камортковых (из тонкой голландской материи. – Б. Ш.)»[30]. Последняя роспись представляет особенный интерес для исследования: из всех рассмотренных документов именно она содержит наиболее богатый ассортимент мужских кружевных вещей: манжет, воротников, галстуков и спальных колпаков (упомянутых под названием шапок).

Вышеприведенные документы, с очевидностью говорят о том, что семейно-правовые акты, сопровождающие совершение брака, заслуживают включения в ряд ценных, но малоизученных источников по истории кружева. В то же время заметим, что ни одна группа источников, взятая в отдельности, не дает полного и достоверного представления о кружеве какой-либо эпохи; только сопоставление всей совокупности источников дает исследователю достоверный результат.

Из всего массива исторических источников автором книги было отобрано то, что наилучшим образом характеризует не только нарративную историю русского и западноевропейского кружева, но и раскрывает особенности его бытования как культурного текста.

В первую очередь издание предназначено для специалистов по истории культуры, костюма, моды и текстиля. Предложенные материалы могут найти применение в профессиональной деятельности музейных работников, реставраторов, искусствоведов, специалистов антикварного рынка, художников театра и кино, художников-модельеров. Оно также имеет важное прикладное значение, позволяя квалифицированно атрибутировать музейные и антикварные предметы: не только собственно кружево, но и фотодокументы, живописные произведения и т. д.

Кроме того, проделанная работа позволила очертить проблемы, которые, по нашему мнению, могут стать предметом дальнейших, более специализированных исследований. В частности, были лишь обозначены, но не стали предметом серьезного анализа и обобщения вопросы из области источниковедения и историографии проблемы, а также из истории кружева как системы национальных индустрий и многие другие.

Глава 1

Ранние формы кружева

По общепринятому мнению, кружево, то есть «ажурный орнамент, созданный путем различного переплетения нитей и существующий самостоятельно, без какой-либо тканой основы»[31], появилось в странах Западной Европы на рубеже XV–XVI веков. До этого здесь были известны различные виды ажурной вышивки и других кружевоподобных работ, которые по технике исполнения находятся по большей части между вышивкой и кружевом[32].

Шов по выщипу. Это одна из самых старинных форм протокружева[33]. Наиболее ранние образцы работ в этой технике, как и прочие первые кружевоподобные работы, в западноевропейской культуре широко распространяются только с XVI века; однако на Востоке, в частности в Иране, шов по выщипу был известен и ранее этого времени[34].

Узор в этой технике образуется путем удаления (выщипывания) отдельных участков нитей в ткани. Образовавшиеся отверстия плотно обшиваются. В пределах обшитого отверстия размещается ажурный, обычно геометрический узор. Работа выполняется иглой, петельным швом. Зачастую шов по выщипу комбинируется с вышивкой «белым по белому».

Шов по выдергу. Старинное название этого способа работы – punto tirato (от итал. tirare – тянуть); в русской традиции он называется «мережка».

Для получения узора