Vic. Если ты вернёшься. - Вирсавия Вайс

Дыхание становится прерывастым, тяжёлым, ноздри трепещут, над верхней, закушенной, губой выступили бисеринки пота, влажные волосы прилипли к вискам, грудь вздымается жесткими рывками.

- Достань его. – Хрипло шепчет он. – Давай, малыха!

Его желание полностью парализует мой здравый смысл, отключая его. Мои руки скользят вниз, между нашими телами. Непослушными дрожащими пальцами я расстёгиваю пуговицу на его джинсах и дёргаю вниз молнию. Этот звук заставляет всё тело завибрировать. Ладонь ныряет вниз, проникая под боксеры, и касается горячей пульсирующей головки.

Он стонет, упирается лбом в мою голову. Я чувству его напряжение. оно передаётся мне, заставляя тело отвечать на каждый его взгляд, вздох, движение. Возбуждение волнами проходит через его тело, заставляя мышцы бугриться, дыхание вырываться рваными толчками из груди. Все вены на руках, шее вздулись. Пот крупными каплями катился по коже, вызывая непреодолимое желаение слизнуть его и ощутить солоноватый вкус на кончике языка.

- Твою мааать! – Хрипло шепчет он. – Обхвати меня за шею, немедленно.

Дыхание обжигает. Я вскидываю руки, обхватывая его за шею.

- Держись.

Он убирает руку с моих бёдер, и я висну на нем, обхватывая его ногами и прижимаясь к нему всем телом. Виктор одним движением стягивает джинсы вместе с боксерами, медленно выдыхает и поднимает голову.

- Посмотри на меня, родная, – срывающимся голосом шепчет он. – Посмотри и скажи мне. Скажи, что ты хочешь меня.

Я поднимаю глаза и замираю, растворяюсь в нём.

- Маленькая моя, – он через силу улыбнулся уголком рта. – Я не могу больше ждать.

Движение, и пульсирующая головка начинает тереться о влажный набухший клитор, разгоняя по телу белые молнии удовольствия, заставляя меня тихо постанывать и двигать бёдрами, умоляя его о продолжении.

- Ольга, твою мать! – Его зубы больно прикусили мочку уха, и я вскрикнула.

Руки нырнули под рубашку. Я ногтями скользнула по его плечам, срывая кожу, чувствуя, как он вздрогнул от этой боли. Медленно наклонив голову, горячим языком лизнула ушную раковину и хрипло шепнула.

- Дааа.

В ту же секунду он ворвался в меня до самого основания. Он согнул одну ногу и уперся коленом в дверь, позволяя мне расслабится.

- Дааа, – вскрикнула я.

- Тихо, родная. – Шикнул он, бросая на меня горячий взгляд, подхватывая рукою под ягодицу, поднимая и вновь с силой опуская меня на себя.

Комната наполнилась влажными звуками соединяющихся тел, его тяжёлым дыханием и моими тихими резкими выдохами. В нос ударил сводящий с ума запах секса. Движения стали ускоряться, он глухо стонал, опуская и поднимая меня, вколачиваясь до упора. Я встречала его каждое движение, тело выгибалось, пуская его ещё глубже, обхватывая ещё плотнее. Первая горячая струя семени, и я замираю, выгнувшись дугой, расстворяюсь в бешенных волнах, накрывающих меня одна за одной. Голова откинута, рот открыт в беззвучном крике, пальцы впиваются в его спину, разрезая ногтями кожу. Внутренние мышцы резко сокращаются, обхватывая его, сжимая, доводя до исступления, выжимая до последней капли. Он сжал руки в кулаки, вены канатами вздулись под кожей, казалось ещё чуть-чуть, и они просто полопаются.

- Блядь, пиздец, Лялька. – Хрипло прошипел он сквозь зубы – Ты из меня точно скоро психа, повернутого на сексе, сделаешь. Дурею от тебя. Полный гребанный крышеснос.

Он оттолкнулся рукой от двери и подхватил меня на руки второй рукой. Моё тело ещё сотрясалось от волн экстаза, и я просто повисла на нём, как тряпичная кукла, ничего уже не соображая. Оставаясь во мне, он донёс меня до кровати и сел на неё, поглаживая меня по голове, целуя в шею.

- Моя девочка.- срывающимся голосом прошептал он,- Вся моя. Везде.

Чуть отстранившись, скользнул по мне глазами, задержавшись взглядом на губах, груди и опустил взгляд вниз, туда, где мы были одним целым. Чуть приподнял и снова опустил, медленно, тихо постанывая.

- Охуенный вид, родная. Вот так, детка, бери меня всего. - сквозь зубы процедил он, поднимая и снова насаживая, медленно-медленно, отчего я просто начинаю сходить с ума, чувствуя малейшее движение его члена внутри себя.

Жар залил меня всю. Щёки аж горели. Губы пересохли, и я нервно облизнула их, опуская глаза вниз.

- Ты моя, поняла меня? - он продолжал свою пытку, медленно опуская и поднимая меня, наблюдая за тем, как его член погружается в сочащееся соком и семенем лоно, постанывая от сдерживаемого желания.

Я чувствую, что он опять наполняется силой, наполняя меня, растягивая только-только