Спасти сердце дракона. Его тайная целительница - Виктория Чара

В приоткрытую дверь негромко, но требовательно постучали.

— Войдите! — хрипловато со сна отозвалась я, натягивая шёлковое одеяло до подбородка.

В комнату вошла пожилая, элегантная, худая и очень строгая на вид женщина в безупречно сидящем тёмном платье.

— Доброе утро, мисс, — чопорно, но вполне вежливо произнесла она. — Меня зовут миссис Брэдли. Я экономка в этом доме. Вам уже пора подниматься. Через полчаса лорд Риарден ждёт вас к завтраку. Девушки помогут вам умыться, причесаться и переодеться.

Миссис Брэдли перевела взгляд на кожаного монстра у моей кровати.

— Мы собрали вам вещи. Всё, что смогли найти за это время вашего размера среди готового платья в ателье. Ещё кое-что заказали у портнихи, это пришлют до конца недели.

Я окончательно проснулась, заморгала и покосилась на саквояж.

— А где мои вещи?! — спросила я слишком резко.

Мой старый мешок, с которым я вчера пришла в дом дракона, был мне очень дорог в первую очередь из-за того, что там лежали книги по магии жизни, оставшиеся от отца, — единственная настоящая ценность, которая у меня была.

Экономка слегка поджала губы, явно подбирая слова так, чтобы не задеть меня сильнее, чем уже задела.

— Ваши прежние вещи, мисс… лучше не брать с собой в Академию, — очень аккуратно сказала она. — Но книги мы, разумеется, уже переложили в саквояж. Лорд Риарден отметил, что они весьма редкие. А гардероб вам купили полностью новый.

Из всего, что она сказала, я услышала только одно: лорд видел мои книги.

Сложить два плюс два ему труда не составит.

А если он не просто догадался, а понял всё ещё вчера? В конце концов, кто, как не дракон с его опытом и силой, способен почувствовать разницу между обычной целительской магией и тем моим выплеском на площади?

С его-то «небольшой проблемой с сердцем» в него уже наверняка влили столько обычной магии, что пять драконов могли бы захлебнуться. Он точно понял, что моя магия — не целительская!

Я тихо застонала и рухнула обратно на подушки.

— Мисс, вам так дороги были ваши вещи? — сдержанно спросила миссис Брэдли. — Но платья и бельё совершенно не годились для Академии. А ваш гребень… я, конечно, попытаюсь его найти. Хотя мы уже упаковали вам новый набор. Там есть хорошая расчёска.

— Спасибо. Всё в порядке, — пробормотала я.

Убедившись, что я не собираюсь оплакивать утраченные вещи, миссис Брэдли вышла из комнаты.

Я тут же не удержалась и заглянула в саквояж. Книги были на месте — аккуратно завёрнутые в плотную непрозрачную бумагу, скрывающую названия на обложках.

Внутри, кроме них, лежали сложенные ровными стопками платья из тончайшей шерсти, белоснежные сорочки, чулки и даже пара аккуратных туфель. А в отдельном отсеке теснились пузатые баночки, флакончики, брусочки мыла и какие-то свёртки в тонкой вощёной бумаге. Позабыв на мгновение о своих тревогах, я сунула туда нос. Всё это пахло так вкусно, что у меня голова пошла кругом. И — хвала всем богам этого мира — на этот раз каждая скляночка была подписана изящным каллиграфическим почерком.

Но мысли снова тревожно забегали. Если лорд Риарден и правда разгадал мой секрет, то выходит, что именно поэтому я ему и нужна. И тогда никакого чуда и никакой удачи в том, что он мне помогает, нет. Есть только расчёт, и у каждого из нас он свой.

Оставалось только надеяться, что он останется верен своему слову: не полезет в мои тайны, как и обещал. А я, в свою очередь, не стану лезть в его.

Вчерашняя радужная мысль о том, что мы просто помогаем друг другу выжить, сильно помрачнела и приобрела невеселые тона.

Отрезвление после вчерашней эйфории наступало медленно, но неотвратимо.

Я снова посмотрела на саквояж. А он всё-таки не поскупился! От вещей я и не подумала отказываться. Судя по всему, лорд прекрасно знает, за что платит.

Ну что ж, лорд Риарден. Посмотрим, что именно вы задумали.

Я решительно захлопнула крышку саквояжа и щёлкнула латунными замками.

После завтрака — умытая, причесанная, в новом платье и под руку с самым главным драконом королевства — я шагала в сторону Королевской Академии магии. Теперь штурмовать эту вершину предстояло уже не мне, а моему могущественному спутнику.

Шагавший рядом со мной лорд Риарден был безупречен. Тёмно-серый камзол сидел на нём как влитой, подчёркивая широкие плечи, а серебристая прядь в тёмных волосах тускло поблёскивала, подсвеченная утренним солнцем.

— Вы готовы, Вивьена? — спросил он, окинув меня коротким, но удивительно внимательным взглядом. — Выглядите хорошо.

Утренний столичный воздух немного остудил мою внутреннюю истерику. Ничто в нём не выдавало перемен. Если он и догадался о том, что я маг жизни, то предпочёл пока придержать этот козырь в рукаве.

Дорога до Академии заняла совсем немного времени, и весь путь Эйден шёл рядом. Вернее, это я семенила рядом, стараясь не отставать.

В приёмной ректора за массивным столом сидел тот самый дежурный секретарь, который позавчера одарил меня бесценным советом.

Едва мы переступили порог, он подскочил со своего места.

— Милорд Риарден! А мы вас ждали! А мы надеялись… — его голос лип, как сироп. Он вылетел из-за стола и согнулся в почтительном поклоне.

Но Эйден даже не взглянул на него. Просто распахнул массивную дверь с табличкой «Ректор Королевской магической академии…». Фамилия на ней оказалась аккуратно заклеена бумажкой, вырезанной точно по размеру.

Я осталась стоять посреди приёмной. Секретарь разогнулся и тут заметил меня.

— Мисс… э-э… как вас там?

— Вивьена Альмери, — ровно ответила я.

— А-а. Я так понимаю, вы воспользовались моим советом и всё-таки нашли себе покровителя? — протянул он, разглядывая моё новое платье и явно сравнивая его с теми лохмотьями, в которых я заявилась сюда впервые. — И кто же он?

— Примите мои поздравления, мисс Альмери, — вдруг перебил секретаря еще один знакомый голос.

Я вздрогнула и резко обернулась.

У стеллажа с документами стоял лорд Дариус.

Глава 14

Надо же, какой он незаметный. В прошлый раз напугал меня в коридоре, теперь — здесь. Потрясающая способность сливаться с обстановкой! Просто мастер маскировки!

Всё такой же глянцево-идеальный, с белыми волосами, спадающими на тёмный сюртук.

— Бесконечно рад, что наша Академия всё же не упустила столь… редкий талант, — произнёс он.

Его бархатистый голос растекался горячим маслом, проникая под кожу, а от знакомого горьковатого запаха полыни и хвои меня снова пробрала дрожь.

Он улыбался одними губами. Глаза оставались мертвыми, словно у дорогой фарфоровой куклы. А я чувствовала себя перед ним, как распятая