Кукла на троне - Роман Евгеньевич Суржиков

Марк назвал ближайший город, какой смог припомнить.

— С какой целью?

— Там свернем на старый тракт и доскачем до Флисса. Во Флиссе сядем в шхуну и через Дымную Даль — прямиком на Север, к Деду в гости.

— Каково ваше ремесло?

— Дед — пастух и учитель, Внучок — ученик, я — сапожник.

— И за какой тьмой северный пастух со столичным сапожником подались в странствие?

— Видите ли, сир, Дед — не просто пастух, а странствующий философ. И в данном контексте он никак не может не странствовать — ведь тогда утратит себя.

Дед одарил Марка одобрительным взглядом, офицер — неприязненным.

— Имеете ли вы дорожную грамоту? — раздался из тени под капюшоном голос монаха.

Ворон замялся. Очевидно, что эти парни служат приарху, а тот и близко не в друзьях с Ориджином. Дорожная грамота с печатью герцога — не хуже ли, чем вовсе никакой?

— Я вижу на тебе монашеское одеяние, — ответил монаху Дед. — Означает ли оно принадлежность к некоему ордену, или является следствием простой случайности?

Монах сложил руки на животе:

— Я — брат Хемиш, посвящен в орден Праотца Фердинанда.

— Рад узнать твое имя, брат Хемиш. Тебе, как монаху, простительно незнание мирских законов, потому обращаю твое внимание: согласно закону владыки Телуриана от шестьдесят седьмого года, дорожная грамота не является обязательным документом для путника.

Марк разинул рот. Он не удивился, когда Дед показал себя в драке: все северяне — драчуны. Но юридические познания — откуда?!

— Признаю твою правоту, — монах склонил голову, и тень на лице стала гуще. — Человек может путешествовать без дорожной грамоты, однако лорды по-прежнему снабжают грамотами своих посланников.

— Лишь тогда, когда хотят, чтобы посланник говорил и действовал от их имени. Сейчас — не тот случай.

— Но ты признаешь, что являешься посланником некоего лорда?

— Я не утверждал этого, а лишь проявил осведомленность в законах.

— Стало быть, ты утверждаешь, что не послан никаким лордом?

— И этого я не говорил, брат Хемиш.

— Однако ты — пастух, учитель и странствующий философ?

— Строго говоря, даже это не мои слова, а Марка-Ворона, но я согласен с ними.

В течение этой беседы — скажем прямо, не слишком познавательной, — и монах, и офицер хранили полное спокойствие. Не раздражались, не выказывали спешки, утюжили Деда пристальными цепкими взглядами. Это крепко не нравилось Марку. Именно так ведут себя лучшие дознаватели: не злятся и не спешат. Ворон вмешался в беседу:

— Брат Хемиш, как ты уже заметил, беседа с философом — то редкое удовольствие, что может длиться сутками. Но нынче очень зябко из-за идова тумана, и если мы все не хотим продрогнуть до костей, то не двинуться ли в путь?

— А у тебя, сапожник, на диво хорошо подвешен язык, — отметил офицер.

— Я не просто сапожник, а спутник странствующего философа, — возразил Ворон. — Так не позволите ли нам продолжить путь и принести древнюю мудрость Севера жаждущим жителям Блайстока?

Монах заговорил:

— Великое герцогство Альмера и его преосвященство Галлард свято чтят законы Империи. Мы могли бы позволить вам продолжить путешествие без дорожных грамот, однако Юлианин закон от шестьсот четвертого года дает еще одну причину задержать вас.

— Как неизвестных субъектов, представляющих возможную опасность для мирных жителей? — охотно попался на удочку Дед. — Тот же самый закон определяет и критерии возможной опасности, под которые мы отнюдь не попадаем. Мы лишены доспехов и носим только легкое оружие ближнего боя.

— Либо северные пастухи разучивают законы на память и передают их детям из уст в уста, либо ты провел немало дней за чтением кодексов.

— Это чтение доставило мне много удовольствия. Приятно знать, сколь разумно и справедливо устроена держава.

— Стало быть, ты грамотен и достаточно богат, чтобы иметь доступ к библиотекам.

— Коль ты сделал такой вывод, брат Хемиш, то я не посмею его оспаривать.

— А что вам известно о банде, странные путники?

Марк вновь решил перехватить инициативу:

— О банде из десяти безумных шаванов, поклонников Темного Идо? Мы знаем то же, что и все: если попадемся в лапы этим гадам, то лишимся денег, чести, жизни, еще и головы на плечах, что самое обидное. Так давайте же не будем маячить на дороге, а скорей укроемся за безопасными стенами города!

— Шаваны орудуют в графствах Дэйнайт и Блекмор, — отрезал монах. — Мы ведем речь о другой банде — той, что явилась из Земель Короны.

Марк чуть не подпрыгнул в седле. Кажется, брат Хемиш заметил его удивление.

— Банда из Земель Короны? Святые боги! Это еще что за напасть?

— Три дюжины всадников, — отчеканил офицер, — отличные кони, мечи, копья, кольчуги, синие плащи. С расстояния могут сойти за имперских гвардейцев. Вы не видали таких?

— К великому счастью, нет! Даже не слыхали об этих негодяях! Насколько я понимаю, если б мы встретили их, то уже не говорили бы с вами?

— Вовсе не факт, — покачал головой монах. — Банда этих синих пока не уличена ни в одном определенном злодействе. Она рыщет по Альмере зигзагами, пугая мирных людей и преследуя неизвестные цели. Именно потому она особенно опасна. По приказу его преосвященства необходимо разыскать и задержать банду синих. Все, кто имеют о ней любые сведения, обязаны сообщить их представителям Святой Церкви.

— Обязаны под страхом суда, — добавил офицер. — Вы понимаете?

Марк осенил себя священной спиралью.

— Да уберегут нас боги от синих бандитов! Да и вообще, от злодеев любых цветов! Клянусь, брат Хемиш: мы ничего о них не знаем, и будем молиться о том, чтобы так оставалось и впредь.

Дед печально склонил голову:

— Боюсь, что даже мудрость философии уже не вернет эти пропащие души на путь добра. Мы приложим все силы, чтобы избежать встречи с ними. Благодарю за предостережение, брат Хемиш.

Офицер с монахом переглянулись. Капюшон монаха слегка качнулся, изобразив нечто вроде кивка.

— Вы можете быть свободны, — сказал офицер.

Спустя пару минут отряд пропал в тумане.

Дождавшись, пока утихнет стук копыт, Ворон спросил:

— Дед, какого черта ты творил? Я бы понял, если б ты умничал перед детишками, барышнями, благодарными учениками…