Академия подонков - Тори Мэй

первом попавшемся месте, ни разу не подняв взгляда на других студентов. Увижу Ясногорскую — не сдержусь и швырну в нее толстенный учебник по праву.

Пытаюсь сконцентрироваться на иностранных терминах, но вместо этого прокручиваю в голове диалог с Дамианом.

Для чего он прибежал в деканат, раз так меня ненавидит и мечтает выкинуть отсюда? А его так называемая помощь и расплата за нее и подавно меня смешит.

Решаю, что это лишь громкие заявления, и его угрозы ограничиваются лишь разорванным платьем.

В такой уверенности я пребываю ровно до того момента, пока не пытаюсь устроиться на подработку в кондитерскую в студенческом городке, которую мне посоветовала Рената…

10. Дамиан

— Подъём, нахрен, — мне в морду выплескивается стакан ледяной воды.

Перед глазами плывет Илай, который застегивает запонки, очевидно собираясь на дебаты, и я осознаю себя на диване в общаге пацанов.

— А завтрак в постель? — хриплю ему.

— Платьем позавтракаешь, животное, — цедит тот. — Объяснишь, это было?

Блядь, платье. Нащупываю его под собой и верчу тряпку перед глазами.

В голове мелькают обрывочные картинки: вот я иду по коридору, вот уже прижимаю Полину, вот мне прилетает по лицу, вот Фил запихивает меня под душ.

Втягиваю носом запах ее шмотки и отлетаю. Нормально так Пчёлка меня отлупила.

Вспоминается, как мне однажды досталось от нее в детстве, когда я из вредности постриг ее куклу, обидевшись, что она не хочет со мной играть. Почему-то становится смешно.

— Че ты ржешь? Ведешь себя, как дворовый пес, который с цепи в курятник сорвался.

— Можно не орать? — подает голос Фил. Выглядит он не лучше моего.

— Алкаши, бля, — цедит Илай. — Чтобы в первом ряду сидели через… — он сверяется с часами, — через два часа.

— Придем с цветочками на твое поражение, не переживай, — стряхиваю с себя воду и принимаю сидячее положение.

— В моей победе можешь не сомневаться, — Илай затягивает галстук так, будто удушить себя собрался. У него всегда такая странная реакция на интеллектуальные схватки с отбитой Ренатой Сафиной.

— Бушар, как ты сел? Мне так хреново, — воет Фил.

— Семейное дело обязывает, — хмыкаю и тянусь к полусдохшему телефону, прокручивая уведомления.

Глаз цепляется за месседж Дэна.

— Бля, Баженову уже в деканат вызвали с утра пораньше.

— Че так? — Филу удается приподняться на локтях.

— С Ясногорской зацепилась, — подрываюсь, натягивая брюки. — Вставай давай, к Едокии пойдем.

— Идея побесить Дусю неожиданно бодрит, — констатирует Фил и вместо университетской формы натягивает худи с капюшоном.

— Скажи-ка, Дамиан, — Илай наблюдает за нашей спешкой, — твой план мести Баженовой изначально включает в себя помощь бедняжке или это чистая импровизация щас?

— А че такое? — затягиваю ремень и накидываю рубашку.

— За Малиновской ты так не бегал, когда ее по деканатам таскали из-за стычки с Логиновой.

— Там ее папочка бегал и челом бил.

— Че пристал, Белый, никогда не влюблялся, что ли? — угарает Фил, натягивая ботинки.

— Нет, — категорично отрезает Белорецкий.

— Идите оба нахрен! — возбухаю. — Баженова должна мне доверять, а для этого девочку нужно спасти, — отвечаю неопределенно и выметаюсь по направлению к деканату.

Там устраиваем представление, и я забираю Полину, оставляя деканше «любимого» пасынка.

Филипп считает деканшу разлучницей их семьи и всячески портит жизнь, поэтому он для Евдокии как криптонит для супермена.

Отыгрываем на отлично. И что я получаю от Полины за свою помощь? Фак в морду.

Блядь, она допрыгается, и я тоже суну ей в лицо фак, только самый настоящий.

Вместо благодарности одни возмущения, никакого уважения. После разговора с ней плетусь пожрать чего-нибудь, занятия на сегодня все равно проебаны.

«Не надо меня защищать!» — передразниваю ее медовый голосок.

Хочу и защищаю, блядь, я че спрашивать должен, что ли? Бесит!

Но больше всего меня выхлестнуло это:

«Ты не мог бы просто отвалить от меня? Сделать вид, что я умерла? Тебе же как-то удавалось последние четыре года!»

Она в край охренела делать вид, что я не писал ей тех сопливых писем, ни на одно из которых она не удосужилась ответить, выбрав сторону своего папаши.

При первых семейных проблемах с бизнесом отец забрал у меня телефон, сказав, что потом я поблагодарю его за это.

Он уже тогда понимал, что никому из Баженовых больше нельзя доверять, и не позволил нам, детям, продолжить общение. А я, наплевав на гордость, строчил ей послания от руки.

— Дамиан! — меня нагоняет рассерженный звук голоса Илоны. — Ничего не хочешь мне объяснить?

— Не имею такого желания, — не меняю траектории движения. Жрать мне хочется больше, чем видеть ее лицо.

— Почему Баженову называют твоей девочкой, я не поняла? — она берет меня за локоть, пытаясь развернуть на себя.

— А есть кто-то другой, кого нужно так называть? — одергиваю руку. Ненавижу, когда меня трогают без спроса.

Малиновская поджимает губы, подавляя гнев.

— Я, Дамиан! Я! — она тычет себя в грудь. — Мне общажные сказали, ты ночью к ней в комнату ломился! Ты позоришь меня перед всеми таким поведением.

— Давай кое-что проясним, Илона, — раздражаюсь. — Я сделал тебе великое одолжение, затащив на пару наших вечеринок, где ты присосалась к Ясногорской, а потом и к моему члену, прямиком из деревни получив свой звездный статус. У меня нет с тобой отношений, и сроду не было, так что не еби мне мозги.

В ее глазах вспыхивает ярость, но, будучи живучей паразиткой, которая не станет рисковать своим местом в нашей тусовке ради минутного каприза, она лишь подергивает плечами.

— Значит, ты теперь с Баженовой?

— Это значит, что ты свободна, — валю прочь. — Остальное — не твоего ума дело.

Ненужные женщины вытягивают колоссальное количество энергии.

Заедаю свое недовольство и похмелье в местной кондитерской, где ближе к обеду подают основные блюда. Скоро напротив меня падает довольный Фил и мы заказываем все, что имеется в меню дня.

Краем глаза замечаю окрашенную напополам башку сумасшедшей Сафиной, которая вырядилась в официальный костюм. С ее пирсингом по всему лицу ей бы больше подошла кольчуга, но дебаты — дело серьезное.

В спешке она покупает два кофе с собой, а потом обращается к владельцу:

— Тём, к тебе сегодня-завтра девочка моя подойдет насчет вакансии, Полина зовут. Можешь ее рассмотреть первым делом? — просит она парня за кассой.

— Не вопрос, нормальная она?

— Ага, бойкая, — Рената забирает сдачи, а потом замечает нас с Филом в углу и усмехается, наверняка, вспоминая мое вчерашнее нашествие. А потом гаденько добавляет: —Любого козла на место поставит.

Мое лицо вытягивается.

Баженова! Рассказала уже! Ну, пиздец тебе!

Как только Сафина уходит, подхожу к пареньку.

— Чем-то помочь, Дамиан? —