Из рода Хранителей магии - Гэбриэл М. Нокс

Следующими стали конники с мечами. Один за другим, сминаемые невидимыми тисками, они превращались в груды кожаных доспехов в кровавых лужах. Позади раздался крик Эрэл и ругательство обескураженного Бэла. Диэлона тоже ужаснула картина расправы. Только Теркус не терял времени и ловил лошадей, лишённых наездников.

Когда Легион, ослеплённая яростью, обернулась, желая расправиться с виновником её заточения, тот уже умчался в сторону замка. Зарычав от негодования, она хотела было помчаться за ним, но Диэлон её остановил:

– Легион! Очнись! Легион!

Девушка вывернулась, собрала новые силы и швырнула в удаляющуюся фигуру Дериуса сгусток энергии. Тот вскрикнул, но с лошади не упал, скрывшись за пригорком.

– Легион! – Диэлон развернул девушку к себе и поднял амулет. – Нам лучше уходить. Если он выжил, то пошлёт в погоню всю стражу Варата. И в этот раз они не перепутают стрелы. Слышишь меня?

Неподалёку рыдала Эрэл, отбивающаяся от ласковых рук Бэла, Теркус вернулся запыхавшийся, но с поводьями в руке, а позади переминались с ноги на ногу беглянки, ранее принадлежавшие всадникам.

Легион смотрела на Диэлона широко раскрытыми глазами, но не видела его. Она тяжело дышала, снова вибрировала кожа от клубящейся внутри магии. На секунду в голову Диэлону пришла мысль: насколько девушка сильна, если повязку снять?

– На, возьми. – Парень с опаской протянул Легион амулет. – Он теперь твой.

Легион облизала пересохшие губы, ещё раз взглянула на говорящего с ней человека. Вроде знакомый, но почему-то вспомнить его лицо сразу она не смогла. Осознание приходило медленно, порционно. И вот она уже тянула руку к амулету, но застыла на половине пути. Она отрицательно качнула головой.

– Нет? – нахмурился Диэлон. – Не хочешь брать? Тогда что мне делать?

Оба молчали, смотря друг на друга с ожиданием и вопросом.

– Ну же, Легион, теперь ты можешь говорить, амулет у меня.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он услышал ответ.

– Я пойду с вами.

Давно забытый тихий приятный звук и речь с прежним певучим акцентом. Диэлон почувствовал мурашки на коже и сам тому удивился.

– Хорошо. А с амулетом что делать?

– Оставь его себе. У него всегда должен быть владелец, не носящий повязку.

– Я не хочу отдавать тебе приказы.

– И не нужно, разреши мне поступать по собственному усмотрению. Этого хватит.

– Разрешаю, Легион. Делай что хочешь.

– Ты рехнулся! – услышал он Эрэл позади себя. – Она же их как… она же… ты видел, что она сделала. А вдруг она сделает с нами подобное?

– Не будь дурой, – огрызнулся Диэлон.

– Полегче, – примирительно поднял руки Бэл. – Но в каком-то роде Диэлон прав. Эрэл, тебе лучше помолчать.

– Но я…

– Эрэл.

Зарёванная девица нервно одёрнула платье и отвернулась.

– Это было правда необходимо? – Бэл подошёл к месту, где раньше находился реллиец, просивший пощады для него и сестры.

– Они бы убили нас не задумываясь, – отозвался Диэлон.

– Теперь ты её стряпчий? – улыбнулся Бэл, но тревога явно его не покидала.

– Нет, я тот, кто переживал за судьбы своих друзей. И Легион уже дважды нас спасла. Нам нужно уходить, теперь я знаю это.

– Я рад, что ты наконец-то…

– Ты был прав! Это хотел услышать? А я оказался глупцом.

– Диэлон, я не хотел оказаться правым в этой ситуации. – Бэл смиренно опустил голову.

– Неважно. Собираем провизию и уходим.

