За царством теней – рассвет - Мари Ви

– Может, и накажу, если достанет, – хмыкнул Бес.

Сефу лишь покачал головой.

Бес снял с пояса хопеш и начертил кончиком лезвия на песке несколько символов. То же самое сделали и другие воины темного отряда. Потом зашептали заклинания, священные тексты, которых не знал никто из живых. Они достались им вместе с силой, которой наградил их Анубис.

Меджаи наблюдали за всем внимательно, боялись даже моргать, но, когда лезвия хопешей засветились и вспыхнули, воины невольно отступили, опасаясь быть задетыми магией богов. Кто знает, как она на них отразится?

Казалось, люди на улице совершенно не замечают проводимого ритуала, как и ранее не замечали сам бассейн. Странное место. Бесу было не по себе даже со всеми своими знаниями и умениями. Он продолжал читать заклинание, пока божественный Сехем, связывающий его с Анубисом крепче цепей, не наполнил символы силой, выжигая их на песке, делая крепче камня.

Вспышка – меджаи не смогли скрыть испуг. Бассейн был окружен, шуиты убрали клинки, воздали благодарность Анубису за то, что услышал, за то, что откликнулся, поделился силой и знаниями, потом перешли к делу. Заклинания окружили бассейн стеной из магии. Сквозь нее никто не мог пройти как в мире живых, так и в мире мертвых. Но поскольку клинки одной ногой стояли в мире живых, а другой – в мире мертвых, им это заклинание помешать не могло.

Один за другим они нырнули в неглубокие воды, но тут же опустились на глубину потустороннего. Как и Бес, каждый шуит подключил все свои способности, разглядывая внезапно ставшие темными воды. Силы в каждом хватало, чтобы грести и не переживать из-за нехватки воздуха или сопротивления воды.

Но плыли они в разные стороны. Лишь когда Сефу привлек их внимание вспышкой, все клинки направились в его сторону – в восточном направлении. В сторону, где находилось Царство Мертвых. Символично? Вряд ли это лишь совпадение.

Плыли они долго, но именно там, вдалеке, сгустилась самая плотная тень. Нужно было понять, является ли она Ахом убитого жреца или же она представляет собой что-то еще. Вряд ли вот так с ходу они запросто обнаружили проклятую душу, найти которую им поручил их бог. Но ведь им все равно нужно идти по этому следу.

Тень все не приближалась, плыть оказалось сложнее из-за того, что воды казались бескрайним морем. Шуиты пытались подключать силы Сехема, но и его, казалось, было недостаточно. А самое странное выяснилось в момент, когда Сефу вдруг дернул Беса за руку и указал наверх. Они переплыли будто весь Нил вдоль и поперек, а оказалось, свет дня Меннефера все еще находился прямо над ними. Они не сдвинулись ни на ксилон[4]. Магия, слишком сильная даже для них.

Бес указал наверх, велев отряду всплывать, – так они и поступили. Всплыли мгновенно, поднялись над водой так, будто находились над ее гладью на расстоянии теба[5]. Выбрались на сушу, на удивление устали.

– Смотрите! – меджаи все еще следили за происходящим, а Атсу, наблюдавший за всем пристальнее других, указывал на бассейн.

Клинки без возражений обернулись и с удивлением обнаружили нечто еще более странное: бассейн действительно забрал их силы и сейчас светился темно-синим, цветом их Сехема. Они использовали его, желая плыть быстрее, но оказалось, что бассейн просто поглощал их силы.

– Это не просто бассейн, он поглощает и накапливает силу, – вновь озвучил мысли Сефу. – То, что там схоронилось, не просто ожидает в темноте. Оно копит силы.

– Может ли это быть проклятая душа? – снова присоединился к обсуждению капитан меджаев.

– Сомневаюсь, – Бес поднялся на ноги, осмотрел себя: тело было полностью сухим, как будто он и не заходил в воду. Но ощущение, будто он искупался в грязи. – Но, возможно, там схоронили для чего-то Ах убитого жреца.

– Что же делать? – пока поднимались и другие клинки, спросил меджай со сквозящим отчаянием и тревогой.

По сравнению с шуитами, воины Меннефера понимали еще меньше. Но даже если бы кто-нибудь спросил Беса о том, что именно происходит, он бы точно не смог найти ответы на все вопросы. За все то время, пока он был шуитом, с подобным он сталкивался впервые. Это немного пугало, но лишь чуть-чуть.

– Мы подождем, – заключил Бес. – Миут и ночи.

– Что это даст? – нетерпеливо интересовался Атсу.

– Ночью мы сильнее, – стал перечислять Бес. – Миут может оказать поддержку и помощь, не зря ее выбрали нам помогать. – Бес ухмыльнулся, встретившись с немного осуждающим взглядом Сефу. Но друг ничего не сказал, пошел обходить заклинания, проверять, не повредились ли они, пока шуиты были в воде. – Если то, что находится внутри, накапливало силы, времени как раз хватит, чтобы испить до дна всю представленную силу. А значит…

– Оно выберется наружу, – опасливо закончил меджай, во все глаза разглядывая все еще безмятежную, нетронутую воду бассейна.

– Вы можете уже идти, – разрешил Бес. – Мы разберемся.

– Хотелось бы… посмотреть, как вы это сделаете, – признался меджай. – Всю свою службу я слышал о шуитах, но не верил в их силу. За последнее время я увидел столько… я останусь.

Второй меджай выглядел неопределившимся, но он явно был ниже по должности, а потому ничего не возразил. Подчинялся.

Бес ухмыльнулся.

– Кто не спрятался, тот обязательно пострадает, – зловеще пообещал он.

Атсу смотрел с вызовом и не сдвинулся с места.

– Охота, значит, – приободрился Сефу. – Это по мне.

Бес взглянул на друга и подумал о том, что уже давно не разминал свои кости. Последние дела приносили лишь немного радости. Но теперь шуиты получат то, что они выбрали за свое служение Анубису: достойное сражение.

Глава 5

Тихая вода

Шани

Справедливость ли? Отчаяние? Она бы не смогла ответить на этот вопрос. Шани просто хотела… отмщения. Но вот уже шестой враг из четырнадцати… нет, пятнадцати окончательно уничтожен без права войти в поля Иалу, а облегчения она не испытала. Она уже достаточно давно ничего не испытывала. После смерти.

Бастет просила ее остаться. Какая глупость. Зачем ей оставаться? Что она может сделать? Помочь с проклятой душой? А это еще зачем? Шани больше не принадлежит миру живых, но и мир мертвых не ее обитель.

Тогда кем она является? К чему относится? Пожалуй, шуиты Анубиса ближе всего к ее новому состоянию. К ее наказанию и искуплению…

Вскоре она пришла к месту. Думала, что ее помощь будет необходимой, немедленной. Но, замерев на крыше одного из домов поблизости, она обнаружила, что шуиты отдыхали. Меджаи расположились под пальмами и крепко спали, пользуясь передышкой.