Peer Gynt / Пер Гюнт - Генрик Ибсен

моя,

Прежалкий род и, в сущности, канальи…

Презлющие вдобавок! Ты представить

Себе не можешь, как они надули…

Гм… я хочу сказать – как согрешили!

Ну вот, ты так им и ответь на просьбу

И – в пляс опять.

Пророк забыться хочет,

Прогнать досадные воспоминанья!

Девушки

(танцуя перед ним.)

Пророк так добр! Он огорчен,

Что дети праха впали в грех.

Пророк так добр! Простит он всех,

Всем двери в рай откроет он!

Пер Гюнт

(следя глазами за пляшущей Анитрой.)

Как дробь по барабану, отбивает

Ногами такт… Гм… лакомый кусочек!

Положим, формы несколько выходят

Из норм законных строгой красоты…

Пикантны лишь. Но красота?.. Ведь это

Условное понятье, дело вкуса;

От времени зависит и от места.

Пикантность-то и дорога нам, людям,

Когда нормальным сыты мы по горло.

Привычное нас больше не пьянит.

Лишь крайность – худобы

или дородства,

Иль юности иль старости – способна

Ударить в голову, а середина

Лишь вызвать тошноту способна. Правда,

Не очень-то опрятны эти ножки

И ручки… а особенно одна…

Но это тоже ничего не портит,

Скорей, напротив, прелесть придает.

Поди сюда, Анитра!

Анитра

(приближаясь.)

Повелитель,

Твоя рабыня слушает тебя!

Пер Гюнт

Ты так мила. Растрогала пророка.

Не веришь – доказательства я дам:

Ты будешь гурией в раю. Довольна?

Анитра

О, это невозможно, повелитель!

Пер Гюнт

Ты думаешь, что я тебя морочу?

Клянусь, я говорю совсем серьезно.

Анитра

Да у меня же нет души.

Пер Гюнт

Получишь.

Анитра

Откуда?

Пер Гюнт

Это не твоя забота.

Я воспитанием твоим займусь.

Души нет! Да, ты пустовата, правда, —

Я это уж заметил с сожаленьем, —

Но для души в тебе найдется место.

Поди сюда! Я череп твой измерю…

Я так и знал, что хватит. Ну, конечно,

Особенно серьезной ты не станешь,

Души великой не вместишь в себе;

Да наплевать!

С тебя довольно будет

И маленькой, чтоб быть не хуже

прочих…

Анитра

Пророк так добр…

Пер Гюнт

Ну, что же ты замялась?

Анитра

Я лучше бы хотела…

Пер Гюнт

Говори!

Анитра

Я о душе не очень беспокоюсь;

Ты лучше дай мне…

Пер Гюнт

Что?

Анитра

(указывая на его тюрбан.)

Опал вот этот.

Пер Гюнт

(в восторге, протягивая ей опал.)

Анитра! Евы истинная дочь!

Меня к себе влечешь ты, как магнит, —

Мужчина я; а как сказал когда-то

Какой-то уважаемый поэт:

Das ewig Weibliche нас привлекает!

Пальмовая роща перед шатром Анитры. Лунная ночь. Пер Гюнт с арабской лютней в руках сидит под деревом. Борода у него пострижена и вообще он стал на вид значительно моложе.

Пер Гюнт

(поет, аккомпанируя себе на лютне.)

Свой рай я запер на замок

И взял ключи с собою;

И ветер с севера повлек

Тихонько к югу мой челнок,

А вслед глядели мне с тоскою

Красотки, брошенные мною!

И вот принес меня мой челн

На берег пальм отлогий;

Здесь взял и сжег я старый челн,

Ненужный для песчаных волн,

И новый, годный для дороги,

Добыл челнок – четвероногий!

Как птица, я на нем сидел, —

Лови меня, Анитра!

Ты слаще сока пальм и роз

И молока ангорских коз!

Услышь меня, Анитра!

(Вешают лютню через плечо и подходит ближе к шатру.)

Все тихо. Слышит ли меня красотка?

Вняла ли страстной песенке моей?

Глядит, пожалуй, из-под занавески

И без фаты и без… уборов прочих?

Тсс… что за звуки? Словно вылетает

Из горлышка бутылки пробка

с треском?..

Еще, еще! За разом раз! Не вздохи

Любви ли это? Нет, как будто пенье?..

Нет, просто явственный довольно храп!

Он слаще музыки! Анитра спит!..

Умолкни, соловей! Будь проклят, если

Ты помешаешь щелканьем своим…

А впрочем, пусть его поет и свищет —

И соловей певец любви, как я,

И он сердца на звуки песни ловит.

И эта ночь прохладная для песен

Любовных будто создана нарочно!

Да, песни – наша сфера: и моя,

И соловья. Для нас обоих петь —

«Самим собою» быть, дышать и жить!

А в том, что спит она, – вся соль блаженства;

Ведь это то же, что бокал с вином

Держать у губ своих, не отпивая!

Но что я вижу? Да, она сама!

Вот это все же лучше, что явилась!

Анитра

(из шатра.)

Мой повелитель! Ты ль зовешь тут ночью?

Пер Гюнт

Ну да! Пророк зовет.

Давно проснулся —

Такой скандал тут подняли коты

В своем охотничьем азарте…

Анитра

Ах,

То не охотничий азарт – похуже.

Пер Гюнт

А что же?

Анитра

Пощади!

Пер Гюнт

Хочу я знать!

Анитра

Краснею я.

Пер Гюнт

(подходя ближе.)

Не то же ли, чем полон

Был я, когда опал тебе дарил?

Анитра

(с испугом.)

Тебе ль себя равнять, о свет востока,

Со старым влюбчивым котом?

Пер Гюнт

Ну, если

Взглянуть на нас с любовной точки зренья, —

Пророк и кот один другого стоят.

Анитра

Твои уста мед шутки источают.

Пер Гюнт

Дитя, как девушки другие, видишь

В великих людях только оболочку;

По ней одной и судишь их. К примеру

Меня взять: я большой шалун… тем боле

Наедине с тобою! Принужден

Лишь в силу положенья своего

Я днем носить серьезности личину;

Я связан саном, долгом; я обязан

Со многим ведь, дитя мое, считаться;

И делает меня все это часто

Пророчески угрюмым, кислым – впрочем,

Лишь на словах… Но прочь весь этот вздор!

Наедине с тобой – я просто Пер,

Таков, каков я есть на самом деле;

Бери меня таким, пророка ж – в шею!

(Садится под дерево и привлекает ее к себе.)

Сюда, Анитра! Отдохнем под пальмой!

Шептать тебе я буду на ушко,

А ты с улыбкой мне внимать; потом

Мы поменяемся с тобой ролями:

Зашепчут губки свежие твои,

А я тебя с улыбкой слушать буду!

Анитра

(ложась у его ног.)

Как песня – каждое из слов твоих,

Хоть я и мало что в них разумею.

Скажи, владыка, обретет ли душу,

Внимая им, твоя рабыня?

Пер Гюнт

Душу

И свет ума и знанья – все успеешь

Ты получить потом. Когда заря

Печатать золотом начнет на алых

Полосках неба… словом, днем даю я,

Дитя мое, уроки и тогда

Займусь я и с тобой, не беспокойся.

Но выступать с остатками потертой,

Изношенной