Синий Звон - Роман Суворов

– Дело пахнет стелламином, – скаламбурил протиснувшийся следом Егоров.

– Скорей колдовством, – заметил ротмистр, с брезгливым выражением рассматривающий один из комков неприятной на вид голубоватой слизи, щедро облепившей всё вокруг. – Видите этот оттенок? Как есть, что-то с нежитью связано. Ну и стелламин, как водится, использовали. Куда колдунам без него!

Пахнувшая прелью гадость свисала с многочисленных рычагов, кранов и манометров, а особенно обильно покрывала пол под откидным сиденьем справа.

– Тут как раз и работает машинист, – указал Глухих и уточнил опустившимся голосом: – Работал…

Рыжков глубоко вдохнул и отработанным жестом направил вспыхнувшую на его ладони изумрудную чародейскую искру в сторону ближайшего потёка слизи. Тот, сперва нехотя запылав, начал с негромким шипением испаряться, однако довольно быстро поглотил огонь, не потеряв и трети своего объёма.

Егоров хотел было потрогать мерзостную субстанцию, однако быстро отдёрнул руку, так как ротмистр, заметивший опрометчивость помощника, громко на него цыкнул.

– Вы бы ещё в рот это потянули, право слово! – И обернулся к приставу. – Теперь, начните, пожалуйста, сначала и подробнее.

– Может быть, давайте из первых уст? – предложил полицейский. – Паровозная бригада давно ждёт в станционном околотке.

* * *

Спустившись на землю с высоты будки, жандармы последовали за приставом к перрону, у которого стояли отцепленные вагоны экспресса и суетилась небольшая толпа пассажиров, которым явно наскучило долгое ожидание во время незапланированной остановки.

– Это возмутительно! – вещал смахивающий на приказчика дородный господин высоким манерным голосом. – Меня знают в Москве! Да что там в Москве, я вхож во многие дома в самой столице! Сколько можно держать нас в этой глуши?

– Я ещё раз Вам повторяю, – скучным голосом увещевал возмущённого пассажира начальник станции, титулярный советник Филиппов, – как только произошёл этот досадный инцидент, я сразу же дал телеграмму на узловую станцию, чтобы они срочно выслали резервный локомотив, который вот-вот прибудет.

– Да зачем гнать паровоз с другой станции? Вот же стоит наш, на котором мы сюда приехали! – театральным жестом указал манерный господин.

– Что вообще за станция у вас такая, что своих резервов не держите?! – раздался из толпы скандальный женский голос, а остальные загудели, поддерживая обоих.

– Спокойствие, господа! Только спокойствие! – Кругленький начальник станции снял форменную красную фуражку, вытер вспотевшую лысину и отступил на полшажочка в сторону подошедших жандармов. – «Ваш» паровоз обследуется полицией, а никакого другого я вам выделить не могу. Его у меня в наличии просто нет!

– Отговорки! – снова прозвучало из толпы.

– Я буду жаловаться! – процедила чопорная гувернантка, держащая под руку маленького гимназиста со шкодливым лицом.

– Мы просто так этого не оставим! – волновались пассажиры.

– У меня есть знакомые в Министерстве Путей Сообщения! – прошамкал отставной полковник в битом молью кителе фасона позапрошлого царствования.

– Да поймите же вы! Я ещё и ещё раз повторяю: машинист пропал! – распалялся начальник станции. – Даже если полиция прямо сейчас даст разрешение на использование локомотива, у меня всё равно нет машиниста! Господа! Вы же следуете экспрессом. Для разгона высокоскоростных паровозов требуется опытный кудесник высокого класса, с большим резервом духа. А даже если такой вдруг сейчас случайно оказался бы в Н-ске, локомотив уже остыл! Заново разводить пары в нём – дело двух, а то и трёх часов! Давайте спокойно дождёмся резервного паровоза с узловой!

– Нет, вы послушайте! Что только не станут городить, – вновь послышался тонкий голос давешнего манерного приказчика.

– Мы три часа уже на жаре тут сидим, имейте совесть! – истерично заверещала скандальная дама.

– Попрошу минуточку внимания! – внезапно прогремели над платформой слова ротмистра, наложившего чары усиления своего голоса. – Я прекрасно понимаю, что все утомились в ожидании отправления. У многих из вас сорваны планы, кто-то перегрелся, возможно, вы голодны. Но, к сожалению, вынужден сообщить, что до выяснения всех обстоятельств я никак не могу дать разрешения на использование паровоза, так как он является уликой. Мало того, он может оказаться опасен! – Антон Владимирович перевёл дух и продолжил: – Сейчас в помещении вокзала состоится допрос свидетелей происшествия. Начальник станции Филиппов даст показания сразу после локомотивной бригады. Пассажиры, желающие дополнить протокол, приглашаются по очереди в станционный околоток.

После слов начальника третьего отделения жандармерии толпа выдохнула и замолчала. Над платформой повисла звенящая тишина.

– Прошу за мной! – повторил Рыжков.

Задние ряды пассажиров начали потихоньку отступать. Некоторые счастливчики, не отошедшие от дверей вагонов, сделали вид, что им что-то срочно понадобилось на своих местах, у остальных внезапно нашлись неотложные дела, которые требовали их присутствия подальше от вагонов. Ещё минуту назад сплочённая общим возмущением толпа довольно быстро разбрелась в разные стороны и превратилась в отдельных пассажиров, избегающих смотреть в сторону ротмистра.

– Так Вы свидетелем-то будете? – грозно уставился Антон Владимирович на главного возмутителя спокойствия.

– Ох, Ваше Благородие, да что я там видел-с? Я всю дорогу спал-с! Сквозь сон вижу-с: стоим-с… Всё-с… – начал мелко пятиться оставшийся перед глазами жандарма дородный приказчик, подрастерявший весь свой запал и от волнения к месту и не к месту употреблявший устарелый словоерс. – Я свободен-с? – И, с облегчением увидев отмашку ротмистра, моментально скрылся в своём вагоне второго класса.

Начальник станции, в восхищении взиравший на то, как быстро жандарм смог урезонить уже, казалось бы, собиравшуюся разорвать его толпу, обозначил аплодисменты в сторону Рыжкова.

– Не благодарите, Сергей Игнатьевич! Это было не так уж и сложно, – ответил ротмистр.

– Однако же, Антон Владимирович, я всё равно пребываю в восхищении.

– Да и мне позвольте присоединиться, – вклинился в разговор пристав.

– Что же, господа, нас ждёт опрос свидетелей. – Вроде бы даже чуть смутившийся, Антон Владимирович повернулся и пошёл в сторону вокзала.

* * *

Офицеры и присоединившийся к ним начальник станции прошествовали вдоль длинной пустой платформы, свернули в пустой зал ожидания для простого люда и, протиснувшись мимо нагромождения лавок, вошли в неприметную дверь околотка, служебного обиталища пристава Глухих.

Внутри кабинета, стены которого были выкрашенны охрой и основательно прокурены, сидели двое молодых людей в железнодорожной форме. Оба, пригорюнившись глядели в пол, порой бросая сердитые взгляды на городового, что-то яростно строчащего в казённом журнале. Городовой сидел за столом полу-скрытым стойкой и сам нет-нет, да отвечал им не менее грозным