Ты моя тайна. Муж моей сестры - Таня Ульянова

Он хотел что-то сказать. Это было видно.

Губы разомкнулись… и тут же сомкнулись снова.

Тишина между нами была громче любого крика.

Я сделала шаг назад.

Маленький. Лишь на шаг увеличивая дистанцию между нами.

— Здравствуй, Вика, — хрипло проговорил он, будто хотел прикоснуться ко мне, но сам же и останавливал себя.

Пять лет назад я сбежала, чтобы выжить. Чтобы Алиса росла в спокойствии, а не в скандалах.

А сейчас, тот от кого я отказалась, тот от кого я бежала, тот кого я любила, и люблю, смотрел на меня, словно не веря, что сейчас точно я стою перед ним.

— Здравствуй, Игорь…

Глава 5

Вика.

— Здравствуй, Вика, — хрипло проговорил он, будто хотел прикоснуться ко мне, но сам же и останавливал себя.

Голос Игоря прозвучал тихо, почти неслышно. Наполненный непередаваемой болью. Словно он боялся произнести мое имя вслух.

Словно он боялся, что, произнеся его громче, разрушит этот хрупкий момент.

Я замерла.

Не сразу осознала, что сейчас он, стоит передо мной. Сердце билось так, что отдавалось в висках. Казалось еще мгновению, и я просто потеряю сознание.

Я медленно, неуверенно подняла взгляд на него. Боясь вспомнить все то, что нас связывало.

— Здравствуй, Игорь, — ответила я, так же тихо.

А внутри все разрывало, от желания прижаться к нему, разрыдаться, сказать что люблю, и не прекращала любить все эти пять лет. Что первые месяцы после отъезда в Лондон, засыпала и просыпалась в слезах с его именем.

Как люблю его, настолько сильно, что дышать, и говорить больно…

Одно слово. Люблю… А так много смысла… Так много значимости…

Мы стояли напротив друг друга, не решаясь сократить расстояние, словно играли в игру, кто первым нарушит молчание.

— Вика… — хрипло проговорил он, нежно, словно невесомо прижав ладонь к моей щеке.

В этом прикосновении было все. Любовь. Нежность. Боль разлуки. Желание согреть друг друга своим теплом.

Между нами — воздух, наполненный тем, что нельзя произнести вслух.

Игорь смотрел на меня внимательно, будто изучал заново. Его взгляд скользил по лицу, задерживался на глазах, губах, будто он искал во мне, ту Вику — и находил. И пугался этого.

— Ты повзрослела, изменилась… — негромко проговорил Игорь, блуждая взглядом по моему лицу. — Но все такая же красивая… Та, какой я тебя запомнил…

Я чувствовала, как его взгляд касается моей кожи, словно прожигая насквозь.

Как внутри поднимается всё, что я столько лет держала под контролем.

Он изменился.

Не внешне — глубже.

В его глазах больше не было той уверенности. Только усталость и напряжение, будто он слишком долго нес что-то тяжёлое. Хотя так и было. Он так же как и я, все это время, нет нашу с ним тайну. Нашей сладкой, но ошибочной ночи пять лет назад.

Я смотрела и видела в нём того же Игоря.

Того, кого не переставала помнить.

Того, кого не переставала любить.

Того, кого так и не смогла похоронить в памяти.

Наши взгляды говорили громче слов.

«Ты здесь».

«Я не ожидал».

«Я тоже».

«Ты изменилась».

«Ты — нет».

Игорь сделал едва заметный вдох, словно старая сохранить остатки самообладания.

— Как ты?.. — начал он и осёкся, словно сморозил какую-то глупость.

— Нормально, — на автомате проговорила я, чувствуя как гулко бьется сердце, отбивая ведомый только ему ритм.

Внутри все сжалось до боли.

Сердце кричало: обними, прижми к себе, скажи что любишь, укрой от этой разрывающей изнутри боли, и никогда не отпускай.

А разум говорил: сейчас не время. Нельзя.

Я чуть качнула головой, прогоняя лишние мысли. Во всяком случае стараясь прогнать.

Сейчас — не время.

Не здесь.

Не так.

Он понял. Это отразилось в его взгляде. В его взгляде мелькнуло понимание. И боль одновременно. Не самое лучшее сочетание.

По коридору прошла медсестра, разрушив эту неподвижность. Снова возвращая нас в реальность. Мир снова напомнил о себе.

— Я рад, что у тебя все хорошо… — снова начал Игорь.

Я подняла глаза.

В этом взгляде было столько всего, что сложно было передать словами все эмоции, которые бушевали внутри в тот момент.

— Я рада была тебя видеть, — сказала я мягко, чувствуя как душа рвется на кусочки.

Это было всё, что я могла позволить себе сказать. По крайней мере, в данный момент.

Я развернулась и пошла к выходу из больницы, чувствуя как глаза защипало от просящихся наружу слез.

Больно. Чертовски больно. Сама виновата. Сама отказалась от своего счастья.

Дура… Теперь кусай локти, Вика… Теперь кусай локти…

В этот раз я не убегала. Я шла медленно, чувствуя как за спиной, остается по прежнему важный, и дорогой для меня человек, а я даже не могу позволить себе его обнять. Сказать слова любви.

Игорь смотрел мне вслед. Я чувствовала. Мне не нужно было оборачиваться, чтоб заметить это.

И я вдруг поняла. Точнее позволила себе признать, в очередной раз.

Она всё ещё там. Эта чертова любовь, оставалась все еще там, где-то глубоко внутри. Обжигая, испепеляя душу изнутри.

А я, идя по коридору, еще даже не знала, и не подозревала к чему может привести эта встреча.

Глава 6

Игорь.

Все еще смотрел ей вслед, и не мог поверить, что спустя столько лет, снова вижу ее перед собой. Мне казалось она стала только краше. Ничуть не изменилась. Только вот глаза… Глаза остались такими же грустными, как пять лет назад, когда она буквально умоляла меня оставить все как есть, ничего не рассказывать никому. А сейчас, для меня это было самой главной ошибкой, о которой я жалею. Но поступи я тогда иначе, Вика бы возненавидела меня. Да, я бы не женился на Лене, но потерял бы ее… Она бы не простила.

— Вот ты где, — послышался голос Евы, выводящий меня из размышлений.

Повернулся к сестре, внимательно смотря на нее.

— Что сказал врач? — сложил руки на груди, в ожидании ответа.

Ева лишь слегка улыбнулась, впервые за все время беременности прижав ладонь к животу. Словно только начинала принимать тот факт, что внутри нее живет маленькая жизнь. Хрупкая беззащитная. Которая не в чем не виновата.

— Все хорошо, — улыбнулась Ева. — Правда все хорошо.

Заботливо поцеловал Еву в макушку, и мы вместе направились к выходу из больницы.

* * *

Дорога мелькала за окном, сигналы, светофоры, люди — всё сливалось в один размытый фон. Я ехал словно в тумане, не слушая что рассказывала Ева. Не помня