Зараза с Кавказа - Лия Седая

Серый взгляд поднялся на меня:

— Ну, Зараза, ты попала…

Глава 23. Диляра

— Не трогай меня!

Я раскатилась на брызгах воды возле ванной. Ноги разъехались, и я со всей дури шлепнулась задницей на красивую дорогую плитку.

— Денис, не надо! — я закрыла голову руками, давясь от хохота.

Побритый и злющий как черт он встал надо мной.

Ему хватило секунды, чтобы подлететь с дивана с диким ревом обиженного кабана и рвануть за мной.

— Вот ты… Зараза! — я видела только его руки, сжавшиеся в кулаки.

Ну, и не только руки.

Лбом можно было ему точнехонько в пах уткнуться.

Но я не могла перестать смеяться, захлебываться хохотом. Страшно? Нет! Он меня не обидит, я точно знала. Он даже рычал таким тоном, что это было понятно.

— Ыыы, — я почти уже плакала, глядя на его голые икры.

— А ну, вставай! — он вздернул меня за плечи. — Задница целая, не отбила?

— Нет, — замотала я головой. Ресницы уже промокли, я размазывала слезы от смеха по щекам.

— Конечно, ты ж сама вся отбитая, что там до задницы.

Он взял меня за затылок и просто воткнул головой себе в грудь.

Обхватил руками, сдавил настолько крепко, что я даже пискнула. Заерзала в его руках, стараясь хоть немного освободиться.

— Благодарность, значит, говоришь? — в его груди грохотало сердце. — Такая ты, моя зараза?

Я молчала.

А что скажешь-то?

— Ты всегда такая бешеная будешь, да? — он отстранил меня от себя, заглянул в глаза.

Стало не смешно.

Вот совсем. Стало страшно. Как будто он спрашивает о чем-то важном, о чем я даже думать не могла. Не понимала. И что ответить ему не знала. Какой ответ правильный?

— Денис… О чем ты?

— Мне тридцать шесть, малыш. Я не мальчик. И тем более, не пушистый мальчик, сама понимаешь. Тебе — восемнадцать. Тебе надо будет учиться и веселиться. Но мы ведь одинаковые с тобой по всем фронтам.

— И что? — во рту стало сухо. Язык огромной шершавой змеей почти не шевелился.

— Диляра… Блядь, это охуеть как сложно, оказывается!

Он отпустил меня.

Отступил, обходя. Дошел до дверей кухни, коротко выругался и развернулся. Посмотрел так серьезно, как еще никогда, наверное, на меня не смотрел.

— Я хочу, чтобы ты понимала ситуацию. Я не силен в ваших традициях и вообще в этой теме. Но тебя уже считают нечистой, — он презрительно скривил губы.

Я медленно навалилась на стену спиной.

Вот ты про что…

Нечистая.

Ну, да. Все правильно. Я же с ним живу. Под одной крышей несколько дней с неженатым мужчиной, этого надо было ожидать.

Было бы это в ауле, ни одна приличная семья не захотела бы меня в невестки. Да и ему я зачем? Я в два раза его моложе, ему нормальная женщина нужна, подстать.

Где-то глубоко внутри сквозь внутренности медленно проходила толстая острая игла боли. Ворочалась раскаленным прутом, рвала меня на части.

— Кто тебе так сказал? — я сглотнула воздух, потому что слюны не было. — Арслан?

— Нет. Арс тебя любит. Он от тебя никогда не откажется.

— Тогда кто? — я смотрела в одну точку на полу.

Мама…

Что скажет мама, когда узнает обо всем этом?

— Это неважно, кто. Я просто хочу, чтобы ты знала, — Денис подошел ко мне и положил руки на талию. Сжал, подвигая меня к себе. — Рядом со мной ты можешь ничего не бояться, малыш. Мне ваще насрать, кто и что про тебя говорит. Кто и что думает. Я заткну любой рот. Надо будет — выбью дурь из любой башки. Никто никогда не узнает, что между нами было, есть и будет.

Я вскинула голову.

Будет? А что между нами может быть?

Я искала ответ в серых глазах. Спрашивать было невозможно, не хватало смелости.

Страх опять стягивал кожу. Заставлял задирать плечи, чтобы хоть как-то уберечься от собственных же мыслей. Он меня оберегает. От себя. А вот от самой себя мне уже не уберечься.

— Если ты захочешь остаться со мной, — Денис запустил пальцы мне в волосы, оттянул голову чуть назад. — Я не против.

— Я… Я не могу! — мне отчаянно хотелось реветь. Язык опять жгло ляпнуть какую-нибудь дикость. Спрятаться за смехом, потому что по-другому я просто не умею. Это мой щит.

— Ты меня боишься?

Я ощущала его кожей. Всю его душу, всю его боль.

Денису было плохо.

А мне — еще хуже. Потому что я знала, что могу его ранить своими искусственными шуточками.

— Я хочу, чтобы ты была моей, малыш.

Он легко поцеловал меня в уголок губ. Едва коснулся. Обжег этой легкой лаской до паники.

— Я не обижу. Ты только скажи, ты боишься меня, да?

Я не боялась.

Его не боялась вообще. Я себя боялась. И хотела саму себя отгородить. Своим привычным способом.

— Не боюсь, — я запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Просто ты…

— Что — я?

— Мужчины с бритыми ногами, они… Они недостаточно мужественные, Денис.

Он медленно прикрыл веки.

Выдохнул спокойно. А потом снова посмотрел на меня. Только в глазах была такая гроза, что я поняла, что все…

Дилька, ты дура.

И ты намоталась по самое не хочу.

Сейчас тебе устроят звезды в глазах по полной программе. По одной будут снимать с этого грозового неба. Потому что ему тридцать шесть. Потому что он старше и видел такое, что мне даже не снилось.

Я просто глупая малолетка рядом с ним.

И я люблю его.

— Значит, не боишься…

Подхватывая меня под задницу, Денис резко присел.

И я заорала уже от реального страха. Потому что он завалил меня на плечо и понес в спальню. Вот тут да! Вот тут меня проняло!

А что начинается-то?!

Я же не это имела в виду!

— Денис, отпусти!

— Нет! — он швырнул меня на кровать, перехватывая за лодыжку, чтобы не удрала по-собачьи. — Значит, недостаточно мужественный?

— Денис! — сердце подскочило к горлу, истерически колотя по голосовым связкам.

— Не бой-ся, — по слогам произнес он, нависая сверху. — Диляра, я не обижу. Но и не отпущу уже.

— Что, что ты имеешь в виду? — я пыталась отползти, но он не позволял.

— Что имею, то и введу. Иди ко мне!

Он резко подтянул меня к себе ближе.

— Сладкий мой малыш, — как кот заурчал он, вклиниваясь между моих ног коленом. — Я тебя всему научу.

Глава 24. Дэн

В широких черных зрачках было столько страха, что мне самому хреново становилось.