Звезда за облаками - Artyr Gor

для них стала покупка разнообразных продуктов. Походы на рынки и в гастрономы превратились в отдельный ритуал. Так как график выступлений и репетиций часто сбивался — бывало, что поужинать удавалось лишь поздно ночью после концерта, а обед припадал на самый разгар дня, — Со Ын забила свой маленький кухонный уголок самыми лучшими снеками и ингредиентами. В комнате всегда стояли свежие чеджуские мандарины, спелые хурмы, свежайшие консервы с морепродуктами, упаковки элитного корейского рамёна, сушёные анчоусы, кунжутное масло и разнообразие пикантных панчханов.

Артём часто подсказывал ей простые, но сытные и полезные рецепты, и по ночам в мансарде витал божественный аромат свежеприготовленного тёплого супа или сочного мяса с рисом от разогретых полуфабрикатов.

Но самым главным изменением стало то, как Со Ын начала расцветать внешне. Впервые в жизни у неё появились деньги и время на то, чтобы ухаживать за собой как за настоящей артисткой.

По совету Мин Джи, Со Ын зашла в хороший салон красоты на Синчхоне. Ей сделали аккуратный, элегантный маникюр — ногти спилили до ухоженной формы и покрыли прозрачным защитным лаком. Мастер в салоне долго восхищалась её длинными, музыкальными пальцами и невероятно гладкой кожей. Там же ей помогли подобрать правильные уходовые средства для лица: мягкие увлажняющие кремы, пенки для умывания с женьшенем и питательные эссенции.

Сбалансированное, сытное питание, отсутствие постоянного стресса, профессиональный уход за кожей и волосами сделали свое дело. Четырнадцатилетняя Со Ын на глазах превращалась в изумительно, фантастически красивую девушку!

Её густые, плотные, угольно-чёрные волосы в идеальном пышном каре блестели под светом уличных фонарей как полированный агат. Кожа лица очистилась, обретя фарфоровую прозрачность и здоровый, нежный румянец от зимнего морозца. Большие, глубокие карие глаза с длинными густыми ресницами смотрели на мир со спокойным достоинством и мудростью, а тонкие, изящные черты лица казались выточенными лучшим скульптором.

Прохожие на улицах Синчхона и Хондэ всё чаще оборачивались ей вслед. Молодые люди замирали у витрин кафе, когда она проходила мимо в своём элегантном синем пальто, с гитарой за спиной и лёгкой, загадочной улыбкой на губах.

Она больше не была той испуганной, худенькой беглянкой из провинциальной деревни. Со Ын стала настоящей юной красавицей — рослой, статной, грациозной, с той редкой природной аристократичностью и магнитизмом, которые невозможно купить ни за какие деньги.

Она стояла у окна своей тёплой мансарды, укрывшись новым пушистым пледом, и смотрела на падающий за стеклом кружевной снег. До Нового 2001 года оставалось всего пара дней. В кармане лежал солидный капитал, в деревенском доме дедушка с бабушкой уже разворачивали посылку с новым Anycall и скрытыми вонами, а впереди их с Артёмом ждал грандиозный, яркий и совершенно новый этап жизни — музыка, рэп-читка на Синчхоне и восхождение на вершину модельного и актёрского олимпа!

Все эти недели предновогоднего ажиотажа, между концертами в залах, визитами в салоны красоты и уютными вечерами в мансарде, у Со Ын и Артёма была одна общая, страстная и почти неуловимая идея-фикс. Они искали звук. Не просто маленький портативный магнитофончик, который тихим писком озвучивал бы комнату, а настоящий, мощный, тяжёлый уличный бумбокс — такой, который смог бы пробить плотный шум сеульских перекрёстков, скрежет тормозов автобусов и выкрики зазывал на Синчхоне.

Артём прекрасно понимал: их следующий шаг на улице — это не только тихие акустические баллады. Чтобы по-настоящему захватить Синчхон и Хондэ в новом году, им нужен был плотный басовый «кач», ритм-секция, под которую Со Ын сможет читать рэп, выдавать сочный R&B и работать с микрофоном на полную грудь.

Но на практике они столкнулись с неожиданной и поистине мистической проблемой. Настоящие качественные бумбоксы из Сеула будто испарились, продавали один хлам.

Дважды в неделю Со Ын отправлялась в настоящие поисковые экспедиции. Они обшарили буквально все комиссионные магазины, пыльные ломбарды и скупки электроники в округе. Они исследовали огромные, лабиринтоподобные ряды рынка Енгсан — гигантского мегаполиса техники, где на тысячах квадратных метров громоздились горы телевизоров, плат и кассетных плееров. Они пешком обошли подвальные лавки Сеун Санга в центре города и блошиные лотки у станции Синчхон.

Результаты были удручающими. В ломбардах попадался либо совсем дешёвый китайский пластиковый хлам, который хрипел и захлёбывался даже на средней громкости, либо старые, разбитые японские магнитофоны восьмидесятых годов с зажёванными лентопротяжками, сгоревшими динамиками и выломанными разъёмами для микрофонов. Новых и мощных моделей просто не было в наличии — их либо моментально разбирали уличные танцоры брейк-данса, либо цены на них в официальных салонах зашкаливали за какие-то совершенно нереальные, космические суммы.

— Артём-а… Такое ощущение, что кто-то специально скупил все нормальные магнитофоны во всём Сеуле! — с досадой говорила Со Ын, выходя из очередного тёмного ломбарда на Хондэ, где хозяин лишь развел руками. — Мы обошли уже тридцать магазинов. Неужели придётся петь без минусовок и микрофона?

В её разуме зазвучал задумчивый, но не теряющий оптимизма голос Артёма:

«Не паникуй. Найти хорошую технику — это всегда был квест. То, что продаётся в обычных лавках, нам все равно не подходило. Нам не нужна пищалка, нам нужен монстр. Компактный, с автономным питанием от батарей, с глубоким, качающим басом и обязательно с чистым микрофонным входом без задержки. Если нет в ломбардах — значит, надо смотреть на частном рынке. Люди часто продают почти новую технику, когда им срочно нужны деньги или когда вещь оказалась слишком громкой для маленькой квартиры».

Они уже начали присматриваться к совершенно новым моделям через рекламные буклеты, откладывая деньги с последних университетских концертов. Но мечта казалась далекой… пока всё не решил случай.

В один из морозных, солнечных дней двадцатого декабря, когда Со Ын возвращалась из салона красоты через соседний с Хондэ жилой квартал Мапо, её взгляд случайно зацепился за деревянный фонарный столб у перекрёстка. На нем, среди обрывков рекламных листовок репетиторов и объявлений о съёме комнат, висел свежий, написанный от руки чёрным маркером листок бумаги.

Со Ын подошла ближе, разгибая воротник своего синего пуховика, и вслух прочитала строки:

«Продаётся срочно! Японская акустическая система-бумбокс JVC RD-MD5 серия Kaboom. Состояние почти новое, мощнейший бас, вход для микрофона и гитары. В комплекте отдам американский вокальный микрофон Shure Lyric с кабелем. Все вместе — 300 000 вон. Звонить с автомата или приходить по адресу: Мапо-гу, переулок 4, дом 12».

В сознании Со Ын голос Артёма буквально взорвался ликующим, громким криком:

«СО ЫН! СТОП! Замри! Прочитай еще раз!