An ordinary sex life (OSL) - Астердис

возьми, зачем мне еще БЫТЬ в Беркли? У меня уроки, командные встречи, домашние задания, финалы начнутся в следующую пятницу, и почти ДВАДЦАТЬ разных девушек, которые хотят моего внимания в той или иной степени, меня тянут в МИЛЛИОН направлениях, и, кроме всего прочего, Ким уехала в Саннивейл, беременная моим ребенком».

«Значит, ты отказываешься от нее. Одним поводом для беспокойства меньше».

«Я буду рядом с ними, когда я им понадоблюсь».

«Ты нужен Ким СЕЙЧАС. Ты БЫЛ НУЖЕН ей четыре месяца назад».

«Ей нужен был ее Мастер. Я не он. Я никогда не буду».

«Так ты сдаешься».

«Я не брошу ни своего сына, ни его мать. Я буду там. Я позабочусь о них, как смогу, а прямо сейчас это означает получение степени, работы и обеспечение их финансовыми и материальными благами и быть лучшим отцом, которым я могу быть».

«Но не как ее Мастер».

Я покачал головой. «Она сделала свой выбор в пользу Мастера: своего отца».

Виктория нахмурилась и покачала головой, отводя глаза, как будто один лишь вид меня вызывал у нее отвращение. «Ты сдаёшься».

Я рухнул на стул, чувствуя, как разочарование Виктории давит мне на грудь. Тем не менее, она не смотрела на меня, и хмурое выражение на ее лице причиняло боль больше, чем ее тон. Покачивая головой, я прижал руки к подлокотникам и поднялся в положение стоя. Протянув руку, я схватил ремешок своей сумки и перекинул ее через голову, чтобы положить ее себе на плечо. И с последним вздохом я направился к двери.

«Ты ей все еще нужен», — тихо, но твердо произнесла Виктория позади меня, когда я потянулся к ручке.

Я остановился, протянув одну руку, пальцы в нескольких дюймах от ручки. Давление на мою грудь не уменьшилось, и на самом деле, казалось, только увеличивалось и увеличивалось и увеличивалось, пока я не мог больше этого терпеть, когда я повернулся и посмотрел на нее. «Мне страшно», — выдохнул я, чувствуя, как первая горячая слеза упала мне на щеку. «Я забочусь о ней. Я смотрю на Ким, я вижу ее абсолютную преданность, ее готовность сделать что-нибудь для меня, и я чувствую, что это ОГРОМНЫЙ груз ответственности по защите и уходу за ней. Это даже хуже, чем с моими маленькими сёстрами. По крайней мере, я могу представить себе будущее, в котором они смогут позаботиться о себе, и я уже знаю, что Эдем настолько своенравная и сильная, что не позволит ни одному парню сбить ее с толку или сделать ей ребёнка».

Виктория вопросительно приподняла бровь, и я уверен, что она понятия не имела, кто такая «Эдем».

Но я продолжал. «Ким, с другой стороны… Она такая уязвимая. Я знал это в тот первый раз, когда я… Я… Черт. Она позволила мне просто изнасиловать ее! Я не хотел этого делать. Но она просто ТАК расстраивала и ТАК сводила меня с ума…» Я зажмурился, борясь с воспоминаниями, которые роились в моем мозгу. «Я столько раз пытался извиниться, а она даже не принимала моих извинений. Я не понимаю. Как я могу быть ее «Мастером», если я её даже не понимаю как она думает? Что ее возбуждает? Как я должен решать, что для нее лучше, если у меня нет даже ПОДСКАЗКИ, что на самом деле лучше для нее? А?»

Виктория глубоко вздохнула и выжидающе посмотрела на меня, но не перебивала.

Я медленно покачал головой, чувствуя, как слеза за слезой катятся по моей щеке. «Мне не нравится иметь такую ​​власть над кем-то. Что, если я облажаюсь? Что, если я причиню ей боль? Это все равно, что дать ребенку пистолет».

«Ты не ребёнок», — рассуждала Виктория. «Ребёнок даже не признает силу, которой он обладает. Ты понимаешь. И хорошо, что ты не принимаешь это как должное».

«Но я испугался. Я в ужасе от того, что облажаюсь. Каждый раз, когда я пытаюсь уговорить себя сделать именно то, что все говорят, чтобы пойти туда и скомандовать Ким следовать за мной, я замираю. Я не могу этого сделать. Я на мгновение настраиваюсь, говоря себе, что Ким нужен я, и моему СЫНУ нужен я, и я должен БЫТЬ рядом с ними. Но когда я пытаюсь сделать шаг, я запираюсь и позволяю найти лёгкий выход и заняться чем-нибудь другим. Слишком занят. Надо учиться. Девушка требует моего внимания. Пейтон и Ратледж. Элис появляется на пороге моего дома. Ким будет хорошо. Ким со своей семьей! Ребенок не родится прямо сейчас, и я должен закончить учёбу, и она все еще будет там завтра или на следующей неделе или в следующем месяце. Я киска; Я знаю это. Я должен был действовать давным-давно; Я знаю это. Но мне страшно. Моя СОБСТВЕННАЯ жизнь сейчас такая испорченная. Как, черт возьми, я должен управлять ЕЕ жизнью, когда МОЯ в такой заднице? Хм? Я устал. У меня стресс. Экзамены не за горами, Элис черт знает где, моя сестра и моя бывшая девушка продолжают ходить на вечеринки в дом известного торговца наркотиками, и я недостаточно силен, чтобы справиться со всем этим дерьмом прямо сейчас!»

Виктория немного подождала, позволив мне все выдохнуть, а затем сделала несколько глубоких вдохов, чтобы собраться с мыслями. Но после периода молчания она заговорила тихо, но твердо. «Я понимаю, что у тебя есть другие вещи, происходящие в твоей жизни. Но силён или нет, Ким все еще нуждается в тебе. Ты сделал выбор, молодой человек, когда ты оплодотворил её. Это не был несчастный случай, и ты дал ей обещание».

Я медленно выдохнул. «Я знаю, что сделал».

«Разве? Потому что это определенно звучит так, будто ты уклоняешься от своих обязанностей».

«Я ЗНАЮ», — рявкнул я в ответ, защищаясь, и выпрямился.

«Я не думаю, что ты понимаешь. Потому что, если бы ты понимал, мне бы не пришлось повторять это! КИМ. НУЖДАЕТСЯ. В. ТЕБЕ».

«Разве? ОНА?» Я вскинул руки вперед. «Берт все время с ней разговаривает. ТЫ все