Vic. Если ты позволишь. - Вирсавия Вайс

- Ну что из моих слов об одежде не дошло до её мозгов? - буркнул Вик, подходя к ванной.

- …самый завораживающий. Если я почувствую запах палёной шкурки, я сразу поставлю точку, и гуляй, Вик, лесом, на все четыре стороны.

Он хмыкнул. Ну-ну, малая, это мы ещё посмотрим, кто из нас кого пошлёт первым. Хотя сейчас он первый раз поймал себя на мысли, что…

- На хер! И мысли, и малая НА ХЕР! Трах и точка!

Он резко открыл дверь и… Застыл.

Она стояла около зеркала в одних долбанных трусишках, наклонившись вниз, бля, он практически чуть не впечатался в её попку своим неваляхой.

- На какие четыре стороны? - грозно спросил Вик, прижимая её к себе, целуя в шею.

Лялька вздрогнула всем телом и тихо застонала, откинув голову ему на грудь.. Вик сразу поплыл, как подросток, впервые увидевший женскую грудь. Ощущение такое, что ему звезданули со всей дури в солнечное сплетение. Её нежный запах сводил его с ума.

- Сладкая, - прошептал он, проводя ладонями по её груди, чувствуя сразу ответный отклик. - Нежная, моя.

Повернувшись, Ольга встала на цыпочки и потянулась к его губам. Девочка, его девочка.

- К херам, никому её не отдам. - эта мысль прожгла его мозг внезапно и бесповоротно.

Всё поплыло перед глазами, наклонившись, Вик сминает ртом её нежные, сладкие губы, очерчивая их, проникая языком внутрь. Подхватив Ляльку под ягодицы, приподнимает над полом и крепко прижимает к себе, не разрывая поцелуя, рука тут же скользнула по животу вниз, ныряя в трусики, жестко сминая нежные складочки, которые мгновенно ответили жаром и влагой. Вздрогнув всем телом, Лялька застонала, откинув голову.

- Маленькая, - севшим голосом прохрипел он, - моя.

Грудь вздымается, дыхание жесткими хрипами вырывается из лёгких. Она вцепилась в его плечи и откинулась назад, подставляя грудь его жадным губам, который тут же обхватили возбуждённый сосок, прикусив его, заставив её тихо вскрикнуть от сладкой боли. Её глаза были закрыты, щёки алели румянцем желания, она нервно облизывала губы. Мозг Вика начал плавиться, последние здравые мысли утонули в омуте болезненного возбуждения.

- Малыха, обхвати меня ногами, сейчас! - прошипел он, прижимая её к себе, покусывая мочку уха.

Она всхлипнула и закинула ноги ему за спину. Всё! Ощущение того, как она трётся о его член, доводя Вика до исступления, лишало разума. Сжав зубы, Вик жестко подхватил её под попку и несколько раз ритмично поднял и опустил, заставляя ласкать себя, скользить влажными трусиками по возбужденному пульсирующему члену, чувствуя, что сейчас придёт долгожданная разрядка. Одной рукой он рывками расстёгнул ширинку и стянул вниз штаны, продолжая удерживать её на весу. Прижав Ляльку к стене, опустил руку, погружая пальцы в её сладкий жар. Твою мать! Она просто течёт!

«Может, сейчас?» — эта мысль врезается в мозг.

- Ляля, Ляля! Как же хорошо! - застонал он, опуская её и вновь поднимая.

Ткань трусиков тёрлась о нежную кожу. Ещё секунда, и он кончил, заливая горячим семенем её живот, трусишки. Тягучие капли падают вниз, стекая по её бёдрам. Вик тяжело дышал, продолжая входить в неё пальцами. Чувствуя, что она сейчас уже кончит, сжал её клитор сильными пальцами, встречая её оргазм, губами собирая её крики. Её крики он гасит своим ртом, удерживая её в руках, пока тело сотрясали мощные волны оргазма.

- Девочка. Моя. - надрывно прохрипел он, пытаясь восстановить дыхание, с трудом соображая, кто он и где он.

Натянув штаны быстрым движением, он застёгивает их на верхнюю пуговицу, подхватывая Лялю, Вик относит её в комнату, аккуратно кладёт на кровать и ложится рядом. Она всхлипывает, поворачивается к нему и обнимает руками за шею.

Он прижимает её к себе так, словно боится, что её у него отнимут, вырвут прямо сейчас.

- Спасибо тебе. - шепчет она, целуя его в шею.

Вик откашливается.

- Ляль, ты меня, конечно, прости, - хмыкает он, - но за какого хера спасибо? За эту хрень в душе?

- За ромашки. - тихо говорит она.

Вик откидывает голову и смеётся, смеётся так, как в детстве. Он и забыл, что так можно смеяться, до слёз.

- За гребанные ромашки? - сквозь слёзы спрашивает он.

- Да, - кивает она, сплетая его пальцы со своими, поднимает голову и смотрит на него своими чумовыми глазами, - за гребанные ромашки.

- Ты полный пиздец, Лялька. Я просто в ахуе. Ромашки, бля!

Глава 10

Дыхание пришло в норму. Вик лежал, прижимая Ляльку к себе, и думал о том, что, в принципе, он уже и согласен вот так лежать с нею всю жизнь. Бля, дед мог оказаться прав на все сто