Долгие дороги сказок (авторский сборник) - Александр Павлович Сапегин

империи. А элитные полки «белых щитов» считаются самыми лучшими подразделениями среди всех известных армий и наводят ужас одним своим появлением на поле брани. Людям, pay и гномам стоит воздать молитвы Близнецам и Единому, что «серые» невоинственны и предпочитают просто пасти скот на своих бескрайних равнинах. Варварами остаются «зеленухи», но и это до поры до времени: если найдется тот, кто сможет объединить их под одним стягом, содрогнется весь север.

Мидуэль оторвал взгляд от красивой орчанки и глянул на лагерь, который разбили друзья Керра на площадке. Ага, еще один сюрприз, отбивающий мысли о необдуманных действиях. Чуть дальше палаток, в тени раскидистого дерева, закрывающего его от взгляда сверху, расположился с луком в руках рыжеволосый норманн. Наложенная на тетиву светящаяся призрачным светом стрела заставляла постоянно держать наготове плетение щита. Мидуэль невольно поежился — Керр обзавелся друзьями-параноиками, видящими во всех врагов. Хм, а сам оборотень? Насколько и в какую сторону он изменился с последней их встречи? Жизнь не баловала дракона, постоянно подкидывая ему различные испытания. Что с ним стало? Люди и эльфы порой навсегда менялись после одного крупного сражения или сурового испытания, превращаясь в собственные тени или возвеличиваясь над собой и окружающими. Кем и чем стал Керр?

Вот он стоит. Холодный взгляд и полное спокойствие, аура светится ровными, чистыми цветами. Как бы не так, пальцы правой руки сложены в щепоть: быстрое движение — и магическая атака сметет всех приземлившихся на площадку грифонов вместе с всадниками и магами. Монастырь буквально залит маной, эльф расслабился, прикидывая плотность поля. По всему выходило — больше тридцати белл. Что могло здесь произойти такого, что мальчишка выплеснул в мир такой объем маны? Разрушенный храм Единого… может, в нем кроется причина?

Андрей, полуприкрыв веки, наблюдал за старым эльфом. Мидуэль озадачен, не такой реакции и приема он ожидал, а чего он хотел? Раньше Андрей был один, искал союзника и покровителя, а теперь на его попечении восемь душ, требуется соответствовать моменту.

— Мастер, может, не будем торчать посреди поля? — разбил неловкую паузу Андрей.

— Да, может, мы найдем уединенный уголок, где сможем спокойно поговорить? — скрипнул pay.

— Я думаю, вам стоит отдохнуть с дороги. Полет на грифонах отнимает много сил. Клянусь вам, что никуда не сбегу, не поговорив с вами, надеюсь, что вы тоже не исчезнете? — Андрей коротко поклонился Мидуэлю, его последние слова задели какую-то струнку в душе старого эльфа. На лице pay мелькнула тень досады и сожаления.

— Ты прав, полет изматывает. Мы готовы подождать сколько угодно. Тебе ведь не терпится переговорить с кем-то помимо меня, я тебя прекрасно понимаю. Сам был молодым. — Старый политик перевел разговор в плоскость личных отношений, указав оппоненту на его молодость.

Андрей хмыкнул.

— Мастер, у меня будет одна маленькая просьба. Уберите, пожалуйста, с площадки людей и грифонов. Малыши волнуются. — Андрей указал на дракончиков, по мордам которых совершенно нельзя было определить никакого волнения. Их красночешуйчатая мамаша тоже не выказывала ни малейшего страха, развалившись на поклаже, снятой с нескольких грузовых грифонов. Что ей какие-то людишки, когда рядом есть такой защитник?! — Да не оставит вас благодать Близнецов. До вечера. — Андрей наклонил голову к правому плечу, незаметным знаком велел Олафу убрать лук, мазнул взглядом по невозмутимому лицу Мелимы и раздосадованному мастера Мидуэля и направился к палаткам. За его спиной скрипнули необмятой кожей сапоги эльфийки, цоканье каблучков перебивалось постукиванием по камням резной трости. Послышались отрывистые команды. Лагерь эльфов снимался с места.

* * *

— Может, ты зря так резко со стариком? — вопросительно глянув на Андрея, Иль присела на широкий чурбак.

— Может, зря, а может, и нет. Мне кажется, стоит держать с «ледышками» некоторую дистанцию. Я много думал о pay и наведении мостов с ними, но сейчас они будут только мешать. То, что я задумал, многим придется не по вкусу. Мне импонирует Мидуэль, в старике нет того наносного снобизма, как у многих других pay, но он не весь народ. Мастер — это ходячая история севера Алатара, он помнит драконов.

— Что тебя останавливает?

— Мидуэль политик, он привык мыслить несколько другими категориями. Для него разменными монетами являются не просто одиночные люди: в политике ставки идут на тысячи, десятки и сотни тысяч жизней людей, эльфов и гномов. Мидуэль мыслит величинами размером с отдельные государства.

Ильныргу встала с места, села рядом с Андреем, взяла его руку и сжала в своих прохладных ладошках такую горячую длань дракона.

— С чего ты взял, что эльф политик и прилетел не просто так?

Андрей с благодарностью накрыл руки Иль правой ладонью.

— Иль, я не слепой. Обрати внимание на людей, эльфов и грифонов — это армейские подразделения. Королевские гвардейцы и горные рейнджеры-следопыты. Думаешь, простому pay отдадут в подчинение солдат из элитных частей разных государств? А как они гнутся перед ним и моментально бегут исполнять приказы?! Иль, я не хочу быть размолоченным шестеренками государственного механизма.

— Я тебя понимаю, — грустно улыбнулась орчанка и отвернулась в сторону. — Боишься повторения судьбы Берга и моей?

Андрей встал, отряхнул с длиннополой рубахи грязь и пыль, посмотрел на орчанку и качнул головой. Боится ли он? Боится, как же без этого, больше всего на свете он боится сломаться.

— Я уже попадал раз под пресс государства. Причины и следствия были несколько иными, но конечный итог один. Дичь на королевской охоте. Не знаю причин, приведших Мидуэля сюда, но могу сказать, кто ему нужен.

— Кто?

— Я. Ему нужен я-дракон. И дичь подросла, ставки в охоте выросли.

— Не слишком ли ты много берешь на себя?

— Знаешь, я на себя ничего не беру. Оно само на меня валится как из рога изобилия.

— Из чего?

— Из бездонной сумы Нель. Я впервые обрел что-то, что мне близко и дорого, за что готов бороться, и совсем не хочу это терять. — Орчанка молчала, она уловила, что Керр говорит о них. И он не обманул ее ожиданий и чувств: — Это вы: Тыйгу, Олаф, даже Ланирра и малыши. Мидуэль же попробует лишить меня всего этого, какую бы он благородную цель ни преследовал.

— А Фрида?

— Фрида… — Андрей взмахнул руками, словно крыльями, заметил за собой непроизвольный жест, характерный больше для дракона, чем для человека, смутился. — Я ее раз потерял. Больше я никого не хочу терять.

* * *

Лани, закрыв глаза и удобно положив голову на мягкие мешки, которые эльфы сгрузили с грифонов и побоялись забрать у бесцеремонно расположившейся на них драконы, делала вид, что спит, — на самом