Vic. Если ты позволишь. - Вирсавия Вайс

цыкнул он, потирая ушибленного солдата, который вообще не мог понять, за что ему прилетело. - Значит, крутить динамо собралась. Ну-ну! Ни хера у тебя не выйдет, Ляля. Я знаю, как устроить тебе обломинго, стерва!

Он натянул краги, шлем и, убрав подножку, выкрутил ручку. Харри резко взвыл, крутанулся по кругу и рванул вперед, выплёвывая из-под колес гравий.

Через десять минут Вик уже был на речке. Заехал на своё место. Тихое, уединенное, скрытое от любопытных глаз густым ивняком. Он раньше с дедом сюда ходил рыбачить, до безумия наслаждаясь этими моментами. Когда он чувствовал, что его мысли и проблемы кому-то интересны, когда над его шутками смеялись и выслушивали, как он с умным видом нес какую-нибудь несусветную ахинею.

Вот и сейчас он слез с байка, разделся и с разбегу нырнул в прозрачную, обжигающе холодную воду, надеясь, что она принесет ему облегчение и выбьет всю дурь из головы. Он два раза переплыл реку, наслаждаясь чувством свободы.

Но если на тело вода и произвела нужный эффект, с головой всё обстояло куда хуже.

Она завела его, как никто до этого. Он не помнил, чтобы хоть одна тёлка его так выбесила. Он знал, что просто так этого не оставит. Вик вышел на берег. С его кожи стекали струйки воды, повторяя рисунки тату на руках и груди. Он сел, достал из пачки «Мальборо» и затянулся, задумчиво глядя на воду, по которой ещё шла рябь.

- Я тебя выдрессирую, маленькая стерва. Ты ещё есть из моих рук будешь, и по одному только моему взгляду будешь готова меня принять так, как я этого захочу. Я побываю в каждой твоей дырочке и везде оставлю о себе отметину.

Воображение тут же нарисовало ему эту картину, на которую тело среагировало моментально тяжестью и болью.

- Твою мать!

Выкинув окурок, Вик сделал пару глубоких вдохов в надежде успокоиться, понял, что это ни хера не работает, и опять пошел к воде. Он уже знал, что сегодня нанесет первый визит к Ляльке, и будь он проклят, если уже сегодня не отведает её милых прелестей.

Нужно только дождаться темноты. Он был уверен, что она не станет поднимать шум. Зачем же беспокоить маму? Он был согласен, если её милый ротик, из которого будут вылетать крики, в этот самый момент будет терзать его рот. Забирая каждый её вздох, каждый вскрик.

Единственное, не забыть бы в аптеку заехать, резины прикупить, да побольше. Лучше пусть останется, чем не хватит.

В куртке завибрировал телефон. Отец.

- Ну? Какого надо? Да, я уехал! Я сказал, что никуда не поеду! Пошли вы оба на хер, и ты, и она! Надо, значит, приезжай и сам забирай меня от деда. Надеюсь, адрес не забыл? Сам ты мудозвон!

Отключился и закурил ещё. Ему нужна разрядка. Скорей бы вечер.

Глава 3

- Здорово, дед! Как сам?

Вик вошел в дом. Тут всё осталось как и прежде: как год назад, как десять лет назад. Только дед стал потихоньку сдавать. Он ещё оставался крепким мужчиной, и, как уже понял Вик, к нему захаживала дама. А судя по тому, что на тумбочке в спальне он не раз находил то элегантные серёжки, то шпильки, то нижнее бельё, причём такое себе, не из масс-маркета, дама была не промах и гораздо моложе его старика.

- Ну хоть в чём-то вы с отцом похожи, - бубнил Вик под нос. - Всех вас на свежее мяско тянет.

- Витька! – дед хлопнул его по плечам. - Надолго ко мне, оболтус? Как школу закончил? Куда дальше планируешь?

- Йо! - хмыкнул Вик. - Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее! Всё путём: золотая медаль и «Вша». Всё по стандарту, дед.

- Ну а как на… - дед поиграл бровями. - Горизонтальном фронте? Есть кто?

- Рассчитываю на то, что появится. - хмыкнул он, чувствуя, что мысли снова улетели к малой и её попке.

- А то смотри, к моей Тайке сегодня дочурка приедет. Могу познакомить. - дед бросил на него изучающий взгляд. - Девчуха - умница, красавица. Просто спелый персик! Не гулена и прошмандень, как твоя Златка.

Итак, дедовскую зазнобу зовут Таисья, и моложе его она лет так на двадцать как минимум. Бабы в сорок — самый сок! Вик часто ловит на себе тоскливые взгляды мамашек своих друзей. Но мамы Стифлера несколько не в его вкусе. Вик любит необъезженных лошадок. А после остальных мужиков Вик брезгует, как презерватив пользованный одевать. Он всё любит новое, чтобы только