Непристойное Рождество - Тадж Сиктерат

– А я не спрашивал, плевать тебе или нет, Клэр, - рычит он, лицо искажается в отвратительной гримасе. – Я сказал, что у меня есть для тебя подарок, и ты будешь от него в восторге. Поняла?

Его хватка на моем горле не удушающая, но мне достаточно знать, что если я сделаю хоть одно неверное движение, он может убить меня на месте.

Поэтому, чтобы спасти свою жизнь, я киваю, насколько могу, соглашаясь с безумцем, чтобы выиграть немного времени.

– Так-то лучше, - Натаниэль сияет и убирает руку с моего горла. – Дай мне минутку, я схожу за твоим подарком. Оставайся здесь. Бормочет он, затем протягивает руку, хватает меня за волосы и больно дергает, прежде чем прошипеть:

– Будь хорошей девочкой, ладно?

Я снова киваю, надеясь вопреки всему, что он сможет выйти из дома, и если он это сделает, я смогу запереть за ним дверь, чтобы он не смог войти.

У меня будет достаточно времени, чтобы позвонить в полицию и добиться, чтобы его выпроводили с моей территории.

Я готова броситься к двери, как только увижу, что он выходит, но, к моему удивлению, маньяк направляется не к входной двери. Вместо этого он поднимается по лестнице...

– У тебя еще есть шанс, - шепчу я себе и бросаюсь на кухню за телефоном, как только он исчезает наверху.

Единственная проблема в том, что моего телефона нет там, где я его оставила.

Я лихорадочно оглядываюсь в поисках телефона, но, поскольку времени у меня в обрез, решаю воспользоваться домашним.

Схватив телефон, я быстро набираю 911 и с ужасом узнаю, что линии не работают.

Когда я набираю еще раз, меня пугает звук, с которым кто-то откашливается у меня за спиной.

Я роняю телефон и резко оборачиваюсь. Натаниэль опирается на дверной косяк, сверля меня взглядом, словно я совершила непростительное преступление.

Он медленно заходит на кухню, держа в одной руке завернутый подарок, а в другой - телефон.

– Это ищешь? - спрашивает он и слегка размахивает телефоном.

Это не какой-то телефон, а мой. Как... Когда он успел его стащить?

– Разве я не говорил тебе быть хорошей девочкой, Клэр? - спрашивает он и подходит еще на шаг ближе. Ноздри Натаниэля раздуваются от гнева, и на секунду я задумываюсь, правильно ли было бы послушаться.

Нет, это не может быть правдой. Это мой дом, и под моей крышей действуют мои правила. Он не имеет права врываться в мой дом и требовать, чтобы я подчинялась ему так же, как на работе. Здесь он мой гость, а не начальник.

Как только я собираюсь напомнить ему, что он всего лишь гость в моем доме, этот придурок подходит еще ближе и продолжает говорить.

– Связь прервана, милая. Я убедился в этом. Я также, возможно, оставил щедрые, скажем так, «чаевые» нашим трудолюбивым сотрудникам правоохранительных органов, чтобы они не испортили наш особенный совместный вечер. А теперь, если ты успокоилась, я хотел бы преподнести тебе свой подарок.

Ладно, из моего опыта работы с Натаниэлем я давно поняла, что он не самый приятный человек, но это… Это просто безумие.

Неужели он действительно подкупил копов, чтобы они не пришли меня спасать? Хотя он вполне может себе позволить такую ​​​​безумную вещь, я не думаю, что он действительно это сделал бы.

Но что, если?.

– Ах, вот оно, наконец — искра понимания. Ты наконец-то начинаешь понимать, хорошая девочка, - ухмыляется он и суёт мне в руки завёрнутую коробку. – Вот, я выбрал это для тебя. Честно говоря, ты должна чувствовать себя очень польщённой, я обычно не дарю подарки.

Инстинктивно я хватаю коробку, но не спешу ее открывать, пока Натаниэль не рявкает на меня:

– Открой, черт возьми!

Трясущимися руками я срываю бумагу с коробки и медленно открываю ее. Нет, он, должно быть, издевается надо мной. Он же называл меня сукой раньше, иначе зачем бы ему дарить мне этот чёртов ошейник?

Я отрываю взгляд от коробки и в тот момент, когда вижу широкую улыбку на его губах, начинаю задумываться, стоит ли убийство нескольких лет за решеткой. Черт возьми, меня могут приговорить к пожизненному заключению без права досрочного освобождения, но если мне удастся избавить мир от этого эгоцентричного мудака, может быть, он станет лучше?

Кто знает, может быть, я попаду в тюрьму как героиня.

– Ты выглядишь так, словно готов содрать с меня шкуру живьем, - комментирует Натаниэль и хихикает. – Это так сексуально.

– Ты что, с ума сошел? - выдыхаю я, сжимая коробку с такой силой, что картон начинает гнуться.

Натаниэль забирает у меня коробку, обнимает меня за талию и прижимает к себе. Оказывается, «бей или беги» — не единственные варианты, когда чувствуешь опасность — есть ещё и «замереть», и, к сожалению, я застыла на месте.

– Я сошел с ума? - он шепчет мне на ухо и что-то напевает. – Может быть. Может быть, и так. Возможно, я схожу с ума по тебе.

Я открываю рот, чтобы возразить, но он внезапно отпускает меня и резко разворачивает, так что я забываю, что хотела сказать, в тот момент, когда он надевает мне на шею ошейник и затягивает его.

– Как я и представлял, он идеально тебе подходит. А теперь будь хорошей девочкой и перестань сопротивляться, иначе ты узнаешь, насколько шокирующим может быть твой маленький рождественский подарок.

Папочка мороз

Триггеры: Разница в возрасте, запретная любовь, табу.

Диана

Эверетт Фрост — моя единственная фантазия, эротическая мечта на ножках, и он совершенно, абсолютно несправедливо запретен.

Он лучший друг моего отца, и дружит с ним дольше, чем я живу на свете, так что даже взгляд на него может доставить мне неприятности. Ну, и ещё тот ​​факт, что Эверетт — бывший заключённый, все говорят, что он может быть опасен для кого угодно, кроме моего отца, ведь они как братья.

Но... Я ничего не могу с собой поделать.

Всякий раз, когда он в комнате, его присутствие подавляет мою способность вести себя как нормальный человек, и вместо этого я превращаюсь в клубок вибрирующих гормонов полового созревания.

Мне двадцать один, чёрт возьми, я должна была пройти этот этап.

– Привет, Диана, - приветствует меня Эверетт, его низкий голос эхом разносится по стенам, и, чёрт... я вся мокрая. Отлично.

– О, здравствуйте, мистер Фрост, -