Невеста для психопата - Елена Белая

“А ты еще лучше, чем я себе представлял”, – слащаво улыбнулся в экран монитора новоявленный кавалер из Нью-Йорка. Неприятным в этом мужчине казалось всё без исключения.

Во-первых, он был необъятным. Замечу, что я ничего не имею против приятных полных людей. Однако, его манера говорить, отталкивающая наружность, а также привычка похабно шутить с первых минут общения произвели на меня тошнотворное впечатление. Я могла бы сослаться на резкую головную боль или неожиданный пожар в кладовке, но мне было любопытно понять, в каком конкретно месте этот человек был золотым или имел хотя бы отдаленный намек на драгоценное содержимое личности.

Итак, в ходе часовой беседы выяснилось, что все бывшие супруги и спутницы Михаила были из ряда вон плохи.

Первая жена, питерская путана умопомрачительной красоты, которую он подобрал на Невском проспекте и заботливо перевез в США, благородного жеста, увы, не оценила и ушла от него. Вторая супруга-немка отличалась неуемной страстью к шоппингу и пила по бутылке “Шардоне” в день. Я мгновенно примерила на себя жизнь дэй-бай-дэй в обществе Мишани и, признаться, мне тоже сразу захотелось откупорить вина. А вот третья… и вдруг подруга номер три сама возникает в экране монитора рядом с Михаилом и весело сообщает, что готова передать благоверного в хорошие руки.

От удивления я чуть было не провалилась под стол. Мне еще никогда никто не передавал своего мужика, ни лично, ни по скайпу с таким неподдельным азартом. Высоких баллов в рейтинге Михаилу это, очевидно, не прибавляло. Беззаботная девица в экране была на тысячу лет моложе Мишани и, как выяснилось, имела привычку бродить по ночных клубам Нью-Йорка ночи напролет. А он искал себе не накрашенную скромницу без вредных привычек.

В завершение мучительного онлайн-свидания Михаил предложил мне встретиться в Питере, разумеется, за его счет и заботливо предупредил, что начнёт приставать сразу. Единственной его положительной чертой, которую мне удалось обнаружить в ходе беседы, была сермяжная честность относительно собственных мотивов. Кажется, я до сих пор вздрагиваю, вспоминая его самодовольную прощальную улыбку.

Мой новый виртуальный американский знакомый был совсем не такой, как Михаил. Вот он на картинке на фоне океана: высок, загорел, подтянут и весел. А вот, на другой – с хорошеньким мальчиком в датском леголенде. Как выяснилось, сын. Приятный мужчина с красивым именем Лео не был коренным американцем и походил внешне на представителей сразу всех национальностей, отличающихся темными волосами, жарким сливовым взглядом и выдающимся римским носом.

Вот он кричит знакомой на улице “Чао, белла”! – и мгновенно становится итальянцем. Толково говорит про продажи и финансы, ну чем не еврейский сейлсмен? А вот он играет на испанской гитаре по скайпу и это ему тоже к лицу. Сам Лео на вопрос о происхождении отвечал уклончиво, предпочитая на публике говорить, что в его генеалогическом древе, как на интернациональной ярмарке, смешалось много удивительных кровей.

Лео был очень приятным собеседником, много смеялся и, казалось, ничего не скрывал. Пару лет назад он развелся с американской супругой, имел девятилетнего сына с веснушчатым лицом и хулиганским именем Сойер, а ещё – серьезное намерение создать семью. Он как-то играючи меня убедил сделать визу в Америку и предупредительно оплатил все расходы, включая перелёт.

Но меня что-то останавливало. Несмотря на то, что Лео был любезен, заботлив и производил впечатление надежного человека, меня терзало смутное предчувствие какой-то неясной беды. Причем, чем больше я сомневалась, лететь или нет – тем сильнее ощущала критический голос собственной интуиции.

Чем больше я сомневалась, тем чаще мне звонили его русскоговорящие приятельницы из Калифорнии, наперебой твердившие, что Лео – самый достойный чувак на земле.

“Может быть и так, – подумала я, – но за океан я к незнакомцу не поеду”. Я чувствовала себя так, будто мне перекрыли кислород. От его напора я физически начала задыхаться. Его бесконечные звонки, агитация друзей, дикая скорость развития событий и отчаянная жажда встречи начинала пугать. Я взяла паузу на две недели и затем предложила ему нейтральный вариант-свидание в Европе. По крайней мере оттуда в случае непредвиденной полной жопы я смогу легко улететь сама.

Мы встретились в аэропорту Барселоны, куда мой напористый американский друг неясной национальности прибыл вместе с веснушчатым Сойером. Отец и сын собирались провести каникулы на побережье Средиземного моря в компании остальных членов большой семьи.

Новый знакомый стоял в полуметре от меня в белоснежном костюме из льна и элегантной парусиновой шляпе. Меня даже жаром обдало, насколько Лео показался мне неотразимым. Смеющиеся черные глаза, безупречная осанка, походка и красивый грубоватый смех излучали настоящий магнетизм. Мне даже на мгновение показалось, что он меня загипнотизировал. Что стояло за этой ненормальной эйфорией мне предстояло выяснить чуть позднее, а пока я наслаждалась всплеском гормонов. Лео ликовал.

“Ты такая красивая и далеко не глупа. Почему ты не уверена в себе?” – спросил Лео за бокалом шампанского на вечерней террасе отеля в центре Барселоны. Хороший вопрос. Чувство уверенности мне вообще незнакомо, оно мне чуждо. Много раз в жизни мне удавалось прикрывать эту брешь напускной смелостью, привычкой колко шутить или показной сексуальностью. Каждый раз, когда я встречала уверенную в себе женщину, наделенную глубоким уважением к самой себе, мне казалось, что я встретилась с настоящей богиней во плоти, до того мне эта сияющая любовь к себе казалась невозможной.

Так что ответ на вопрос моего американского ухажера звучал просто. Я не уверена в себе, потому что никогда не чувствовала ничего помимо неполноценности. Но меня взволновал не сам вопрос, а тот факт, что Лео в первый же вечер пытался разобрать меня на косточки с холодной отрешенностью профессионального хирурга.

Обычно мужчина, особенно на первом свидании, наслаждается общением и самой женщиной, если она ему по душе, как минимум проявляя при этом живой интерес. Но этот интерес бережный. Лео же изучал меня с холодной головой и хитроватым прищуром, от которого мне становилось жутковато.

На следующий день мы отправились в курортный Салу, куда заблаговременно прибыли два брата моего кавалера со своими семьями. Предвкушая приятную встречу с незнакомцами, я ожидала увидеть компанию интересных и элегантных людей, разбавленную симпатичной и воспитанной детворой. Каково же было мое удивление, когда на пляже передо мной предстала во всей красе аутентичная арабская тусовка.

Старший брат Лео был немногословен, рыхловат и беспрерывно почесывал содержимое своих красных труселей. Младший же,