Путь от змеиного хвоста - katss

— Вы уже убрались с территории?

— Да.

— М-м… слушай, тут просто ппц что творится. Все забегали… снимают с группы показания. И, чувствую, пару человек на этот раз не просто ждёт выговор… Где там твой начинающий подрывник?

— Рядом сидит, — фыркнул Дима и срулил в правую.

— Снимаю шляпу, — откашлялся маскирующий смех Борис. — Такого шухера навести и свалить по-английски — это надо уметь!

— Спасибо, я старалась, — хмыкнула, принимая похвалу. — Вы там, главное, по возможности, проследите, чтоб нашего капитана не обижали, а я потом героически отбившим его у супостатов технарям притащу корзинку бутербродов. Ну, как всякая уважающая себя Красная Шапочка… — Светлов подавился какой-то жидкостью, закашлялся и сипло заржал:

— Замётано! И это, Хадар***, я тебе как друг до завтрашнего утра в нашем бардаке советую не появляться. Понял?

— Понял. — Светлов раздражённо рявкнул на кого-то из подчинённых и отключился. Дима пропустил позорно раскрашенный гигантскими божьими коровками тарантас английского производства и свернул во дворы.

— Товарищ куратор, бросайте так кукситься… И пойдёмте, хоть супом накормлю. За все перенесённые вами сегодня лишения и головомойки.

— Супом? — сделал вид, что задумался, Дима.

— Супом, — вздохнула. — Вряд ли в холодильнике к вечеру ещё что-то выжило… Ну, кроме кочана пекинской капусты, — Стрешнев окинул меня полуотсутствующим взглядом, моргнул и взгляд его прояснился. Дёрнул кончиком носа, рассмеялся:

— Ладно, я понял ваш намёк, Василиса. — Я округлила глаза: какой ещё к чёрту намёк, я тебе прямым текстом говорю: пошли, накормлю чем бог послал!

— Куда вас в продуктовый подбросить? — Ах вот оно что…

— Да туда же, на Первомайку — сойдёт, — пожала плечами. — Они вроде недавно переведены на круглосуточный режим… — Лейтенант кивнул и пошёл на разворот.

***

— Как это — на ужин цыплята с лапшой? — получасом позже выпучился на меня Славка, отобрав пакеты у лейтенанта. — Чё там есть-то, в этих цыплятах? Разве нормального мяса не было?? У нас что — санкции?? — Я аж закашлялась.

— Н-да, мелкий, избаловала я тебя всё же. Придётся наказать…

— Как это? Избаловала меня ты, а наказывать меня? — возмутился племяш с кухни. Моющий руки Стрешнев втихомолку ржал.

***

Едва не отрубилась с недогрызенным яблоком в зубах. Господи, в ванной бы не утонуть…

— Василиса, идите спать. Мы тут по-мужски скооперируемся и всё уберём с Вячеславом?

— Да зовите меня уже просто "Славой", лейтенант, — буркнул племяш. — Мы этот вопрос уже обсуждали. Уберём, конечно. Лиск, иди мыться и спать. В ванной только не засни!

— Угу…

***

Сквозь шум душа в дверь ванной настойчиво стучали. И по ходу уже давно…

— Василиса, вы в порядке? — донёсся обеспокоенный голос куратора. Я разлепила залитые водой веки. Сверху из смесителя лилась преступно тёплая вода…

— А? Блин, который час? — Дерьмо. Кажется, меня всё-таки вырубило.

— Вы там уже десять минут. Всё-таки уснули?

— Да…

— Домывайтесь, я покараулю. Что вам рассказать, чтоб нескучно было?

— Что сейчас творится в департаменте? — Я потянулась за шампунем на полочке. Осталось не навернуться…

— Смешались в кучу кони, люди. БСМ полным составом засунули на датчики вранья, на разделку к менталисту и, в порядке очерёдности, к Житову. Взбодрин и протрезвин во все доступные отверстия им тоже организовали. Как и вёдерную клизму. Так что сегодня естественного пополнения в стане бобров, боюсь, уже не произойдёт.

Я хохотнула. Дима вздохнул:

— А если серьёзно… Немоляев сказал, что теперь хорошо понимает, почему ваш Макаров так ревностно держит вас подле себя. Потому что где вы — там всегда разборки на тему плохого выполнения служебных обязанностей.

***

Утром меня совершенно неожиданно разбудил звонок от Макарова:

— Собирайся, жду в офисе к одиннадцати. — Судя по шуму воды и сипловатому голосу, он торчал в холодном душе. Я поёжилась, закопалась глубже под одеяло. Зевнула:

— Вы ж вечером обещали?…

— Слишком быстро всё закрутилось, пришлось сдвинуть планы, — отрубил начальник. — Вечером будешь свободна.

— Не вопрос. Только не щёлкайте зубами, что опять не по форме одета… Отпариватель накрылся, так что…

— Да насрать, — неожиданно цыкнул СП и закрыл вентили. — Не проспи! У меня сегодня времени мало, ждать тебя не собираюсь.

— Угу, — буркнув, снова засопела.

В девять мне сделал контрольный Женечка, который, по видимости, уже торчал на рабочем месте и развёл там бурную деятельность. Спать всё равно хотелось немилосердно.

— Слав! Дотащи старую больную женщину до ванной… — Племяш, наворачивающий протёртую с сахаром малину прям из банки, показался в дверях кухни, сощурился. Вздохнул, расстался с "витаминами", оторвал мой организм от дивана, закинул себе на плечо и поволок куда прошено. Сгрузил в ванну и безжалостно врубил через смеситель холодную воду.

— Сдурел?! — я моментально проснулась.

— Чё сказано, то и сделал, — пожал плечами мелкий и свалил из санузла. Совсем офигел!…

В офис я примчалась злая и бодрая — и даже относительно не голодная, так как ребёнок, чуя приближающуюся грозу, наваял целую горку гренок. Жирных, сладких — короче, ужас для поджелудочной… И, зараза, отменно вкусных с кофейком! В результате был временно прощён. Ну, уши почти уцелели… Так, слегка только покрутила. Изначально ведь хотела вообще на фиг отвинтить!

На подземной парковке охранник Саша проводил меня удивлённым взглядом. Да, не каждый день сотрудницы приезжают на мотоциклах…

Макаров встретил мой прикид тяжёлым взглядом. Я пожала плечами, прикрыла дверь. Ничего, сейчас Евстигнеев нам чайку-кофейку принесёт, и ты подобреешь…

— Бери пока вон ту стопку и быстренько ознакамливайся, — кивнул вспомнивший своё утреннее обещание шеф и вернулся к подписыванию приказов.

Что тут у нас? Ага, краткие списки ныне наиболее активных игроков на рынке… Это, я так понимаю, все те, кто захотят нас урыть, если с ними загодя не договориться или не стравить между собой?

Класс. Да нас на всех желающих просто не хватит…

— Что скажешь? — оторвался от своих бумажек Макаров, заметив мой отсутствующий взгляд.

— Я в восхищении… Подозреваю, такой очереди не наблюдалось даже у создательницы канкана, — СП хмыкнул и продолжил штамповать. Похоже, сам факт его вообще не волнует. Тут в дверь постучали, и в кабинет просочился сияющий аки золотой Будда Васильев.

— Доброе утро! — Какое оно, на хрен,