Женщина в поисках силы. Семь дорог к внутренней свободе - Ирина Николаевна Мальцева

Это не только про зверей, про время тоже. Когда впереди маячит заманчивый проект или какая-нибудь учеба, я спрашиваю себя: вместо чего? У каждого взрослого человека день заполнен, как стакан песком. Моменты отдыха и раздумий – как вода, которую можно налить в этот же стакан. Она поместится между песчинок и заполнит стакан полностью. Все, больше ничего не войдет. И когда в голову приходит, допустим, блестящая идея посвятить час спорту, потому что раньше спорта вообще не было, а надо, – это история про то, что из стакана придется вытряхнуть часть песка.

Чтобы встретиться с подругами, придется вынуть дела и другие развлечения из своего выходного и вставить туда подруг. Чтобы написать книгу, нужно вытащить из дня несколько дел и освободить себе час для текста. Иногда люди говорят «раздвинуть». Раздвинуть не получится, потому что ни мы, ни наше время не резиновые. Получится только обменять что-то на что-то.

Мне нравятся женщины, которые умеют устраивать жизнь, понемногу вынимая все давящее или скучное и засыпая в свой стакан дела, которые для них более осмысленны и ценны.

И знаешь, осмысленность тут – важное слово, чтобы не свалиться в детское ожидание постоянного счастья. Испытывать восторг и радость все время не получится, поскольку мы проживаем разные обстоятельства и проходим через разные чувства, через весь спектр. Из этого рождаются другие состояния. Задумчивость, творческий азарт, растерянность, гнев, печаль, возбуждение, смущение, усталость и много чего еще. Твое время дано тебе для всех этих переживаний, потому что они делают тебя мудрее, глубже и сильнее.

Идея про безостановочное счастье не учитывает, что время вмещает все.

Ненавижу режим дня!

Не так много людей любит и умеет соблюдать ежедневный режим. Есть те, кого, с легкой руки писательницы Барбары Шер, теперь называют «хаотиками», – им проще, когда каждый день идет по своему отдельному пути.

При этом полно книжек-советов-подкастов, где говорят о том, как бесконечно полезны режим и рутины. Многие вдохновляются (например, я). Но длительно сохранять привычки, особенно недавно приобретенные, сложнее, чем забыть и перестать.

У меня есть несколько давних привычек: например, много ходить (по улицам, даже по морозу, но иногда и по специальной шаговой дорожке). Еще я учу английский понемножку каждый день, и пишу тексты, тоже каждый день. Больше ничего постоянного нет, потому что я хуже живу и работаю, когда на меня давит слишком много строчек в списке рутин.

У меня есть гипотеза, почему мы любим или не любим повторяющиеся действия. Если ребенок рос в подходящем ему мягком и здоровом режиме (который могли выдержать и сохранить его родители), во взрослом возрасте такой человек будет от любой рутины чувствовать себя хорошо. Потому что для него это = покой, поддержка, надежность, устойчивость.

Если твои родители так не могли (куча работы, некогда, педагогические приступы случаются редко и неожиданно, а в основном режим плавает, привычки не очень устойчивы и т. п.), то первое знакомство с суровым режимом происходило в детсаду или школе. А там мало кто учитывал твои персональные потребности, проще надавить, и все построились. Если ты получала распорядок дня и рутины как неприятное, ненавистное, нелюбящее воздействие, будет трудно привыкать к этому во взрослом возрасте. Потому что для тебя рутины = давление, непонятно, зачем надо, одиноко, грустно. Этот набор, хранящийся в бессознательном, здорово влияет на наши эксперименты с новыми привычками.

Иногда помогает хороший педагог. Пара моих подруг в школе попали в добрые руки, и их научили посильному, полезному и местами очень приятному режиму, где грамотно чередовались занятия и отдых. У них тоже рутины получаются и радуют. А нам, остальным, придется, похоже, сначала перестать протестовать внутри себя против ненавистных воспитательниц и нянечек. То есть расцепить эту связку, когда любая рутина – это триггер невеселого состояния. Удивительные получаются результаты.

По сути, рутины – это зарезервированное время, отведенное на важные процессы, которые нужно поддерживать, как фокусник подкручивает свои тарелочки на шестах, чтобы они не упали. Если все время уходит на какие-то другие важные дела, а на это не остается или остается недостаточно, придется задать себе вопрос: «Вместо чего?». Рутины выводят нас на куда более важные темы, чем режим дня.

• Какие у тебя приоритеты? Что для тебя главное, а что можно и сократить?

• Чего ты себе никогда не позволяешь и поэтому пытаешься урвать на это время неосознанно, тайно, нарушая распорядок?

• Достаточно ли воздуха и света в твоем распорядке, не забит ли он до отказа? Осознаешь ли ты, что твои силы и часы в дне конечны? Можешь ли отказаться от чего-то?

Тема «времени не хватает» всегда связана с тревогой, тревога произрастает на предписаниях и ожиданиях, а они привольно устроились на чувстве вины и чувстве долга. Иногда добыть себе побольше времени – значит, перестать быть виноватой и всем должной, а не выстроить правильно режим дня.

Паноптикум: отложить или воплотить

Я откладывала затею сходить на одну постановку в театр довольно долго. Когда наконец добралась, оказалось, что мне уже не в радость ни та пьеса, ни тот автор, ни актерская игра – все казалось пересолено и недотянуто.

У меня есть целый паноптикум в голове. А может, в сердце. Там лежат непочатое намерение научиться ткать, список никогда не проведенных семинаров (интересный список, и чего там только нет: «Как снимать проклятия», «Как выбраться из повторяющегося сюжета», «Как дойти крошечными шагами далеко-далеко» и всякое такое). Я большой мастер откладывать.

Мне хочется куда больше всяких штук, тем и событий, чем я смогу и соберусь воплотить. Потому что глаза завидущие куда быстрее находят новое интересное, чем руки могут делать. И я не могу так просто с этим расстаться. Поэтому складываю в паноптикум. Это старое слово обозначает специальное место, где собираются коллекции из разных необычных и странных вещей. У тебя тоже есть твой, для разных идей, я уверена.

В мой я заглядываю, чтобы, обозревая замыслы и идеи:

1. Иногда грустить о своей смертности и невозможности испробовать все на свете.

2. А иногда зачерпнуть энергии. Если мне надо добыть ресурса, я исполняю что-нибудь из отложенных желаний. Или отменяю парочку-троечку. Когда я сходила на ту пьесу, я осталась в некотором недоумении, но и в приятном ощущении, что я точно определилась с этим автором и пьес его смотреть больше не хочу. И вообще прояснилось, что я не театрал