Это ты мне? Как писать захватывающие диалоги для кино и сцены - Линда Сегер

Harry): «Валяй, порадуй меня!» Кто не помнит слова Ретта Батлера: «Честно говоря, моя дорогая, мне наплевать!» Кому не случалось, глядя в зеркало, повторять вслед за Трэвисом из «Таксиста» (Taxi Driver): «Ты МНЕ это говоришь?»

Идеальный диалог словно мячик, которым герои играют в пинг-понг. Для киносценария особенно важно, чтобы этот мячик всегда находился на одной половине игрового стола ровно столько времени, сколько нужно, чтобы сделать накат, срезать или отбить его. В других литературных жанрах, к примеру в романах и пьесах, могут встречаться очень длинные диалоги (если же вы Джеймс Джойс, можете написать несколько сотен страниц диалога от первого лица, как в «Улиссе», Ulysses).

Можно ли научиться писать идеальные диалоги?

Многие утверждают, что научиться писать диалоги невозможно. Мы так не считаем. Хотя, конечно, здорово, если у вас особый слух к тому, как разговаривают люди. В диалоге используются те же элементы, что и в музыке, — звучание, ритм, динамика, контрапункт, — а также языковые средства: грамматика, пунктуация и синтаксис. Если вы умеете ходить, то способны и научиться танцевать. Если умеете говорить и слушать, то научитесь писать диалоги. Если вам по силам написать письмо, значит вы справитесь и с романом или сценарием. Это умение, которое можно в себе развить и, как в любом другом умении, в нем совершенствоваться. Приближаясь к совершенству, вы в итоге выходите за рамки ремесла, и рождается искусство.

Чтобы написать идеальный диалог, нужно проявлять настойчивость, неустанно подыскивая нужное слово или фразу, сколько бы черновиков для этого ни потребовалось — десять, двадцать. Хорошие писатели стремятся к тому, чтобы диалог выглядел как обычный спонтанный разговор. Однако никакой разговор в художественной литературе не рождается у писателя спонтанно. Постоянно оттачивая реплики, можно добиться, чтобы диалог звучал в устах героев как музыка. Великие мастера диалога — скажем, Дэвид Мэмет, Гарольд Пинтер, Сэмюэл Беккет и Тони Моррисон — стремятся свести его к минимуму, в котором раскрылась бы суть персонажа. Они убирают все лишнее, вместо того чтобы добавлять и раздувать: меньше значит лучше.

В романе «Возлюбленная» (Beloved) Тони Моррисон очень быстро переходит к сути: «Любовь или есть, или ее нет. Легкая любовь — это вообще не любовь».

Гарольд Пинтер намеренно заставляет актера делать паузы, чтобы зрители успели проникнуться словами героя. Он славится своими паузами и моментами молчания, а также умением сказать многое немногими словами. Самое главное — подтекст и то, как он преподносится. В пьесе «Предательство» (Betrayal) и в одноименной экранизации Джерри и Эмма замедляют диалог, чтобы успеть пережить эмоции, которые они испытывают.

Эмма. И представляешь, что я узнала... этой ночью? Что он предавал меня много лет. У него были... другие женщины.

Джерри. Не может быть! Ну и дела! (Пауза.) Но ведь и мы его много лет обманывали.

Эмма. Вот и он — обманывал меня много лет.

Джерри. И я не знал об этом.

Эмма. Я тоже не знала[1].

Разумеется, есть и многословные авторы, герои которых говорят бесконечно, например Пэдди Чаефски, Дэвид Милч, Аарон Соркин, Теннесси Уильямс, Джордж Бернард Шоу и сам Уильям Шекспир.

Прочтите вслух знаменитый монолог из фильма «Телесеть» (Network) по сценарию Чаефски. Обратите внимание на повторы, ритм, растущий гнев. Возможно, вы захотите ознакомиться с текстом всей речи, но и этот фрагмент прекрасно демонстрирует разницу между двумя подходами к написанию диалогов.

ГОВАРД

Мне незачем вам объяснять, что дело плохо. Все отлично знают — дело плохо. Сейчас депрессия. Все остались без работы или боятся ее потерять. Приходится отдавать доллар за то, что стоит десять центов. Банки рушатся. Владельцы магазинов держат под прилавком оружие. На улицах бесчинствует шпана, и никто, похоже, не знает, как с этим справиться, и конца этому не видно...

Нет уж, я вас в покое не оставлю. Я хочу, чтобы вы пришли в ярость! Я не толкаю вас на протесты. Я не подбиваю вас на бунт — не требую, чтобы вы писали письма своим конгрессменам, потому что не представляю, что посоветовать вам написать. Я не знаю, как справиться с депрессией, с инфляцией, с русскими и с уличной преступностью. Я знаю лишь одно: первое, что вам нужно сделать, — прийти в ярость. (Кричит.) Вы должны заявить: «Я человек, черт подери! Моя жизнь чего-то стоит!»

Итак, я хочу, чтобы вы встали. Хочу, чтобы все вы встали со стульев. Вставайте сию минуту и идите к окну. Откройте его, высуньте голову наружу и прокричите: «Я в ярости и больше не собираюсь этого терпеть!»

Говард Бил говорит много. Однако в отличие от любительской болтовни «бесконечные» реплики в диалогах у больших писателей достигают цели! Тщательной проработкой они добиваются, чтобы читатель или зритель проделал нужный путь через безбрежные, как океан, излияния героя.

Как этому научиться?

Слушайте, как люди разговаривают друг с другом, особенно в конфликтной ситуации. Записывайте сказанное, а затем пытайтесь переписать диалог, чтобы сделать его сильнее. Пытайтесь уловить ритм в том, как люди общаются, — как они перебивают друг друга, как меняют свои намерения ради того, чтобы добиться желаемого, как маскируют свои истинные цели, чтобы вести за собой, обманывать, убеждать, манипулировать, соблазнять, задабривать, очаровывать, опровергать аргументы, высказывать требования... и все это ради того, чтобы удовлетворить какую-то скрытую потребность.

Собирайте и храните тексты услышанных диалогов, которые вам понравились. Возможно, однажды какой-нибудь из них пригодится. Это может быть диалог детей, болтовня подростков или забавная фраза, брошенная одним из супругов другому в приятную минуту.

Всегда держите смартфон под рукой и будьте готовы включить запись. В любой момент можно встретить человека с необычным словарным запасом, диалектом или ритмом речи. Возможно, именно такой речью вам захочется наделить персонажа, которого вы описываете сейчас или захотите описать в будущем.

Всякий раз, когда пишете диалог, читайте его вслух. Так вы заметите места, где слегка сбивается ритм, диалог буксует или становится неудобопроизносимым. Это относится как к романам и рассказам, так и к киносценариям и пьесам. Даже если читать про себя, мозг улавливает ритм и членораздельность слов и фраз. Когда этот мысленный поток прерывается, нарушается и восприятие читателем сюжета.

Встретить персонажа мечты можно когда и где угодно

Как-то раз в самолете, следующем из Атланты в Лос-Анджелес, Линда познакомилась с женщиной с очень яркой речью. Настолько яркой, что Линда многое поняла о диалоге, просто слушая