Шестеро против Шекспира. Печальные комедии современности - Елизавета Д. Комарова

папку и принимается писать, внося паспортные данные Виктора. Первый пристав, перешагивая через хлам и мусор, как аист, осматривает квартиру.

(Победно.) Так, есть контакт. Пиши, телевизор плазменный, широкоформатный, марка «Тошиба». Дивиди плеер, марка «Пионер»…

Виктор. Он не работает.

Первый пристав. Ну конечно. Записал дивидшник? Второй пристав. Зафиксировал.

Давид(неожиданно). Перфоратор.

Первый пристав. Что перфоратор?

Виктор(шипит). Заткнись, предатель.

Давид(громко, по-пионерски). Перфоратор еще есть. Вон лежит.

Виктор. Стукач хренов!

Первый пристав. Перфоратор не заноси в реестр. Если не секрет, на что кредит брали, Виктор Семенович?

Виктор(мрачно). На ремонт.

Первый пристав(оглядываясь). И как же так вышло? Виктор (еще мрачнее, язвительно). Недоделал! Недоделал, ясно?! Вот вы что, все всегда доделываете?

Второй пристав(с достоинством). Я – все доделываю. Виктор. А вот я не успел. Дел других много!

Первый пристав. Ну, на первоначальном этапе мне все ясно пока. (Обращаясь ко Второму приставу.) Рома, ты там все? Второй пристав. Почти уже, ага.

Первый пристав. Ну давай, закругляйся. Значит, фиксируй сегодняшний улов: телек тошибовский и дивидишник пионерский. (Хлопает в ладоши и выделывает коленце.)

Валентина смотрит на Первого пристава в ужасе.

Вот так они и жили.

Спали врозь, а дети были.

Виктор(мрачно). Торжествует эсэсовец.

Приставы слаженно и профессионально отсоединяют технику и несут к выходу. Открывается дверь, на пороге Елена – мать Виктора. На локте у нее висит дорогая сумка из кожи аллигатора. В руке, естественно, смартфон с дорогой отделкой под леопарда.

Второй пристав (подходя к Виктору с протоколом). Вот здесь подписать необходимо. Протокол об изъятии.

Виктор молча и злобно подписывает.

Елена(ожидая отчета, властно). И-и-и?

Валентина (прыгает прямо через комнату к Елене). Елена Федоровна, они описали телевизор и все уносят!

Елена(спокойно). Ну это я вижу. Это же судебные приставы, с действующим постановлением суда, а вы их в квартиру сами пустили. Что теперь, драться с ними? Привет, Давидик.

Давид. Здрасьте, здрасьте, Леночка.

Елена и Давид довольно игриво целуются.

Виктор. Не переживай, Валь. Ника Вуйчича от нас забрали, но, похоже, сейчас начнется порно. Под названием «Потрясающе счастливая жизнь».

Второй пристав(неожиданно ласково). Вы только не ругайтесь тут без нас. Все это наживное, сегодня нет, а завтра снова появится, главное, что вы есть друг у друга.

Елена(неожиданно придя в бешенство). Слышь, гуманист! Я тебе сейчас башку разобью! А ну вали отсюда, побирушка!

Первый пристав(формально). Оскорбление должностного лица при исполнении – это штраф до пятидесяти минимальных…

Елена (в бешенстве). Пошли вы оба на хер остюда!!! Первый пристав. Так, пора на Профсоюзную. Пошли, Ром.

Приставы ретируются, забрав с собой конфискат.

Елена(успокоившись). Ну и чем вы тут все занимаетесь?

Виктор. Возлияниями и непристойностями.

Елена. То-то и оно. Как обычно. Матери уж плесни.

Виктор наливает. Выпив, Елена очень быстро становится сентиментальной.

Золотой был мальчик, кудри до плеч, все на тебя любовались. И учился хорошо.

Виктор. Видимо, где-то недоучили, мама. Опять «недо» какое-то.

Елена. Вот посмотри на Давида. И ты бы так смог. Виктор. Что я там в нем не видел! Пьет и жрет. И наркотики принимает. (Сердито.) Что ты там жрешь?!

Давид(недоуменно). Первитин, скорость. С вискарем. То же, что и ты.

Виктор. Нет, буквально, что ты ешь? Что ты закладываешь в свой рот и жуешь?

Давид. Кольца кальмаров по-шанхайски. Очень вкусно. Елена (со слезами в голосе). Золотой был мальчик. Недоглядела я.

Валентина. Это мой косяк, Елена Федоровна. Я недосмотрела, все своей карьерой занималась. (Принимается рыдать.)

Виктор. Да хватит вам, в конце концов. Устроили конкурс плакальщиц.

В дверь звонят.

Я не могу больше. Дайте покоя.

Елена. Я открою.

В отпертую Еленой дверь входят соседи: огромные, безликие, бесформенные, с маленькими головами и огромными ступнями. Невозможно определить, какого они пола. Но говорят на удивление вежливо и мелодично.

(Ни к кому конкретно не обращаясь). Парад уродов продолжается.

Виктор. Если вы хотели посмотреть шоу Ника Вуйчича, боюсь, шарашка прикрыта. Телика больше нет. У нас осталось только бухло, наркотики и кольца кальмара.

Давид(дожевывая, поучительно). По-шанхайски.

Незаметно для всех Давид оглаживает спину Елены. Та игриво отмахивается.

Первый сосед. Мы ваши соседи (один показывает наверх, как бы объясняя, где он живет, а второй вниз и вбок.)

Давид(вызывающим тоном). И что?

Второй сосед. Видите ли, каждый божий день мы очень рано встаем по работе.

Виктор. Ну так и вставайте.

Первый сосед. И мы очень хотим спать.

Виктор(раздражаясь). Так спите. Или это нужно сделать именно здесь?

Второй сосед. Извините, пожалуйста, но вы нам не даете этого делать…

Елена. Мы?! Да мы вас знать не знаем. Видеть не видели. Первый сосед. Вы шумите.

Виктор (с деланым изумлением). Мы тише мышек в норках. О чем ты, любезный?

Второй сосед. Вы… вы… (Пауза, как если бы ему было немного неловко произносить следующее.) Вы перфорируете.

Виктор(вдруг гордо, как десантник в фонтане). Ах, это? Да! Я перфорирую! У меня ремонт, который нужно до-де-лать. Мне это нравится ничуть не больше, чем вам, но я вынужден перфорировать и день и ночь! И день и ночь. (Все больше распаляясь.) И если мне будут мешать перфорировать (хватает с пола перфоратор наперевес, как автоматчик), то я заперфорирую и вас и все вокруг! (Включает перфоратор на полную мощность.)

Все бросаются врассыпную и из квартиры. Виктор неистово дрелит стену, потом выбивается из сил и падает на любимый диван. Перфоратор стихает.

КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

Там же. Виктор осоловело сидит, опустив голову на руки. Перфоратор выключен и лежит на полу. Заходят Валентина и Давид. Чуть позже заходит и Елена с таким выражением лица, будто ничего из происходящего ее уже не сможет удивить.

Давид(тревожно). Старичок, ну ты как там?

Виктор(пауза). Нормально.

Давид. Мало того, что ты нас всех перепугал, так эти жирные ублюдки…

Валентина. Которые, кстати, действительно твои соседи. Давид. Да, так вот, эти жирные ублюдки, они хотели вызвать полисменов.

Виктор принимается от души смеяться.

Виктор. Слово-то какое смешное – «полисмен». Ха-ха-ха! Давид. Старичок? Давай-ка полегче.

Виктор. Да и сам я смешон.