Сянци. Имя зверя - Тим Волков

целые ряды вспышек. Вслед за искрами, словно ножом по камню, прочертился кривой силуэт — то ли человека, то ли зверя. Незнакомец стоял молча и взирал на мальчика, на то, как тот неистово пытается оживить мёртвое тельце.

Облик незнакомца то становился прозрачным, почти невидимым, то вполне осязаемым, и в такие моменты можно было отчётливо разглядеть под чёрным балахоном тощее тело, словно там был один скелет.

Янтарные глаза незнакомца вспыхнули и сразу поблёкли. Силуэт начал растворяться окончательно.

— Живи! — последний раз произнёс Мартен и замер — всё тело его словно закостенело, он не мог пошевелить даже кончиками пальцев, так и стоял на коленях, как статуя, холодея от внезапно навалившегося ужаса.

Что-то чёрное и холодное прошлось по спине сквозняком, облизнув макушку мальчика. Стало страшно. Так страшно, как никогда не было. Страх, какой ему ещё не доводилось переживать, задушил. Угрозы и пытки Фэй Фо по сравнению с тем, что было скрыто в сущности этой тени, были детским лепетом.

Тень — мальчику показалось, что это был тот самый незнакомец, — таила в себе первозданные ужасы бытия и небытия. А ещё там были отблески прошлого мальчика, которое он никак не мог вспомнить. Мартен попытался рассмотреть хотя бы одну картину, чтобы понять кто он такой, но не смог сфокусировать взгляд на быстро сменяющихся и расплывчатых видениях.

Закружилась голова, навалилась усталость — словно он поднялся на огромную отвесную скалу.

Мальчика начало словно разрывать на части; чужие невидимые пальцы проникли глубоко в душу и принялись нещадно выворачивать её наизнанку, словно пытаясь что-то там обнаружить. Безжалостная сила причиняла неимоверные страдания и боль, но даже открыть рот, чтобы закричать, мальчик не мог — окаменел.

А потом могильная темнота окутала мальчика. Издавая зловещий смех, тьма своими липкими пальцами стала неспешно подбираться к беззащитному человеку, одновременно изучая его сущность и пытаясь определить кто этот безумец, что решился взывать к ней.

«Живи!» — только и смог подумать Мартен, прежде чем его сознание начало таять и убегать.

«Зачем ты меня звал?» — внезапно прогрохотало в голове.

Казалось, что голос принадлежит великану — такой он был громкий, пугающий и заполнял собой всё сущее.

«Я не звал!» — хотел крикнул мальчик, но не смог, что-то подсказывало, что спорить с говорившим — себе на гибель.

Холодный и мокрый ветер ударил в лицо. Мальчик не ожидал такого — откуда тут ветер, если он в темнице? Запах болота, старой тины и гниющих трав. Нет, он уже явно был где-то в другом месте, переместившись туда неведомым способом. Или это сделала какая-то иная сущность? Мартен хотел осмотреться, но не смог — Тьма вздыбилась, застилая взор, перед глазами замелькали холодные огоньки.

«Зачем ты меня звал?» — повторил голос, с ещё большим нажимом и яростью.

«Помоги!», — выдохнул мальчик первое, что пришло в голову и вытянул руки, державшие мёртвого грызуна.

Волна серой мглы окутала ладони мальчика.

«Что ты можешь мне предложить взамен на твою просьбу?»

Мартен растерялся. Выдохнул:

«У меня ничего нет»

Вместо ответа мрак рассмеялся — громогласно, от чего задрожала, казалось, вся Вселенная.

«Я выполню твою просьбу. А за долгом приду позже. И ты обязан будешь его отдать»

«Я…» — успел произнести мальчик, прежде чем дикая боль разрезала его разум как острым ножом надвое. Мартен застонал. Перед глазами вспыхнули знаки — кажется, они назывались руны, — а потом темнота поглотила мальчика.

— … пацан! Эй, пацан! Ты чего? А ну-ка встань!

Тревожный голос вывел из липкого забытья.

Мартен открыл глаза и не сразу вспомнил, где находится. Пахнуло луком и перегаром. Перед самым лицом зависла квадратная рожа охранника. Тот был явно чем-то озабочен.

— Ты как себя чувствуешь, пацан?

Охранник принялся трясти мальчика. Боль прошила виски.

— Нормально, — прохрипел Мартен, пытаясь подняться с пола.

Его шатало и трясло.

Что произошло? Он ничего не мог понять. Держал в руках бедного Бульку, а потом эта тьма… Потерял сознание? Да, наверное, потерял сознание от горя.

— Что произошло? — спросил мальчик, хотя и понимал, что охранник навряд ли сможет ответить на его вопрос.

— Утомился, наверное… конечно же утомился. Господин маг Фэй Фо поговорил с вами, вот и утомил.

— Утомил? — не смог сдержать смешка Мартен.

А потом начал оглядываться, потому что вдруг почувствовал, что в руках у него ничего уже не было.

— Где… — начал мальчик, но вовремя прикусил язык.

Где Булька? Охранник забрал?

Под рубашкой что-то защекотало живот. Мальчик осторожно заглянул за пазуху и с удивлением и радостью увидел Бульку. Живого и здорового. С целой головой.

Грызун жался к телу мальчика, пытаясь согреться. Черные бусинки глаз с благодарностью и некоторым страхом глянули на мальчика. Булька и сам видимо не до конца понял, где сейчас находился.

Как⁈ Как такое возможно⁈ Неужели он оживил крыса? Или, всё-таки, приснилось? Да, верно, приснилось. Ведь не может же быть такого…

— Ты весь в крови, — произнёс охранник.

Мартен глянул на себя и мысленно присвистнул. Крови было много.

— Из носа натекло, — первое, что пришло в голову, ответил узник.

— Верно! — охотно согласился охранник. Деликатно кашлянул. — Там, это, тебя сам Император к себе вызывает.

— Император?

— Да. Ты это, не говори, что тебя били, ладно? Скажи, что охранник Тэйхо устава не нарушал и никого к тебе не пускал, даже придворного мага Фэй Фо. Хорошо?

— Ладно, — устало кивнул мальчик. — Пошли к Императору.

Охранник выпучил глаза, но ничего не сказал и кивнул на дверь.

* * *

— Как тебя зовут?

Император грозно посмотрел на стоявшего перед ним мальчика. Боль в сердце вновь вернулась, ощущалась вялость, нездоровье и жажда. Блеск мраморного пола тронного зала казался таким колючим, что приходилось без конца моргать. Всё это, навалившееся за столь короткое время, высасывало из Императора силы и нервы.

— У меня… — Мальчик запнулся. — Мартен. Меня зовут Мартен.

— Ладно, пусть будет так, — загадочно ответил Император и посмотрел на Эхуанга. — Ну, что скажешь?

— Пока только могу с уверенностью сообщить, что паренёк способен чувствовать Силу, — ответил грязный старик, так же пристально рассматривая мальчика со смесью удивления и растерянности.

— Маг? — насторожился Император.

— Однозначно нет — просто природная предрасположенность. Весьма скромная, к слову.

Император нахмурился, посмотрел на мальчика.

— Почему у тебя вся рубашка в крови? И лицо в кровоподтёках?