– Постойте. – Теркус, привязавший лошадей к деревьям, теперь собирал оружие врага. – Для обороны может пригодиться.

Бэл обернулся, чтобы разглядеть добычу.

– Поддерживаю, – отозвался он.

– Я с ней никуда не пойду, – заявила Эрэл.

Теркус прекратил сборы и внимательно посмотрел на спутницу. Диэлон же подошёл к ней вплотную и почти навис над растрёпанной, но всё ещё украшенной красивым позолоченным обручем головой.

– Тогда оставайся здесь или возвращайся в город, лошадей предостаточно. – В голосе мешалось раздражение и угроза.

Бэл покачал головой с укором, но ничего не сказал. А Эрэл так и застыла на месте, с трудом сдерживая в дрожащих губах поток вновь нахлынувших эмоций.

– Кто-нибудь ещё против того, чтобы Легион пошла с нами? – громче спросил Диэлон.

– Я только за, – отозвался Теркус. – Бандиты на дороге нам точно не страшны.

Эрэл кинулась было к лошади, но, осознав, что её действия никого не волнуют, разве что брата, остановилась.

– Раз противников нет, значит, уходим вместе и прямо сейчас. О произошедшем никому по дороге не рассказываем. Для всех мы путешественники из варатской гильдии Пилигримов. Эрэл? – Диэлон с вызовом посмотрел на девушку.

– Я с братом, – едва слышно ответила она.

– Отлично. Тогда удачи нам всем.

Глава 3

Горная деревня Камур. Граница между землями реллийцев и Северных магов

В убежище! В убежище! Хватайте детей, бросайте пожитки и бегите! В убежище! –

Громкий голос деревенского старосты разлетался по небольшой деревушке у подножия горы Ахрд. Семьи, бросая работу, пожитки и оставляя дома открытыми, неслись к каменной громадине, надеясь спрятаться в её недрах от давнего врага. Детей, больных и стариков чуть ли не волоком тащили, оставляя на руках и ногах ссадины и порезы от острой каменной крошки, на которой была построена деревня.

Мужчины целовали домашних, брали в руки тяпки, вилы, кирки и другие инструменты, пригодные для обороны, и собирались вокруг вооружённого такой же домашней утварью старосты.

– Юэл уже сжёг тела?

– Да, на восток посмотри, видишь, пылает?

Невысокий мужчина в коричневой робе посмотрел в сторону, куда указывал староста. И действительно, над одинокими сухими деревцами и каменными валунами клубился чёрный дым. Издалека можно было заметить зияющие дыры раскопанных могил и крохотные перекошенные памятники.

– Говорил же, что всё это устарело, – недовольно произнёс мужчина в робе, – зачем трупами землю портить. В телах уже ни души, ни жизни, просто оболочки. А вы всё про упокоение какое-то. Давно бы их сожгли и время сейчас не теряли.

– Не говори так, Доуэл. Это вы, реллийцы, ни во что не верите, а у нас принято людей земле предавать, – махнул рукой староста.

– И чего ради? Смысл в этом какой? На месте кладбища могли быть посевы или дома для переселенцев. А там одни трупы. О живых нужно думать. Теперь кочевники разгуляются, если Юэл с ребятами кого-то пропустили.

– Не пропустил, не переживай. А такие речи лучше больше не заводи, оскорбительны они.

– Кого же они оскорбляют? Тех, кто тратит силы и ухаживает за кладбищем? Или тех, кто вынужден высаживать семена в десяти километрах отсюда, так как ближайший чернозём занят захоронениями?

– Не будем, Доуэл. Сейчас проблема посерьёзней.

– Именно, Палисий. У нас проблема как раз из-за того, что Юэл вместо налаживания обороны сжигает тела.

Староста промолчал, виновато взглянув из-под мохнатых седых бровей на Доуэла. Деревня опустела, остались только те, кто собирался принять бой. Среди анкорцев и реллийцев