Женщина в поисках силы. Семь дорог к внутренней свободе - Ирина Николаевна Мальцева

не жжем их мысленно и не выкидываем в пропасть. Они есть. Поставь их на полку во внутренней библиотеке. Просто можно не перечитывать эти невеселые книги так часто – зачем? Мы перечитываем любимое. Вот и с воспоминаниями стоит обойтись так же.

Это повлияет на вторую часть формулы – про будущее.

Если у нас было что-то хорошее в прошлом, мы естественным образом склонны ожидать, что и будущее будет неплохим. И непроизвольно начинаем стремиться к этому. И гораздо чаще это получаем.

Даже очень тяжкое настоящее может оказаться просто мостом между двумя устойчивыми берегами: хорошим прошлым и будущим. Это куда более приятная дорога, чем путь от плохого к плохому через краткий просвет. Думаю я, основными вехами должны быть моменты радости – тогда над пропастью встает мост, и есть силы его перейти.

Задачи возраста

У каждого возраста свои задачи: у ребенка одни, у подростка другие, у взрослого третьи. У нас очень понятный базовый путь от рождения до умирания, и никто не уйдет обиженным или живым с этого полигона, но внутри игры карты ох какие разные, и задачи разные. Поэтому я так люблю концепцию архетипов по Пирсон, – это, по сути, описание двенадцати главных задач пути. Каждая задача – перемена участи.

Мы тут все решаем ежедневное и стратегическое, и я думаю еще про разделение возрастных задач, которое было пару веков назад, а сейчас стирается. Что делают молодые? Что делают зрелые? Что делают старые? (И другие возрасты именно вот эти задачи выполнить не могут, или могут со сложностями.)

Это как сезоны года, и каждый раз, забираясь в алые от ягоды земляничные заросли, я вспоминаю, что через две недели ее будет трудно отыскать, а через три останутся единичные ягоды. Всему свое время – для разного.

Что делают зрелые? Что делают старые? Вот если реально, а не по лубочным историям «как испокон веков было» или «как положено»?

Старение, и как с ним обойтись

Со старением, особенно с женским, есть один интересный момент. Общественные ожидания от него повисают в воздухе раньше, чем оно начинается в реальности. Это как в эксперименте Розенталя: одним детям по результатам теста сказали, что они одаренные. А другим не сказали. К концу учебного года первая группа вырвалась в отличники-ударники-молодцы. Вторая осталась на прежнем уровне. То, что ты знаешь о себе, сильно влияет на то, как ты живешь.

Та же история со старостью. Женщина, которая варится в общекультурном бульоне западной цивилизации, с точки зрения общества примерно с сорока начинает увядать, разваливаться и чахнуть.

Что делают некоторые реальные женщины, попадая под давление этих ожиданий?

1. Молодцевато борются. Фитнес, пластика, диета, мини, новый муж, новые дети.

2. Внутренне соглашаются, что жизнь – все. Тоска, волочение левой ноги, целлюлит, винишко, поликлиники.

Женщина, которая выбирает бороться со старостью, должна искренне поверить в важность такой борьбы. Буквально ввязаться в безнадежную битву. Иначе трудно будет заставлять себя делать всякие антивозрастные мероприятия, болезненные инъекции и операции, есть один сельдерей, надевать пуш-ап и вот это все.

Другая, которая соглашается с указателем «Ползем на кладбище», наоборот, выключается. Зачем все эти нелепые телодвижения: хобби, веселье, путешествия и встречи? И она выключает энергетическую фабрику внутри. К чему уж, раз все равно ползем.

Ну так вот, эти общественные ожидания несколько преувеличены. Старение совершенно объективно. А вот немощь, например, – часто наведенный морок. Живое существо в природе долго сохраняет силы и пластичность и спокойно ими пользуется, пока не наступает очень короткий период реальной немощи, неделя-две, за которым следует смерть. Это я про моих коней и кошек. Старая кошка продолжает играть, нежиться и с аппетитом жрать мышей. Кошка в силе и в порядке, даже когда старая. Это другой порядок, чем в юности, однако он есть.

А женщины иногда еще волнуются. И это не страх старости, это страх ребенка «я хорошая?», «папочка любит меня?». Так стареть труднее, потому что нерешенные детские вопросы, преломляясь во взрослой жизни, страшно отвлекают и силы отнимают. Будут ли тебя любить постаревшую? Почему нет? По крайней мере, ты себя имеешь полное право не только любить, но и веселить, развлекать – сколько бы тебе ни было лет.

До немощи еще дожить надо. Кажется, в плюсе оказываются те, кто создают свой личный миф «я старая – это вот так» и находятся в позиции исследователя, не имея готового ответа и не очень-то принимая на веру те, что ей предлагают.

Старение вообще лучше удается, когда у женщины есть власть (решать и действовать), средства (которыми распоряжается она сама) и некоторый интерес посмотреть, что там дальше. Такая женщина учитывает изменения тела и смыслов и продолжает жить так, как ей нравится, а когда, например, хочется чего-то поспокойнее, чем горные лыжи, заводит дачу, абонемент в концертный зал или привычку завтракать в кафе после утренней прогулки.

Сила старости

Я довольно долго боялась старости. Не потому, что морщины и суставы. Потому, что уменьшается сила действия. А для меня самое важное – действовать. Испытывать, пробовать, учиться, решать, влиять. Поэтому несколько лет я искала силу старости. Да, конечно, «старикам везде у нас почет», но по факту людей старшего возраста редко кто готов слушать, их опыт не успевает за нашим быстрым миром. Как быть старой женщиной в силе? Что вообще делают женщины в возрасте за 65, не желающие превращаться в типичную «бабушку из очереди в МФЦ»?

Я не могла разобраться, как выходит, что женщина сначала занята учебой, детьми и карьерой, а потом, набравшись опыта и ума, наконец-то накопив понимания самых важных вещей, вдруг теряет все свое влияние и становится невидимой ни для кого, кроме участкового терапевта. Ей предписано либо бурчать, как испортилась молодежь (слова к бурчанию написал еще Аристофан, с тех пор они повторяются почти без изменений уже две с половиной тысячи лет), либо активно выступать на разных собраниях садовых товариществ за подключение воды и против чужих собак на участках. Ни то, ни другое мне не кажется подходящим смыслом. Я видела и вдохновенных волшебных старых садовниц, и университетских профессорш, к которым студенты были счастливы приехать в любой выходной, чтобы только еще послушать. И целительниц, и философов, и актрис.

Но знаешь, настанет день, когда отвалится многое из того, что сейчас кажется очень важным. Останется то, что важнее. И ты