Зараза с Кавказа - Лия Седая

он довольно хмыкнул и забросил руки за спинку стула. — Деньги не пахнут. А Всевышний все равно спать ложится, когда солнце заходит. Так что я грехов не боюсь.

— А ты не боишься, что тебя свои же порвут за такое?

— А кто узнает? — он вдруг напрягся. Нагнулся над столом, и даже голос понизил. — У меня свои ребята, я совершенно автономен. Первая девчонка уже в городе. Протащили ее через все кордоны так, что никто и ничего не заметил. Могу показать, если хотите.

— И что, она всю дорогу молчала?

Перед глазами встала картина, как Зараза пинает омоновца по яйцам, а потом визжит как резаная, когда ее все-таки схватили и запихнули в микроавтобус.

Она бы шороху точно навела, дичь моя бешеная.

— Слушайте, вы точно умеете дела вести? — Заур нахмурился. — Или вы только по вот таким игровым делам? Полезные препараты давно изобрели, доехала в багажнике как тряпка, ни единого писка.

Все.

Это пиздец. Последняя капля.

Я слишком реалистично представил, как моя Зараза могла бы вот так, пару дней в багажнике лежать, накормленная всякой сранью. Чтобы потом отправиться к какому-то уроду за кучу бабла?

Нахуй!

Хватит!

— А с Дилярой ты то же самое хотел провернуть?

Заур вздрогнул. Как будто я его уже ударил:

— С какой Дилярой?!

— С племянницей твой, ублюдок! — я встал так, что стул из-под меня опрокинулся.

Загрохотал, падая. Заставил вздрогнуть официантку в дальнем углу. Вынудил охранников резво положить ладони на стволы под черными пиджаками.

— А ты кто? — Заур тоже вскочил.

— Смертушка твоя неумолимая, блядь! — я оскалился, делая знак охране возле двери. — Хотя, нет. Не я. Убивать тебя будут свои же. Не хочу руки марать о такое дерьмо. Князь?

— Запись четкая, все слышно и видно, — друг уже проматывал что-то в своем телефоне.

— Ах вы, шайтаны позорные! — заорал Заур, отскакивая от стола. — Это подстава!

Зашарил по поясу, но оружие у него еще на входе отобрали. Это было обязательное условия для прохода сюда.

Дверь в vip-зал широко распахнулась.

И от того, кто вошел, Заур побледнел.

Ладно, хер с ним, я тоже признаю, что Рахмат со своими абреками в черном смотрелся все же эффектно. Бородатые, с такими мордами, что любой адекватный человек испугается.

Мне-то ладно, я никогда адекватным не был.

И я знал, кто сюда войдет, когда все будет сказано.

Мне было не стремно отдавать этого урода Рахмату. В конце концов, это вопросы их народа, пусть решают их между собой. Главное — моя Зараза в безопасности и больше никаких угроз для нее существовать не будет.

Я волк.

Моя стая стая должна быть в безопасности и жить спокойно. Я ей это пообещал без слов. Я себе это пообещал, когда понял, что заберу ее.

— Ах, вы, ш-шакалы! — в Заура вцепились сразу несколько рук.

— Шакал — это ты. Позорная тварь, — брезгливо, через губу процедил Рахмат, останавливаясь перед ним. Дернул головой на выход. — Увезите его, куда Баха скажет.

— Ты! — брызгался на него слюной Заур. — Ты меня убираешь, чтобы я про тебя ничего не рассказал, да?

Резкий удар по шее от одного из людей кавказца и Заур обмяк на руках бородачей.

А вот я его слова запомнил.

Значит, не зря Рахмат с такой резвостью откликнулся. Ох, не зря! Стоило только начать аккуратно расспрашивать в диаспоре, как на Князя тут же вышли его люди. И живо заинтересовались вопросом. Явно же не просто так? Только надо ли это мне?

Мне нужно другое.

Я встретил черный взгляд Рахмата с мрачной решимостью:

— Теперь надо утрясти и наш с тобой личный вопрос. Поговорим?

Глава 28. Дэн

Князь, пообещав переслать видео, ушел.

Оставил нас двоих с Рахматом за столом. И я, посмотрев ему в спину, сделал знак охране, чтобы тоже исчезли. Сейчас нам свидетели не нужны. Камеры, натыканные в углах зала и над столами, потухли красными огоньками, отключившись.

— За то, что навел на эту сволочь, спасибо, — гортанно и глухо сказал Рахмат.

— Не думал, что тебе будет дело до каких-то девчонок в дальних аулах, — я положил пистолет на стол, показывая, что намерен разговаривать вполне мирно. — Ты же будущий вор, а это такие мелочи.

— Мне есть дело до всего, что происходит на моей территории, — внушительно сказал Рахмат. — Ты просто не понимаешь, что значат в нашей культуре невинные невесты и наше отношение к ним.

— Возможно, — я не стал спорить.

Но я отлично понимал, что для меня значит Диляра.

И она была одной из таких вот девочек. Иначе я бы и не напрягся, если уж начистоту. Просто меня зацепило по полной тоже.

— А насчет личных вопросов, Денис, — с акцентом выговорил он мое имя. — То у нас их с тобой нет.

— Я Диляру тебе не отдам. Даже не надейся.

— Я знаю, — Рахмат не пытался прятать взгляд и смотрел прямо в глаза. — Я уже понял, что твои чувства серьезны и уважаю это, хоть понять и не могу. А мне подойдет любая. Я ведь влюбляться не собираюсь.

Мы были вроде бы одного возраста. Плюс-минус. Но мне почему-то от его слов стало смешно.

Ну-ну, брат.

Я тоже так думал. Пока одна Зараза не вытряхнула мне сердце к херам и не начала стучать по нему молотком, радостно хохоча и огрызаясь.

— Зачем тебе это?

— Что именно? — не въехал сразу Рахмат.

— Женщина. Невеста. Ворам же нельзя жениться.

— А вот это точно не твое дело! — рыкнул он. — Я знаю, что ты слышал последнюю фразу Заура. Советую тебе не думать о ней, Денис.

— Угрожаешь? — я ощерился, гладя подушечками пальцев рукоятку Макарова.

— Нет, — Рахмат откинулся на стуле, показывая свои пустые ладони. — Считаю, что угрозами тут много не добьешься, тебе ж похер на все.

— Верно, — я коротко улыбнулся. Воздух между нами как будто вибрировал, гудел от незримого электричества. — Тогда и тебе советую не забывать, что я свое охраняю, как и ты.

Через стол мне протянулась рука.

Черные глаза смотрели серьезно, без всякого намека на шутку.

— Я тебя услышал. Делить нам с тобой нечего, поэтому предлагаю разойтись мирно. И об услуге не забуду.

Я пожал ему руку.

Крепко, как подобает двум сильным мужчинам, которые договорились. Мы оба знали, о чем говорим и что каждый понял. Из врагов стали не друзьями, но вполне адекватно относящимися друг к другу людьми.

— Воккха! — дверь зала словно ногой выпнули.

— Что? — Рахмат поморщился, глядя на отчего-то взволнованного кавказца.

— У этого, которого увезли, машина на парковке.

— И что?

— У