На деревянном блюде - Алина Игоревна Потехина

– Да, вот здесь, где ты сидишь, – говорит Вувыльту.

– Знаешь что, – сказала лисичка, – пожалуй, и мне пора обедать. Пойду-ка я порыбачу.

Поднялась и пошла потихоньку, а потом всё быстрей и быстрей. Так и убежала лисичка в тундру.

А Вувыльту прыгнула с камня на землю и запела:

– Пи-пи-пи! Пи-пи-пи! Про охотников-то я все выдумала! А ещё говорят, что в тундре хитрей лисички зверя нет!

Я дочитала сказку, вздохнула и с резким звуком захлопнула книгу. Взгляд невольно обратился к бубну.

– Я должна поверить, да? – спросила я у проводника в мир духов, после чего встала, сняла его со стены и прижалась щекой к шершавому боку.

Длинная колотушка лежала внутри бубна. Я вытащила её, положила на колени и снова прижалась щекой к деревянному ободу. Глаза закрылись, а растопыренные пальцы сами собой начали постукивать по натянутой коже. Лёгкая вибрация пробежалась по ней. Глубоко в груди волной покатилось отражение вибрации бубна. Лица коснулся прохладный порыв ветра. Я резко отняла руку от шероховатой плоскости, которая могла вместить в себе все миры. Сердце запнулось и застучало быстрее. Бубен жёг руки. Я аккуратно положила его на стол рядом с блюдом и снова повалилась на кровать. Сбившееся дыхание начало медленно восстанавливаться. Сердечный ритм замедлился, и я провалилась в сон.

Каменистая тропинка стелилась под ноги. Казалось, что она сама подстраивается под мой шаг. Невысокие деревья обступали её, сплетаясь между собой костлявыми ветками. Только прямо над дорожкой виднелась вторая, бегущая по отливающему зеленью небосводу.

Я шла не осматриваясь, не прислушиваясь. Тропа сворачивала, петляла, но неуклонно поднималась вверх. Деревья вскоре сменились стлаником. Запах кедра ударил в нос. В небе надо мной пролетел ворон – огромный, иссиня-чёрный, он на мгновение закрыл собой небо.

Я шла вперёд. Не останавливаясь, не замедляя шаг. Шла до тех пор, пока стланик не расступился, открывая моему взору каменистый склон сопки. Я ускорилась. Небо раскинуло надо мной свои крылья. Шаг, второй, третий. Мелкие камешки осыпались под ногами, но я не смотрела на них. Передо мной лежала тропа, и остальное не имело значения, до тех пор, пока она не закончилась.

Я стояла на каменистом лбу сопки и глядела в зеленоватое небо. Ветер играл с бусинами, свисающими с висков. Только теперь я осмотрелась. Сопки разбегались вокруг меня, словно волны. Серые, зелёные, рыжие – они изгибались, поднимались к тёплому солнцу и опадали в тёмные бездны. Вдалеке мерцала серая полоска моря.

В лицо дохнуло холодом. Россыпь снежинок ударила по щекам. Бисерные нити взметнулись под порывом злого ветра, и я перестала видеть. Серая пелена пурги затянула мир. Ветер рвал косы, пытался пробиться под плотный мех, дербанил воротник, звенел бусинами на висках.

– Тынагыргын, – шепнул бабушкин голос.

Я обернулась раньше, чем поняла, кто стоял за моей спиной.

Волк смотрел мне в лицо, и бледный свет исходил из его глаз. Его шерсть под порывами ветра приподнималась светлыми волнами. Он прятал морду от снежной крупки, глухо рычал, но не на меня, а на снег, бьющий в жёлтые глаза острыми иглами. «Странно – подумала я. – Неужели этот ветер пугает не только меня?»

– Тынагыргын, – в голосе бабушки скользнула тревога.

Я проснулась в своей кровати, хватая ртом воздух. Холод обжёг руки. Вскочив, я чуть ли не вскрикнула, когда поняла, что вся комната была засыпана снегом. Ноги сами вынесли меня в коридор. Услышав, как из своей комнаты что-то спросила Алёна, я заперлась в ванной и села на пол, обхватив голову руками.

Волк, блюдо, мышка Вувыльту, а теперь ещё и сны, из которых снег сыпется в реальный мир? А насколько этот мир реальнее, чем мир снов? – скользнула жутковатая мысль.

Я вскочила, включила ледяную воду и засунула голову под кран. Холодные капли пробежались по затылку, затекли под футболку, заставили ёжиться. Я терпеливо стояла, пока истерика не отпустила.

– О чём ещё ты предупреждала меня, Гивэвнэут? – спросила я у пустоты.

Полотенце укрыло мокрые волосы, но не согрело. Я взяла швабру, вышла из ванной и, ничего не говоря озадаченной соседке, закрылась в своей комнате. Снег, ожидаемо, почти растаял. Вся комната превратилась в большую холодную лужу. Только на кровати и столе всё ещё лежали небольшие комья снега. Я вздохнула и начала вытирать пол. Лишь бы не затопить соседей. А то Волк окажется наименьшей из моих проблем.

– Тань, что-то не так? – испуганно спросила из-за двери Алёна.

– Всё в порядке, – ответила я делано бодрым голосом. – Воду пролила, сейчас вытру.

– Давай я тебе помогу?

– Не надо, Алён, я сама справлюсь.

Соседка потопталась под дверью и ушла к себе. Через минуту она уже снова разговаривала по телефону. Я поспешно собрала воду с пола, вылила ведро, потом расчесала мокрые волосы и закуталась в одеяло. Меня знобило. В голове творился полнейший сумбур. Книга со сказками лежала далеко, дотянуться не вставая с кровати не получилось бы, поэтому я взяла в руки бубен и провела пальцами по его плоскости.

– Сны реальны? – спросила я у проводника в мир духов.

– Таааань! – стук в дверь заставил меня дёрнуться.

Я повесила бубен обратно на стену и открыла.

Алёна вошла в комнату, с любопытством осмотрела комнату, чуть задержавшись взглядом на бубне, и подошла к столу.

– Тань, а давай что-нибудь попросим у твоего блюда?

– А тебе не страшно? – я всмотрелась в подругу.

– Совсем чуть-чуть, – она улыбнулась. – Мне интересно, тебе разве нет? – Алёна смотрела на меня весёлыми глазами.

– Мне тоже любопытно, но ещё я боюсь. И не знаю, как это влияет на меня и других. На мир в общем.

– В смысле?

– Ты не думала, что оно может повредить кому-то. Мы же не знаем, как оно работает.

– А в сказке оно как-нибудь вредило?

– Нет.

– Тогда и бояться нечего. – Алёна обрадованно улыбнулась и даже захлопала в ладоши. – Давай попросим у него сумочку? Ну ту, что я в магазине видела.

Я обречённо закатила глаза, вытащила из-под кровати блюдо, сняла с него свитер, повернулась лицом в сторону торгового центра и произнесла:

– Блюдо моё, блюдо, хочу сумочку, которую видела в магазине Алёна.

На блюде появилась пастельно-розовая сумочка с длинной золотой цепочкой.

– Эта? – спросила я у подруги.

– Ага. – Алёна смотрела на сумочку не мигая, потом молча взяла её и села на кровать, прижимая к животу.

– Неужели тебе наконец-то стало страшно? – спросила я, старательно пряча дрожь в голосе.

По виску прокатилась холодная капля. Я прижала похолодевшие пальцы к шее и задумалась. Всё-таки – так