Хроники безумного колдуна переродившегося в теле бога 3 - Vincent Bowence

Аранольд, не выдержав, прыгнула вперёд с яростным воплем, входя в режим берсерка. Удары женщины были быстрыми и разрушительными, но Вильзариус, словно искусный акробат, легко уходил в стороны, не давая ей ни единого шанса нанести по нему удар. Меч Аранольд загорелся. Огонь ударил по врагу, но быстро погас, будто его и не было. В следующий момент враг лёгким движением руки превратил землю под ногами гномихи в вязкую, поглощающую грязь, которая тут же засосала её по пояс. Ещё одно едва заметное движение рукой, и грязь снова стала твёрдой землёй, замертво сковав Аранольд.

Галара, используя магию пространства, переместилась в тени вместе с Вурсой, оказываясь вплотную к мужчине и атакуя внезапно. Удар достиг цели лишь на одно короткое мгновение. Но в этот миг пространство вокруг Вильзариуса изменилось, исказилось — я отчётливо это почувствовал. А в следующее мгновение враг уже стоял за спинами Вурсы и Галары. Мужчина ударил их мощной энергетической волной, отбросив девушек на десятки метров.

— Вода стены! — произнёс я, мгновенно замедляя падающих девушек с помощью воды. — Взрыв Бездны! — выкрикнул я, направляя очередную атаку во врага.

Прогремел взрыв, подняв землю в воздух. Грязевой град посыпался с неба. Я почувствовал движение за спиной и применил навык «Облако Тьмы». Став бестелесным, я вынырнул из темноты уже за спиной Вильзариуса, атакуя сверху-вниз. Атака была молниеносной и неожиданной. Но неожиданно моё тело стало невероятно медленным — я чувствовал себя улиткой. Мышцы были напряжены до предела, но движения словно замерли, будто время для меня остановилось. Враг оказался уже за моей спиной и ударил потоком красных искр. Мой доспех защитил меня от основного урона, но металл раскалился. Я почувствовал невыносимый жар, проникающий сквозь защиту. Я рухнул на землю, и от меня пошёл пар.

Сообщение:

На вас наложен БАФ усиления.

Ваши характеристики повышены на тридцать процентов.

Жажда крови активирована.

Это была Милени. Несмотря на собственную беспомощность, она вновь нашла силы, чтобы помочь мне. А также мой внутренний демон рвался наружу, пробуждая древнюю жажду крови.

— Расширенная территория! — произнёс я, и невидимый барьер мгновенно накрыл область вокруг нас, едва заметно искажая воздух.

Мне нужно было хоть как-то ослабить этого врага и понять, на что вообще способен Вильзариус, который в данный момент, похоже, просто играл с нами. Я рванул на него, используя «Рывок», делая обманный выпад вперёд и одновременно метая один из кинжалов. Мой клинок замер в воздухе, словно врезался в невидимую, твёрдую стену. Моя же прямая атака встретила не пустоту, а стену из чистого камня. Зависшее в воздухе оружие с оглушительным свистом устремилось обратно в мою сторону. Милени, мгновенно среагировав, сотворила барьер, защищая меня.

Отпрыгнув назад, я ударил магией:

— Пробивной выстрел!

Магия света устремилась на Альвирца, но в последний момент замерла, её лучи размножились на более тонкие волокна и, изменив курс, полетели следом за мной. Скорость была безумной, но мой барьер в последний момент защитил меня от моей же собственной магии.

Я снова атаковал в лоб. Мой порыв тут же подхватили Галара и Вурса. Тёмная эльфийка выпустила стрелу с эффектом тумана, что моментально окутал поле, мешая обзору врага. Зверолюд, воспользовавшись этим, использовала свой боевой клич, выпуская мощную звуковую волну.

— Взор жизни! — произнёс я, чтобы видеть ауру мужчины в плотном магическом тумане.

Моя рука вытянулась вперёд, атакуя вслепую, но в последний момент аура альвирца словно пропала. Я ощутил чудовищный толчок в спину, отбросивший меня на десятки метров. Я сбил Вурсу с ног и пропахал шлемом почву. Аранольд, наконец-то вырвавшись из плена земли, попыталась атаковать врага. Я снова увидел как Вильзариус нереально быстро сократил дистанцию с гномихой, и магической волной отбросил её в сторону, словно плюшевую игрушку. Наша компания, потрёпанная и осознающая бесполезность прямого боя, снова собралась, готовясь контратаковать.

— Как же вы мне надоели! — выкрикнул Вильзариус, его голос, усиленный магией, эхом разнёсся по долине. — Тратите моё драгоценное время! Надоедливые мошки! Вам никогда не одолеть меня!

Мужчина надменно взмахнул рукой, и воздух вокруг меня и спутниц мгновенно стал ледяным. За мгновение нас окружила толстая, непроницаемая стена льда. Я сработал мгновенно, подняв барьер. Из ледяной стены вырвалось множество острых сосулек, которые разбились о мою магическую защиту. Но это было не всё. Стена в тот же момент стала огненной, и вихрь необузданного пламени с рёвом обвил нас. Мой барьер начал трещать и таять от невыносимого жара. Милени отчаянно подняла свою защиту, помогая мне сдерживать магическую силу врага. В этот момент огонь преобразился в сгусток электричества, выпуская мощные разряды по барьеру Милени. Защита треснула, я подхватил спутниц и, используя «Облако Тьмы», едва успел уйти из-под магической атаки альвирца и телепортировал нас прочь.

— Луна Ревгара! — выкрикнул я, решив ударить самым мощным и опустошительным заклинанием, что у меня было.

Небеса разверзлись, и массивное космическое тело, сияющее зловещим светом, устремилось на Вильзариуса. Воздух вокруг заскрежетал, нагреваясь до невероятных температур, само пространство содрогнулось от его приближения. Но враг даже не подумал убегать. На его лице не шевельнулась ни единая мышца. Он спокойно вытянул руку, и космический объект объял мягкий зеленоватый свет. Я тут же почувствовал, как моё заклинание теряет силу, а небесное тело начинает стремительно уменьшаться в размерах. Вскоре у самых ног альвирца упал всего лишь маленький, дымящийся камень.

— Как так?! Ты сводишь мою магию на нет! — выкрикнул я, не в силах поверить в происходящее.

— Вы даже рядом со мной не стоите! — голос Вильзариуса прозвучал с холодным презрением. — Ещё юнцом я владел магией всех элементов, а после стал высшим магом при дворе. Но это было ничто. После, как только я завладел мифическим артефактом, я стал просто богом. Магия времени, сила, что непостижима почти никому. Ваши заклинания просто поддаются моей воле и сводятся на нет, или меняют