An ordinary sex life (OSL) - Астердис

эти внешние интересы, не теряя тебя. Многие другие люди, состоящие в серьезных отношениях, чувствуют себя в ловушке, потому что хотят заниматься другими делами, но чувствуют, что не могут».

      «Я не хочу становиться еще одними Дэниелом/Элейн».

      «Я знаю, я знаю. И мы ими не будем», заверила меня Аврора. «Но даже зная, что ты дал мне разрешение и продемонстрировал абсолютную преданность ждать, пока я буду готова остепениться... Я все еще чувствую себя немного виноватой».

      «В чем?»

      «В том, что оставляю тебя в покое. Я люблю тебя, и я не хочу, чтобы ты чувствовал себя брошенным. Так что, пока я была там, занимаясь своими делами, я говорила себе, что по крайней мере тебя дома ждет Ким. Конечно, у нее тоже есть друзья, но... ну... я имею в виду, по крайней мере, по четвергам, когда я ухожу на три часа с этим кулинарным классом, я знаю, что у тебя ночь с Ким и Я не чувствую себя такой виноватой. В этом есть смысл?»

      Я поморщился. «Ух, это звучит ужасно, как будто Адриенна послала ко мне Пейдж, чтобы она могла быть с Грейс».

      Аврора быстро покачала головой. «Это не так. Я не ухожу от тебя, и я не пытаюсь просто «занять» тебя из-за моих собственных скрытых мотивов. На самом деле... Я просто ... Мне немного нравится заниматься своими делами, и мне нравится делать это зная, что кто-то другой позаботится о тебе, пока меня не будет рядом, хорошо?»

      Я сделал глубокий вдох, а затем повернул Аврору к себе лицом, чтобы мы могли обнять друг друга, лицом к лицу.

      Она крепко сжала меня, уткнувшись носом в мое плечо. «Я люблю тебя, Бен. Навсегда».

      «Я знаю. И тебе не нужно чувствовать себя виноватой из-за того, что ты бросила меня, чтобы пойти на кулинарные курсы или что-то в этом роде. Я могу справиться и сам».

      «Означает ли это, что ты собираешься и дальше избегать Ким?»

      Я сделал глубокий вдох. «Нет. На самом деле, я думаю, тебе удалось указать мне на одну очень важную вещь о ней».

      «Что это?»

      «Единственная причина, по которой я сопротивляюсь идее сделать Ким второй девушкой, состоит в том, что она не достойна тебя. Я не могу осмыслить идею дать ей такой же титул, как я даю тебе, потому что это будет означать, что я забочусь о ней так же сильно, как и о тебе. Ты уникальна. Ты особенная. Ты единственная и неповторимая».

      Аврора улыбнулась, польщенная моей похвалой.

      «Но я подумал об этом. Я действительно подумал об этом. Я очень забочусь о Ким, и даже если я не хочу называть ее «девушкой», у нас все равно очень особенные отношения. Я не могу отказаться в этом от нее. Я не могу продолжать ее избегать. Она заслуживает большего».

      Аврора кивнула. «Хорошо».

      Мы оба остановились и обдумали все, что было сказано. Я расслабился, чувствуя, что пришел к решению, что справиться с ситуацией. И, улыбаясь, я потер спину Авроры, когда она повернулась и снова прижалась ко мне.

      Но через секунду она снова отстранилась и повернулась ко мне лицом. «Эй, ты хочешь, чтобы я осталась сегодня вечером? Может, все станет легче, если я буду с тобой и Ким».

      «И пропустишь курсы?» Я покачал головой. «Нет, я буду в порядке».

      «Ты уверен?»

      «Конечно. Я хочу попробовать в пятницу все, что ты узнаешь сегодня вечером». Я наклонился вперед и клюнул ей в нос. «Что будет в меню?»

      Она ухмыльнулась, приподняв глаза вверх и в сторону, пробегая сквозь свои воспоминания. «А, мы занимаемся итальянской кухней. Как звучат фаршированные тортеллини на завтра?»

      Я ухмыльнулся. «Звучат вкусно».

      ***

      «Угу!»

      Дверь спальни распахнулась внутрь, и симпатичная американка японского происхождения остановилась на полпути, стянув с себя мотоциклетную куртку, в шоке прикрыв рот более чем половиной кожаного рукава, свисавшего с конца ее руки.

      «Добрый вечер, Кимико», спокойно произнес я со своего места в кресле Ким. Единственное освещение в комнате было от маленькой лампы для чтения на угловом столике, погружающей половину моего тела в тени.

      «Ты удивил меня», вздохнула она с облегчением.

      «Это было моим намерением», сказал я тем же размеренным тоном. «Займи первую позицию».

      Ее глаза расширились, но она тут же упала на пол. Стряхнув с руки остатки мотоциклетной куртки, она села на пятки, сложив колени вместе. И она выставила подбородок наружу, выставив руки перед собой, как будто молясь.

      Глаза Ким были сфокусированы прямо, стараясь не смотреть на меня, но все еще напрягала уши в ожидании моей следующей команды. Я остался там, где сидел, наблюдая, как она медленно сдерживает свое дыхание. И через несколько минут она привела себя к совершенной неподвижности, настолько полной, что стала похожа на мраморную статую.

      Тем не менее, я ждал. Я собирался с силами в этот момент. Граница, за которой не было возврата. Мы с Ким раньше были в сексуальной близости, и мы играли в эту игру «Мастер/Саб» много раз в течение учебного года. Но те времена были до того, как мы полностью осознали всю глубину чувств Ким. Даже если бы я не хотел называть ее своей девушкой, для меня было тяжело как признать, так и принять эти чувства. Ибо с этим принятием также пришла бы ответственность.

      Я собираюсь стать ее Мастером.

      Если я и чему-то научился из своего довольно разнообразного сексуального опыта, так это тому, что между похотью и любовью существует очень большая разница. Похоть можно было удовлетворить с относительно небольшими последствиями. С любовью нельзя было играть, и с ней нужно было обращаться осторожно. Любовь могла предложить большие награды, но также сопровождалась множеством ожиданий и рисков.

      Она того стоила. Что-то в моем нутре подсказывало мне, что Ким была особенным