Тени Овидии - Нилоа Грэй

Та, хихикая, исчезла.

–Извини, Лотти.

Отдышавшись, Шарлотта покачала головой.

–К моему большому сожалению, я уже привыкла видеть твоих приятельниц, – Ведьма Земли закончила работу над зельем. И подойдя к подруге, крепко взяла ее за руки.

–Послушай моего совета. Не думай о статусе Представительницы. Пока. Тогда твое поведение изменится. И отношение людей к тебе тоже. Они другими глазами на тебя посмотрят. Смягчатся. Но я понимаю, что ты едва ли сделаешь это. И переживания твои понимаю тоже. Хотя вижу, что в таких вопросах, как этот, мы с тобой кардинально расходимся.

–Ты всегда была мне опорой, настоящей, правда, – еле слышно произнесла Овидия.

–Я могу остаться ею. Но решать – тебе. Только тебе.

Серая Ведьма поморщилась и, не смея взглянуть на подругу, пробормотала:

– Просто… Я не могу в это поверить. Ты же знаешь, что я не люблю обращать на себя внимание.

Шарлотта глубоко вздохнула.

– Когда же ты поймешь, Овидия Уинтерсон, любишь ты это или нет, ты уже обращаешь на себя внимание, да еще как!

Колокола Винчестерского собора пробили пять. Овидия вздохнула и, поправляя платье, встала.

– Спасибо за гостеприимство, Лотти, мне пора домой.

– Я провожу тебя. Возьми мою карету, сейчас стемнеет. Не забывай, что до Самайна остался месяц – у тебя еще есть время как следует подготовиться.

Лотти отправила слугу готовить карету и, взяв подругу под локоть, не спеша направилась с ней к выходу.

Дом Лотти располагался неподалеку от Уинчестерского собора. Этот дом знали главным образом благодаря саду – большому, пышному, предмету зависти всех соседей. На деревьях, украшавших дорожку, ведущую от главного входа к калитке, оставалось все меньше листьев – все они уже лежали на земле.

– Как тебе новая книжка?

– Нравится. Сейчас я на том месте, где герои признаются в любви.

Лотти тихонько хихикнула.

– Какая ты все-таки романтичная!

Подъехала карета и подруги крепко обнялись.

–Увидимся завтра. Расскажи потом, что там дальше будет, после признания.

Кучер закрыл дверцу кареты и приготовился трогать.

Овидия опустилась в кресло и принялась следить за мельканием огней и темнотой, в которую погружался город.

Была почти полночь, когда Овидия закончила роман, который читала последние два дня. Перелистнув последнюю страницу, она положила книжку на грудь и выдохнула, ошеломленная тем состоянием, которое переживает каждый читатель, расставаясь с увлекательной историей – состоянием перехода от вымысла к реальности. Разбросанные по комнате тени наблюдали за ней: она привыкла, что на нее смотрят, когда она читает, и привыкла жить с этим.

Значит, ты дочитала, сестричка, – прошептала Вейн в голове у Овидии.

Овидия кивнула, отошла от подоконника и со вздохом направилась к комоду.

– По крайней мере, мне удалось немного отвлечься от реальности, – проговорила она. – Мне это было нужно.

В этот момент Фесте подпорхнула к Овидии и, выхватив книгу у нее из рук, принялась с любопытством рассматривать ее. Пользуясь моментом, пока за ней не следят, Овидия решила причесаться. Темно-каштановые локоны ее доходили почти до бедер. И если утром ее волосами занималась Жанетта, с ловкостью и быстротой, которая была присуща только ей, то по вечерам Овидии приходилось справляться самой.

Серая Ведьма взглянула на Фесте, но в этот момент та вдруг исчезла, вместе с книгой, которую держала в руках, а в следующее мгновение материализовалась на кровати. Она лежала на боку и с сосредоточенным видом переворачивала страницы.

Тем временем Альбион неподвижно стояла в углу у двери. Овидия не видела ее, но вибрацию, которая от нее исходила, трудно было перепутать с чем-то еще. Через какое-то время она переместились, Альбион подплыла к Вейн и резко дернула ее за волосы. Точнее, за то место, где у людей были бы волосы.

Думаешь, я забыла о том, что случилось сегодня днем? Явиться перед всеми, при полном свете, без предупреждения.

– Это все Фесте, сестра. Это она виновата, – попыталась защищаться Вейн, почти шипя.

– Сестры, я очень прошу вас чуть больше считаться со мной, по крайней мере, когда мы не дома, – смеясь, проговорила Овидия и тут же прикрыла рот рукой, стараясь не производить шума: в доме все давно спали. Разборки теней, хоть и были опасными, все-таки ужасно веселили ее. – Не затем я столько времени училась защищать вас и себя, чтобы вы выскакивали наружу, когда вам вздумается. Запомните раз и навсегда: это опасно. Даже если вы в доме Шарлотты.

Прости, сестра, – послышался с кровати голос Фесте. – Ведьма Земли плохо обращалась с тобой. Я чувствовала, как волнуется твое сердце, как тебе тяжело и неприятно.

– Я ценю вашу заботу, – Овидия повернулась к своим теням, которые теперь втроем неподвижно смотрели на нее. – Спасибо. Но ваши попытки защитить меня опасны – не только для меня, но и для моих близких. Шарлотта – почти родная мне. Я доверяю ей, и вы доверяйте тоже.

С этими словами Овидия встала, подняла с кровати книгу, которую там, не долистав, оставила Фесте, и поставила ее на полку.

– Вы забыли, чему вас учили на занятиях с Представителями? Вас месяцами готовили к тому, чтобы вы умели не обнаруживать себя. А теперь вы в одночасье хотите перечеркнуть все эти усилия?

Мощная вибрация была ей ответом. И решив, что разговор на этом может быть закончен, Овидия вернулась к своим локонам, которые нужно было теперь заплести в косы.

Она права, – Фесте подплыла слева и зависла над комодом. – Просто мы хотим защитить ее.

– Прямо сейчас я должна защищать вас от внешнего мира. Я вас. А не вы меня.

Может, лучше будем защищать друг друга, – предложила Вейн, слегка поворачивая голову. – Мы команда. Мы сестры.

Овидия закончила заплетать волосы, закрепила косу белой ленточкой, и кончики ее скользнули по спине.

– Сестры доверяют друг другу. Вы должны доверять мне, – твердо сказала она.

Мы согласны, – хором проговорили Вейн и Фесте.

Овидия повернулась и бросила взгляд на Альбион. Ты хмыкнула и слегка качнула головой.

– Раз так, тогда начните это доказывать. Сейчас, когда вас трое. С двумя я еще справлялась, но сейчас мне сложнее. Ничего личного, Альбион, – добавила она. – Уж кому-кому, а великой тени здесь более чем рады.

Альбион тихонько фыркнула, словно преуменьшая свою важность.

С этими словами Овидия встала, показывая, что разговор окончен, и с шумным выдохом задула свечи. А потом легла на кровать и накрылась одеялом.

Фесте и Вейн переглянулись и