Бывшие. Дочь для монстра - Дарина Вэб

Гордей переводит взгляд на губы и нервно гипнотизирует. Обводит большим пальцем мою нижнюю губу, спускается к подбородку, чуть ниже... Захватывает шею рукой и пригвождает к стене:

— Завтра... Даю тебе время до завтра. Вечером приедешь ко мне на ночь. Не приедешь... Я сделаю твою жизнь невыносимой.

Убирает руку с моей шеи и идёт к двери. Останавливается, проводит руками по волосам:

— В конце рабочего дня едем на радиостанцию. Если хочешь, поедешь с нами. Если нет, тогда привезу Карину до девяти вечера домой. Если нужна будет помощь с зачислением в другую школу — скажешь. Я всё устрою. — выходит из кабинета и хлопает дверью.

Я стою, как прибитая возле стены и не знаю, что делать. Если Гордей начал подозревать, то и Карина с ним вдогонку.

От босса я отделалась, а как быть с Кариной?

23 глава

Юля

После ухода Гордея у меня опустились плечи, руки, настроение, желание что-то делать. Я обречена!

Сказанные им слова только подтверждали мои опасения, что жизни мне не будет, пока я не подчинюсь.

Гордей хочет власти над всем, что движется рядом с ним. А я не хочу в каббалу. Я не игрушка!

Придётся действовать быстро и решительно, а пока отбрасываю все мысли и доделываю работу с холодной головой.

Окрылённая Карина забежала в мой кабинет к концу рабочего дня. Ей нравится то, что происходит. Нравится, что рядом безбашенный босс, который с ней на одной волне.

Только в этой тройке, я осталась без права на голос. Если запрещу Карине общаться с Гордеем, она устроит мне бойкот. Если не сделаю так, как хочет Гордей, он устроит мне весёлую жизнь.

Я полностью обезоружена и подавлена. Кажется, стоит сделать шаг и меня расстреляют на месте.

Доигрываю роль послушной марионетки до конца вечера. Еду с Кариной и Гордеем на радиостанцию. Пока они отрабатывают в эфире, я сижу в кафе и плачусь подруге.

— И что будешь делать? — спрашивает, когда моё красноречие подходит к концу.

— Я не знаю, Насть. Но делать что-то нужно. Гордей избавил меня от коллекторов, но загнал в долги перед ним. Он очаровал Карину. Я просто в ужасе от того, что происходит. — прикладываю ладонь ко лбу и вздыхаю.

— Может, поживёте у меня? Ты найдёшь работу, а со временем он про вас забудет. — предлагает вариант.

— Этот не забудет. У него везде подвязки. Насть, он бандит, понимаешь? Работу мне здесь не найти, я уже пыталась. — отметаю её предложение.

— Так, ладно. Мужик он видный. Ну, дай ты ему разок, и он отвалит. — понеслась.

Когда у неё заканчивается фантазия, она начинает предлагать всякую чушь.

— Насть, ты себя слышишь? Ты что несёшь? — смотрю на остывший кофе и продолжаю слушать её потуги.

— Юлька, смотри. Мужик богатый, всё сделает для тебя и дочки. Хочет тебя. Ну хоть для здоровья сходи к нему. Заодно жизнь наладишь. — в голове не укладывается.

— Ты вообще моя подруга или Гордея? — спрашиваю, чтобы до неё дошло, что для меня такое неприемлемо.

— Да ладно, я пошутила. Слушай, кажется, придумала. — аж завизжала от удовольствия.

— Ну... — подгоняю её.

— Завтра приходишь на работу и говоришь, что у тебя эти дни начались. Оттягиваешь время вашего слияния, а за это время мы что-нибудь придумаем. — да уж, так себе идейка, но хоть что-то.

— Ладно, хоть на несколько дней, но я буду защищена. Думай дальше, стратег. Они уже идут, мне пора. — отключаю вызов и жду, когда дочь добежит до меня.

— Мама, это было круто! Я хочу стать ведущей! — заявляет с ходу и садится рядом.

Гордей присаживается с другой стороны и подзывает официанта. Дочь заказывает еду, а я смотрю в глаза Гордею.

Такое ощущение, что он раздевает меня глазами. Уже видит, как я приезжаю к нему и отрабатываю роль, отведённую мне в его постели.

А мне хочется выплеснуть на него весь свой негатив, который я могу передать только взглядом, потому что портить отношения с дочерью из-за её недопапаши не хочу.

— Что-то не так? — хитро улыбается мне в глаза.

— Всё так. Но я устала и хочу домой. — отворачиваюсь, устремляя всё своё внимание на дочь.

— Мам, я быстро покушаю и поедем. — умоляет глазами.

— Конечно, я подожду. — отвечаю ей.

Карина начинает рассказывать, как ей понравился ведущий, какие каверзные вопросы он задавал и что у неё всё получилось без запинки.

— Ты знаешь. — начинает Гордей. — У Карины хорошее будущее. Спортсменка, языкастая, да ещё и красотка. Вся в мать. — внимательно смотрит на меня.

— Гордей Сергеевич, если я сделаю работу в кратчайшие сроки, вы сможете выплатить мне премию сразу? — перевожу тему и выясняю подробности на будущее.

— Ты имеешь ввиду ту работу, которую начала сегодня? — даже при дочери не хочет упоминать про губернатора, знает, что дети болтливые.

— Да. — верчу чайную ложку в руках.

Когда я нервничаю, мне нужно что-то перебирать руками. Иначе я начинаю паниковать.

— У тебя есть долги? — выпытывает, для чего я так тороплюсь.

Хитрый сукин сын. Всё хочет знать, не удивлюсь, если у него есть на меня досье.

— Да, кредиты, их срочно нужно выплатить. — отмазываюсь я.

— Не переживай, завтра... завтра вечером я закрою все твои кредиты. — ещё раз намекнул о своём настоятельном предложении.

— Нет, я сделаю это сама, с премии. — настаиваю я.

— Горыныч, а ты что решил приударить за мамой? — влезла в разговор любопытная дочь.

Гордей посмотрел на дочь и улыбнулся:

— Твоя мама, свободная женщина. Почему бы и нет. Или ты против? — прищурился.

— Ты мне нравишься. Но если обидишь маму, я буду мстить. Понял? — грозно тычет в него пальцем.

— Договорились. — протягивает руку дочери, шутя.

Карина подставляет кулак, Гордею приходится сориентироваться и сжать руку в кулак. Они ударяют кулаками и оба смотрят на меня так, что хочется спрятаться за менюшкой и не видеть их обоих.

— Карина, нам уже пора. — подгоняю её, не обращая внимания на их договор.

— А если завтра я твою маму заберу на свидание? — решается Гордей на решительный шаг.

Я округляю глаза и перевожу взгляд с дочери на босса:

— Гордей Сергеевич, это перебор! — злюсь на его наглость.

Но Гордей гипнотизирует Карину, а Карина подмигивает ему, тем самым давая добро.

— Всё! С меня хватит! — поднимаюсь с места. — Поехали домой. — обращаюсь к Карине.

— Мам, ну ты чего? — не поняла она моей реакции.

Насколько я поняла дочь, я должна была сейчас радоваться тому, что она одобрила Гордея.