Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

— Это Ланц? — только тут сообразил Пратт, перескочил через прилавок и забрал у хозяина лавки уже взведенный арбалет. — Все в порядке, папаша, не стоит так горячиться.

— У меня есть разрешение! — вспылил тот.

— Да ради Святых!

Джек спустил струну арбалета, вернул оружие старику и метнулся в заднюю комнату.

Мгновение спустя послышались звуки борьбы, приглушенные ругательства, а потом из двери вылетел растрепанный Ловкач. Не теряя времени, Пратт заломил ему руки за спину и принялся затягивать на запястьях мошенника выуженный из кармана шнур.

— Ты представляешь, Себастьян, этот подлец в окно удрать хотел, — сообщил мне рыжий.

— Мы к нему со всей душой, понимаешь, а он в окно, — переведя дух, усмехнулся я. — Нехорошо.

— Нехорошо, — поддакнул Пратт. — Чего ты возишься?

— Да так.

Я положил левую руку на затылок бандита, и ладонь закололи холодные искорки скверны, а миг спустя пальцы и вовсе свела судорога. Хозяйничавший в душе марионетки бес не сразу понял, что происходит, а потом уже стало поздно — одним рывком я вырвал нечистого и, скрутив, будто мокрую тряпку, отжал из него потустороннюю силу. Одержимого начала бить крупная дрожь, он выгнулся дугой, из носа и рта хлынула кровь. Но агония длилась недолго, и вскоре парень, перестав дышать, неподвижно замер на полу.

— Чего это с ним? — перегнулся через прилавок донельзя удивленный произошедшим Джек.

— Помер.

Я поднялся на ноги и затряс кистями рук. Скверна колола пальцы, в каком-то дальнем уголке моей души сплелись в беспрестанно шевелившийся клубок заточенные там бесы, да и в целом самочувствие оставляло желать лучшего. Хотя чего уж там — еще легко отделался.

— А! — только тут сообразил, что произошло, Пратт. — Они, стал быть, из этих?

— Именно, — кивнул я, скатывая доставшуюся мне от беса скверну в один коловший холодом комок. — Эй, хозяин, дверь запри и никого в лавку не пускай. Мы своих людей за покойниками пришлем.

— А если Стража нагрянет? Что мне им говорить? — завозмущался хлопотавший над охранником Таланс. — И лекарь нужен.

— Лекаря зови, — разрешил я и принялся стягивать с бесноватого куртку. — А стражникам скажешь, что у тебя в лавке неизвестными был убит некто Якоб Ланц. — Ловкач при этих словах заметно вздрогнул. — Но одного бандита ты застрелил, а второго задержали господа из дворцовой охранки.

— Ты чего это? — уставился на меня Якоб. — Себастьян, ты чего задумал?

— Накинь на него. — Я швырнул перепачканную в крови куртку Джеку и присел рядом со вторым бандитом, даже после смерти продолжавшим сжимать торчащую из груди пяту арбалетного болта. — И лицо. Лицо закрой.

— Э-эй!.. — начал было голосить Ловкач, но сразу же осекся, когда Пратт легонько ткнул его в печень. Потом Джек с хлопком разложил вытащенный из кармана холщовый мешок и, ловко накинув его на голову мошеннику, затянул завязки.

— Не задохнется? — забеспокоился я, поднимаясь на ноги.

Сомнений насчет второго бандита не осталось ни малейших — еще одна марионетка. И вот что странно: лицо его мне было определенно знакомо. А где, когда пересекались, вот так сразу даже не скажу. Но вертится, вертится в голове что-то такое. Что-то из прошлой жизни…

— Не успеет. — Пратт накинул на плечи мошенника окровавленную куртку и погнал того на выход: — Давай! Шевели копытами! Пошел!

Я распахнул дверь, и вытолкнувший Ловкача на улицу Джек тотчас достал служебный свисток. Уже спешившие к лавке охранники замерли как вкопанные, и тратить время на разбирательства с ними не пришлось: мы запихнули мошенника в остановившуюся у крыльца пролетку и запрыгнули следом.

— Поехали! — скомандовал я, забравшись на козлы к Пьеру.

— Куда? — флегматично уточнил парень.

— Во дворец! — рявкнул Джек. — Гони давай!

— И не надо так кричать, — взмахнул поводьями возница. — Но! Пошли!

— Похоже, мы сорвали банк? — толкнул меня в спину Пратт, не забывавший тем не менее внимательно поглядывать по сторонам. Еще не хватало с уловом на руках в какую-нибудь передрягу угодить!

— Учитывая, что за этим гавриком охотились марионетки, так оно и есть, — потирая лицо, кивнул я.

— У тебя скула зажила, — удивился Джек.

— Ерунда.

— Как скажешь. — Рыжий пихнул в бок заворочавшегося на скамье Якоба, и тот моментально успокоился. — Что по марионетке?

— А что по марионетке? — пожал плечами я. — Родился, воровал, угодил в «Ржавую кирку», отправили на полночь — и обрыв. Меня другое беспокоит: второй жулик знакомым показался.

— Встречались раньше?

— Хоть убей, не помню. Но я его точно где-то видел. Ты своих людей в лавку отправишь?

— Само собой.

— Пусть по картотеке его проверят. Мне нужно имя.

— Хорошо.

Монетный переулок располагался в пяти минутах езды от дворца, улицы здесь были широкие, народу немного, и Пьер в два счета примчал нас на место.

— На территорию заезжать?

— Да. И никуда не уходи, понадобишься еще.

— И нет старику мне покоя, — тяжело вздохнул Пьер, но распоряжение выполнил и подогнал пролетку к воротам.

Дежурившие там «серые сюртуки» с удивлением уставились на непонятную фигуру в окровавленной куртке и с мешком на голове, но Джека здесь знали и препятствий нам чинить не стали.

— Куда его теперь? — уточнил я, когда мы вылезли у флигеля дворцовой охранки.

— В подвал.

— Охрана там надежная?

— Думаешь, сбежит? — усмехнулся Джек Пратт и ухватил Якоба под руку.

— Думаю, в петлю залезет. Или просто умрет.

— А! Ты в этом плане, — задумался рыжий. — Своих людей туда поставлю.

— Идет.

— Только надо будет это с Раулем согласовать.

— И что ты предлагаешь? — распахнул я дверь, пропуская Джека с мошенником вперед.

— Ты старший группы, ты и беги! — фыркнул Пратт и погнал Ловкача в подвал.

У меня язык чесался сказать рыжему негодяю какую-нибудь гадость, но, по большому счету, он был сейчас совершенно прав. Ничего не оставалось, кроме как подняться в приемную Луринги и попросить секретаря доложить о моем визите.

— Вы по какому вопросу? — с подозрением уставился старый хрыч на мою запыленную одежду.

— По важному, — буркнул я и так зыркнул в ответ, что у секретаря в один миг исчезло всякое желание спорить.

— Проходите, — разрешил он.

— Вот так просто взять и пройти? — не удалось удержаться от подначки мне.

— Да! — И хрыч уткнулся в бумаги.

Я на всякий случай несколько раз стукнул костяшками пальцев по косяку, потом распахнул дверь и заглянул в кабинет:

— Можно?

— Заходи быстрее, — прихлопнув уже поднятый сквозняком со стола лист бумаги, поторопил меня Рауль. — Как успехи?

— Потихоньку, ваше сиятельство. — Я прикрыл за собой дверь и поздоровался со стоявшим у открытого окна Вильямом: — Здравствуйте, господин Чесмарци. С повышением вас.

— Правильно ли я понял, что