Босс для пышки. Роман по контракту - Татьяна Романская

Мой вопрос остался без ответа, и я глубоко вздохнула. Опять, опять я позволила мыслям об этом мудаке поглотить мое сознание.

Вдруг дверь моего кабинета со скрипом отворилась. Затаив дыхание, я ждала увидеть, кого же нелегкая ко мне принесла. Только бы это был не Щеголев…

Глава 26

Майя

— Адель! — Удивленно вскрикнула я.

— Ты ожидала увидеть кого-то другого?

Улыбаясь, она подошла к моему столу. За те несколько раз, что я встречалась с Адель, я кое-что заметила. Она была слишком наблюдательной. Я бы даже сказала проницательной. Обмануть ее было практически невозможно.

Или же дело не в ней, а во мне. Не удивлюсь, если у меня все чувства на лице написаны.

— Да нет, — хмыкнула я, стараясь ничем не выдавать себя. — Просто я тут такой в запарке, что была уверена, это какой-нибудь негодник хочет мне еще дел подкинуть, а тут ты.

— Не переживай, я тебя не обижу, — хитро подмигнула мне она.

— Только попробуй, — воскликнула я, выпятив грудь вперед.

Мы обе громко рассмеялись. Мне нравилось, что с Адель можно было вести себя запросто.

Окинув взглядом мой кабинет, она довольно улыбнулась.

— У тебя здесь очень мило. Сразу видно, никакой мужской руки.

— Спасибо.

После этого мы обе неловко замолчали. Видно было, что Адель хочет перейти к какому-то разговору, но пока на это не решается. Я побарабанила пальцами по столу, желая хотя бы немного разрядить обстановку.

— У тебя все хорошо, Май? — чуть понизив голос, спросила она.

— Нормально, — резко ответила я. — Нет, правда, все хорошо, — словно оправдываясь, быстро прибавила я.

Адель была в курсе всего, что произошло между нами с Рустемом, кроме его последней фразы. Почему-то я посчитала, что это ей знать необязательно.

Она пристально посмотрела на меня слегка прищурившись, после чего подошла ко мне ближе.

— Май, ни один человек не должен что-то делать по принуждению. Если тебе некомфортно или тяжело, бросай все и уходи.

— Нет, — быстро отрезала я.

Адель нахмурилась.

— Почему нет?

— Все в порядке, я же сказала.

— Май, ты не выглядишь как человек, у которого все супер.

— Дель, ты прости, конечно, но я не хочу об этом говорить. И вообще, я бы не хотела обсуждать Рустема, сегодня у меня совершенно нет настроения сплетничать.

Морщинки между ее бровей стали глубже, но, спустя несколько секунд, на лице Адель вновь появилась привычная улыбка.

— Понимаю. Он тот еще засранец. Что его обсуждать? Только настроение портить.

Я кивнула, с трудом сдерживаясь, чтобы не спустить накопившийся гнев на Адель.

К счастью, она быстро перевела тему.

Деля принялась рассказывать, какое замечательное украшение несколько дней назад подарил ей муж, и даже дала примерить мне кулон.

Только вот с каждой минутой мой дискомфорт усиливался, и я понять не могла почему.

И еще один вопрос терзал мое сердце: почему при упоминании имени Щеголева мое сердце начинало отплясывать чечетку, румбу и сальсу одновременно?

Глава 27

Рустем

Майя не только стол мне на день рождения накрыла, но и подарки приготовила, чтоб ее!

В одном пакете был кожаный ремень, в другом новый портфель, который я уже несколько месяцев собирался приобрести, но руки никак не доходили.

Я ужасный человек. Честно.

Неожиданно, но после того, как я наехал на Майю, я чувствовал себя дико виноватым перед ней.

Я горько вздохнул.

Хорошо еще подарки в припадке не выбросил, а то бы вообще жесть. Спасибо Ирине, она аккуратно сложила их в моем гардеробе.

Я сам виноват в том, что Майя сейчас шарахалась от меня, как от прокаженного. Ну, правда: ты готовишься, выбираешь подарок, накрываешь на стол, а тебя покрывают трехэтажным и еще указывают, где твое место в этом доме. Как она еще не сбежала-то…

Я не винил Майю.

Я знал, что накосячил, но никак не находил возможности исправить сложившуюся ситуация: Еникеева убегала после конференций и собраний, вела со мной диалог исключительно через Волкова, а если мы и пересекались мельком, то общались дежурными фразами или кивками.

Майя готовила все документы заранее. Она оставляла мой кофе на журнальном столике в четко обозначенное время. Она вдруг стала до тошноты идеальной, раздражая меня еще сильнее.

Даже в квартире она не высовывала нос из своей комнаты. Майя не шумела, не выходила завтракать и ужинать. Ее вообще как будто не было.

В куче подарков была и еще одна вещь, которая лежала чуть отдельно от остальных, — наша старая семейная фотография, где мы все были безумно счастливы. Кажется, это был мой день рождения лет восемь назад. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, от кого этот презент.

Адель.

Значит, Майя не одна мне праздник готовила. От этого я офигел еще больше. Я могу понять, почему это сделала Майя, но Деля…

Какая же я мразь, вот честно!

Даже спустя столько лет семья заботилась обо мне, хотя я отгородился от всех и начал существовать параллельно. Я до сих пор чувствовал их любовь, хотя ее и не заслуживал.

Я ужасный сын. Я был ужасным мужем и отцом.

У меня была прекрасная жизнь: красавица-жена, карьера шла в гору, пусть неторопливо, но зато уверенно. Я собирался достичь еще больших высот, подниматься все выше и выше. А главное, рядом всегда были близкие люди.

Маша всегда хотела быть учительницей. Она уже два раза поступала на педагогический, но то брала академический отпуск, то просто отчислялась. Все понять не могла: ее ли это? Поладит ли она с детьми? Сможет ли стать им надежным другом и наставником?

В Машу я влюбился сразу.

Ее светлые волосы, пронзительные голубые глаза, легкая улыбка и милые ямочки на щеках свели меня с ума. В ее лице я обрел возлюбленную, но самое главное, — надежного друга.

Маша умела озарять своим светом все вокруг, и моя жизнь рядом с ней становилась краше. Все трудности, которые встречались у меня на пути, меркли. Рядом с Машей все было легко и просто.

Но как только я достиг пика, все рухнуло.

Я настолько сосредоточился на работе, что просто забил на семью. Я игнорировал тех, кто был рядом и поддерживал меня. Я подвел всех.

Я… Я полный урод.

Однако, как бы грустно мне ни было, я должен признать, что план с журналистами сработал. Про Машу все забыли, переключив свое внимание на Майю.

Негромкий, я бы