Sex Points. Революционная методика по восстановлению здоровой сексуальной жизни - Бат-Шева Маркус

мало описаний романтических отношений, много внимания уделяется рабству и доминированию. Но, думаю, это слишком узкий подход к проблеме. Вот что, на мой взгляд, происходит. Женщины (и мужчины) возбуждаются от того, что их хотят. Быть желанными. Отчаянно нужными. Нас дико заводит мысль, что наша уникальная, волшебная сексуальность неотразима. Мы хотим быть желанными настолько, чтобы наш любовник сходил с ума от нетерпения. И вот в чем проблема: часто, когда постоянный партнер добивается нас, мы находим это раздражающим, он надоедает, как комар, зудящий и зудящий, не желающий останавливаться. Итак, вот что следует иметь в виду. Мы хотим быть желанными и настолько сексуальными, чтобы партнер жаждал обладать нами. Но для многих женщин это возбуждающе, только если исходит от альфы, кого-то, кого мы считаем превосходящим нас, от кого-то «достойного», кто может заполучить любого, но хочет именно нас. Мы не стремимся быть желанными для тех, кому будет с нами удобно, комфортно от нашего присутствия. И нас определенно не заводит, когда нас добивается кто-то, кого мы считаем ниже себя, или объективно нежелаемый!

У меня нет прямых данных на этот счет. Но есть возможность заглянуть в психику сотен женщин, с которыми я общаюсь, и картина начала сходиться, когда я прочитала совершенно блестящую книгу «Миллиард злых мыслей». В 2011 году неврологи Оги Огас и Саи Гаддам использовали доступные интернет-данные и онлайн-поиск, чтобы понять не то, что женщины и мужчины говорят… а чего в действительности хотят и что ищут. Это поражает воображение, книга перевернула многие привычные представления о сексуальном желании людей. Правда в том, что очень трудно получить достоверные данные о сексе. Далеко не все любят отвечать на вопросы анкеты о столь личном, а если и отвечают, то лгут. И не только интервьюеру, но и самим себе. Зато поисковые запросы в интернете не врут, и, проанализировав относящиеся к сексу, определив, кто что ищет, можно увидеть реальные данные. (Например, если знаем, что люди ищут определенные кроссовки, видеоигры и музыку и являются 17-летними мальчиками, можно понять, что они на самом деле ищут в сексуальном плане.)

Когда Огас и Гаддам изучали поисковые запросы женщин, они не были поражены тем фактом, что женщины не потребляют традиционное порно. В этом ничего удивительного. Однако количество обращавшихся к романтическим/сексуальным историям поразило. Число женщин, читающих романтические рассказы, сравнялось с числом мужчин, просматривающих порно онлайн! И что же они нашли? «Одним из самых фундаментальных и влиятельных психологических признаков для женщин является неотразимость: ощущение сексуальной желанности». Далее в книге говорится, что «за последнее десятилетие сексуальные вампиры, похотливые оборотни и разнообразные сверхъестественные твари заменили простых смертных в качестве самых популярных героев и героинь романов», именно потому, что «сверхъестественные мужчины», альфы среди альф.

Психологи Мэриэнн Фишер и Тами Мередит проанализировали названия 15 019 романов, опубликованных с 1949 по 2009 год компанией Harlequin, крупнейшим в мире издателем подобных произведений. В их список 13 наиболее распространенных профессий героев романов вошли ковбои, принцы, врачи, солдаты, короли и шерифы: «В изданиях на Amazon насчитывается 415 миллионеров, 286 миллиардеров и 263 шейха, включая „Секретарша миллионера“, „Невеста-девственница миллиардера“ и „Девушка из гарема, секрет шейха“». В моей собственной выборке из 10 344 оцифрованных романов с 1983 по 2008 год не было героев, которые были бы воспитателями в детском саду, дворниками или бухгалтерами — за исключением одинокого героя-бухгалтера в романе 1983 года «Не думай о страсти».

Следующая остановка: «50 оттенков серого», роман 2011 года. У Кристиана Грея были машины, квартиры, вертолеты, баснословное богатство и внешность, он мог иметь любую женщину, какую пожелал, но желал ЕЕ. Что может возбудить больше, чем мужчина, способный иметь любую, но желающий ее!

Чтобы выразить свою точку зрения: чтобы это возбудило, мы должны быть желанными кем-то, кто, как мы считаем, в достаточной степени ценен для нас, чтобы быть достойным наших поисков! Исследования показывают: женщины хотят быть желанными. Довольно самовлюбленно, если спросите меня. Мы хотим быть желанными, но хотим быть разыскиваемым кем-то, кто может иметь кого угодно. Честно говоря, это кажется немного мелким, разве нет? Плохие новости. Ваш эротический ум не чувствует особой ответственности ни за политкорректность, ни за самые сокровенные ценности. У него собственная логика. И что еще хуже, желание, которое я описываю, подходит довольно близко к понятию «объективированность».

Давайте о ней и поговорим. Индустрия красоты растет быстрее, чем когда-либо прежде. По данным Business Insider, продукты красоты оцениваются в $532 млрд (по всему миру). Будем честны: мы тратим эти деньги вовсе не на то, чтобы стать более духовными и святыми, а чтобы выглядеть привлекательно и, да, сексуально. Нам неловко признавать это, особенно феминисткам; однако многих заводит ощущение себя привлекательными и объектом желания. К сожалению, дополнительно усложняет данный факт то, что для этого кто-то должен воспринимать нас исключительно по внешности и по этой причине нас желать. Подобный подход требует определенного количества объективации. Но часто мы ненавидим то, что это нас заводит. Мы думаем, это глупо, мелко и… честно говоря, опасно. Может быть, действительно так. И да, это сложно! Но это не должно быть столь сложным. Вернитесь на минутку к началу.

Большинство женщин не хотят, чтобы с ними обращались просто как с телом или объектом, лишенным чувств, мыслей, ценностей, потребностей и желаний. Многие из нас глубоко обеспокоены тем, что в популярной культуре говорится, будто наши тела и сексуальное «я» — то единственное, что имеет значение и ценится. Я нахожусь на передовой сопротивления. Однако (здесь нужно научиться мыслить нестандартно) это не значит, что в нашей жизни не может быть моментов, когда нам нравится быть объективированными. Когда объективация берет верх над нашей жизнью или ожиданиями общества, это может быть действительно ужасно. Но если объективация живет внутри дышащих, живых, взаимно любящих отношений, она может функционировать. Это хорошо, просто сложно.

Вот еще одна сложная часть головоломки: мы не хотим признавать, насколько сильно некоторых женщин отталкивает, когда их партнер кажется обиженным и нуждающимся в вопросах секса. Мы не хотим признаваться себе, что нужды партнера вызывают отвращение, что воспринимаемое нами как «жалкая потребность» в ласке иногда может вызывать скорее отвращение, чем возбуждение. Но в этом есть определенный смысл, не так ли? Если человек так сильно нуждается в нас, он теряет определенную ценность. Это возвращает к старой фразе Гручо Маркса: «Я не хочу принадлежать ни к одному клубу, в который меня примут!» Внезапно супруг чувствует себя большим неудачником, чем Кристиан Грей. Это нехорошо. И тогда, в дополнение к