Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

Крик привёл Се Ляня в чувство, он поспешно ослабил хватку и произнёс:

— Прости.

Хуа Чэн серьёзным тоном заметил:

— Ты слишком устал, тебе лучше отдохнуть.

Стоило его словам прозвучать, и с боковой стороны главного зала открылась дверца, через которую вошли две грациозные девушки.

Когда они уводили юношу за собой, он то и дело оборачивался, поэтому Се Лянь заверил:

— Всё хорошо, скоро я снова приду встретиться с тобой.

Хуа Чэн развернулся к нему и произнёс:

— Для начала присядь и отдохни, пока тебе не стоит видеться с ним. Если захочешь что-то узнать, я сам развяжу ему язык.

Выражение «развяжу ему язык» прозвучало немного пугающе.

Се Лянь поспешил ответить:

— Нет нужды. Если он так ничего и не расскажет, ничего страшного. Не будем торопиться.

Хуа Чэн подошёл и сел с ним рядом.

— Что ты собираешься делать с этим мальчиком?

Се Лянь, подумав, ответил:

— Для начала оставлю его при себе. Заберу с собой, потом решу, что делать.

— Он демон, не человек. Лучше тебе оставить его в Призрачном городе. Ничего не изменится от того, что у меня здесь станет на один голодный рот больше.

— Сань Лан, я очень благодарен тебе. Но… я сказал, что заберу его, не только потому, что собираюсь его кормить.

Призрачный город — владения Хуа Чэна. Если он решит оказать покровительство юноше, никто не осмелится причинить тому вред, и бедняге точно не придётся голодать. Сейчас куда более важным являлся процесс воспитания юноши: необходимо было постепенно привести в порядок его разум и речь, чтобы мальчишка, наконец, приобрёл нормальный облик. Несмотря на обилие различных существ в Призрачном городе, среди сборища демонов попадались всякие экземпляры, поэтому осуществить задуманное было бы крайне проблематично. Кроме себя самого, Се Лянь не мог вспомнить больше никого, кто согласился бы тратить столько терпения на воспитание ребёнка.

— Я уже очень благодарен тебе за то, что помог мне найти его. Но в дальнейшем я не могу причинять тебе излишние хлопоты.

Кажется, Хуа Чэн всё-таки придерживался иного мнения, но возражать не стал, только сказал:

— Никакие это не хлопоты. Пока ты здесь, что бы тебе ни понадобилось, только скажи. Можешь пойти, куда пожелаешь.

Неожиданно Се Лянь ощутил странное шевеление. Кажется, с изогнутой саблей на поясе Хуа Чэна произошли какие-то внезапные изменения.

Опустив взгляд, принц был поражён увиденным. Оказалось, что на рукояти сабли вырезан серебряный глаз. Рисунок в виде глаза был составлен всего из нескольких серебряных линий, но именно простота делала его невероятно реалистичным, будто живым. Вначале Се Лянь не обратил на него внимания, поскольку глаз был закрыт и представлял собой одну тонкую линию. Теперь же веки распахнулись, явив принцу похожий на рубин красный глаз, который провернулся, описав круг.

Хуа Чэн, также заметив это, сосредоточенно произнёс:

— Гэгэ, мне нужно отлучиться ненадолго, я скоро вернусь.

Се Лянь спросил:

— Знак тревоги?

Неужели Повелитель Ветров и Цяньцю раскрыли божественную сущность в Призрачном городе?

— Я пойду с тобой, — добавил принц и уж было поднялся с кушетки, но Хуа Чэн мягким движением руки усадил его обратно.

— Не волнуйся, это не Его Высочество Тайхуа и компания. Гэгэ, просто посиди здесь, тебе не нужно ходить со мной.

Раз уж он так сказал, Се Ляню неловко было настаивать. Хуа Чэн развернулся и направился прочь из главного зала. Он издали махнул рукой, и нити, унизанные бусинами, сами собой разошлись в стороны.

А когда Хуа Чэн ушёл, снова с мягким шорохом опустились, издав приятный звон.

Се Лянь, посидев на кушетке какое-то время, вспомнил о цели своего визита и немедленно поднялся. Пройдя через дверь, куда скрылись две служанки, он увидел цветник, через который насквозь пролегала галерея цвета киновари. Сейчас здесь было пусто.

Се Лянь уже собирался направиться вдоль галереи, как вдруг увидел чей-то чёрный силуэт, торопливо скользнувший впереди.

Силуэт принадлежал Посланнику убывающей луны!

Принц вспомнил о про́клятой канге на его запястье, которая всё не давала Се Ляню покоя. Затем, оценив действия этого человека, принц подумал, что он будто страшится быть замеченным. Поэтому Се Лянь бесшумно направился следом.

Добравшись до угла, за которым исчез Посланник, Се Лянь, прижавшись к стене, незаметно заглянул за поворот. Посланник действительно передвигался очень быстро, при этом постоянно осматриваясь. Очевидно, пребывал в крайней настороженности и боялся, что кто-то может его увидеть. Се Лянь подумал: «Этот Посланник убывающей луны, должно быть, подручный Сань Лана. Но почему тогда он шествует по владениям своего господина тайком, будто пытается что-то скрыть?»

Подозревая, что этот человек не преследует добрых намерений, Се Лянь, стараясь остаться незамеченным, пошёл следом. Посланник убывающей луны петлял по галерее, а принц всё время следовал за ним по пятам в крайнем сосредоточении, на расстоянии трёх-четырёх чжанов.

Когда они вновь свернули в длинный коридор, в конце которого показалась пёстрая дверь, Се Ляню на ум пришло следующее: «Если он сейчас обернётся, мне некуда будет спрятаться».

Кто бы мог подумать, что едва принц допустит такую мысль, Посланник убывающей луны тут же остановится и обернётся.

Се Лянь почуял неладное, когда шаги Посланника застыли. Охваченный волнением, он выбросил в воздух Жое, которая намоталась на деревянную балку и подтянула принца высоко наверх, прикрепив к потолку.

Обернувшись и не увидев никого за спиной, Посланник убывающей луны не догадался поднять голову и приглядеться, вместо этого развернулся и покрался дальше.

И всё же Се Лянь не решился сразу спускаться. Продолжая висеть под потолком, он осторожно, не издавая никаких звуков, начал перемещаться вперёд, ощущая себя при этом настоящей ящерицей. К счастью, объект наблюдения прошёл ещё совсем немного, после чего остановился перед пестрящей красками дверью. Принц тоже застыл на месте, спокойно наблюдая за происходящим.

Дверь вела внутрь небольшого строения, перед которым виднелась грациозная статуя женщины. Со своего места обзора Се Лянь отчётливо видел только её голову, да ещё круглое яшмовое блюдо, которое статуя держала в руках. Посланник убывающей луны не стал сразу открывать дверь, вместо этого повернулся к статуе, протянул руку и что-то бросил на блюдо. Раздался отчетливый стук, и Се Лянь догадался: «Игральные кости?»

Этот звук он сегодня слышал множество раз и наверняка не сможет позабыть ещё очень долго. Не обманув его ожиданий, Посланник убывающей луны убрал руку, и на тарелке оказались две игральные кости, каждая из которых показывала шесть ярко-красных точек.

После чего Посланник забрал кости, открыл дверь и вошёл. На двери не оказалось замка — войдя внутрь, он просто захлопнул её