Олимпиада. Мои секс-истории - Лучия Мун

Уверена, я этого достойна!

* * *

«Сегодня в шесть» — и место встречи. Арнольд хочет меня видеть! Мое сердце отбило праздничную барабанную дробь!

Но я сама… словно уставшая кукла мечтаю об одном: просто проваляться весь день не думая ни о ком.

Слезы, мысли и воспоминания меня вымотали. Жан взабалмутил во мне весь коктейль ненависти к бывшему. Причем, до встречи с борцами я еще не осознавала всей этой глубины. А сейчас, познав с Арнольдом лишь самое начало БДСМ, поняла: бывший меня попросту игнорирвал. Мои чувства, мысли, желания… Запирал меня в клетке, прятал ото всего мира.

А я вырвалась наружу и… готова воспарить высоко ввысь.

«Привет, Арнольд. Кажется, я приболела…» — отвечаю ему и отключаю звук.

Мне нужно побыть одной, никого не видя. Просто прийти в себя, отдохнуть, вкусно покушать — и назавтра я снова буду в форме.

Но сегодня — это день имени меня. Я так решила сама, а значит, так оно и будет.

Я заворачиваюсь в одеяло, закрываю глаза и проваливаюсь в сон.

Доктор

Настойчивый стук в дверь.

«Кого черт принес?»

Пытаюсь не реагировать, но стучат так, будто случился пожар. Или какой-другой локальный конец света, или вообще — общечеловеческий, планетарный или какой там еще…

Сонная, со взъерошенными волосами бреду к двери и смотрю в глазок.

«Никого» — думаю и на всякий случай открываю.

— Арнольд???

Он молча вошел и закрыл за собой дверь.

— Почему не отвечаешь на звонки? Тебе совсем плохо?

«Вот так влипла».

Прикладываю руку к вискам, чтобы унять стучащий по башке молоток.

— Я… видимо уснула…

— Значит, у тебя температура. Идем.

И он ведет меня за руку в комнату, сам идет впереди, а я — сзади, как будто это территория — его. Уверенно, жестким шагом, он подводит меня к кровати и заставляет лечь.

Рядом, на столике, он раскрывает свой кейс и достает из него градусник.

— Сейчас измерим температуру.

Сказать, что у меня округлились глаза — это ни о чем. Мне кажется, они у меня вылезли из орбит.

Конечно, приятно, когда мужчина заботливый, но не до такой же степени! Мне не нужна мамочка в брюках, мне нужен мужик!

«Что же такое сегодня происходит?»

Однако, его следующая фраза все расставила по своим местам.

Да, это мой Арнольд и теперь я его узнаю. Жесткий, доминантный, властный. Он пришел проведать меня и, заодно, власть порезвиться.

— Ложись на живот и снимай штаны.

В его руках градусник и сейчас он вставит его мне в попу. Широкий, толстый, крепкий — он явно не медицинский, а, скорее, чисто тематический.

Он смазывает градусник в глицерине и подносит к моему анусу. Раздвигает ягодицы и неспешно начинает вводить.

Это можно было сделать быстрее, но он предпочел посмаковать.

Холодок прибора заставил меня вздрогнуть и слегка сжаться.

Рукой он придерживает термометр и засекает на смартфоне десять минут.

Хватило бы и трех, я знаю. Но десять — так десять. Врач здесь Он.

Он просит меня высунуть язык. С градусником в попе выполняю его приказ и получаю похвалу: он гладит меня по груди. Сначала нежно, потом чуть сминает соски. Видя, что я напрягаю попку, слегка ругает меня и просит «расслабиться и не волноваться».

Окей, будет исполнено. Расслабляюсь и начинаю кайфовать: от его жесткого взгляда, горячих рук и неимоверно буйной фантазии.

Я понимаю его желание по полной пролечить меня и сдаюсь, отдаваясь его власти.

— Нужно осмотреть горло, — вынес он вердикт, измерив мою температуру и вынув градусник.

Он достает шпатель и лезет им глубоко в рот. Нажимает на язык, заставляя кашлять, и проводит по щекам, чего не делают врачи.

Одномоментно он слушает меня фонендоскопом, заставляя мое сердце безумно трепетать. Биться так, словно пойманная рыба, стучащая плавниками об лед.

— Нужно вставить свечу, — он говорит и приказывает встать раком.

Достает из «медицинского» кейса упаковку свечей и вынимает одну.

Смазывает палец глицерином и просит меня расслабиться.

Подводит свечу к анусу, вставляет и проталкивает пальцем в глубину. Нажимает посильней, заставляя меня напрячься.

— Не напрягай попу, слушай меня.

Его голос как приказ звучит громко и властно. Не напрячься тут не получается, я уже вся горю и просто схожу с ума.

Он пропихнул палец до самого основания и теперь совершает толчки, довольно сильно вгоняя его в зад.

— Проведем осмотр, — он говорит и вставляет мне в попу второй палец.

Вскрикиваю и напрягаюсь, но тут же вспоминаю про его приказ.

— Назначим обследование на ближайшие дни. А пока — нужен укольчик.

С интересом смотрю, как он вынимает стальной медицинский шприц и разрезает специальным ножом стеклянную ампулу.

Длинная игла пугает меня, но требовательный взгляд Арнольда заставляет меня подчиниться.

— На живот, попой вверх, — командует он и я исполняю его приказ.

Укол довольно болезненный, но зато в попу. Я уж разволновалась, вдруг он сделает не в ягодицу, а куда поглубже. Но, к счастью, все обошлось. На что-то более пугающее я пока не готова.

— Строгий постельный режим, — он говорит мне и целует в щеку.

Не выдерживаю, и подставляю губы. Он отвечает, облизав их и введя мне в рот свой настойчивый язык.

Вкуснее поцелуя я еще не встречала. Арнольд целует меня так, словно я рабыня и, одновременно, его королева. Нежно, но настойчиво, властно, но вместе с тем любя…

Я встала чтобы закрыть за ним дверь и вдруг расплакалась. Как маленькая девочка попросила его забрать отсюда меня.

Мне тут надоело, я хочу домой!

— Я не хочу… чтобы ты уходил…

В мгновение ока мы собрали мои вещи, вызвали хозяина квартиры и отдали ключи.

* * *

— Уютно у тебя, — он вошел всего на чашечку чая. Я упросила, он не хотел, отказывался, говорил что спешит.

— Уютно, но одиноко, — говорю и наливаю ему чай.

Он помешивает ложкой и как бы невзначай замечает:

— Предлагаю сначала встретиться в БДСМ-отеле. А там уж окончательно все станет ясно.

Я хотела сказать, что мне уже ясно все. Но раз он сомневается — что же, я пойду на уступки. Я понимаю, что это большой плюс, что он ответственно относится к выбору нижней. Тем более, как он, так и я — мы не хотим отношений чисто для сессий. Мы хотим спутника по жизни и любовника в одном лице.

— С удовольствием, — отвечаю я и ленюсь записать адрес