Мортерра. Будни некромантки - Екатерина Артуровна Радион

Его нога соскользнула, клирик начал заваливаться назад, но оказавшаяся рядом Мальдира не позволила ему упасть.

— И поэтому у нас здесь рождаются дети? Потому что они не чисты с самого начала? — хмыкнула некромантка, отступая назад, как только убедилась, что Федель крепко стоит на ногах.

— Это души тех, кто согрешил в прошлой жизни и не прошёл путём искупления! — уверенно заявил Федель.

— Я не буду с тобой спорить. Но никогда не приму эту мотивацию. Смирись. А теперь за мной.

Мальдира отошла в сторону и уверенно перепрыгнула через ручей, дождалась, когда то же сделает Федель, и быстрым шагом двинулась в сторону возвышающегося холма.

— Становится холоднее, — заметил священник.

— Конечно. Ведь мы почти добрались до логова нашего недруга, — хмыкнула некромантка. — Ты живой. Тебе будет сложнее. Береги то волшебство, что течёт в венах. Другого, как бы плохо ни было, не дадут. Вон там, у этих странных скал нас ждёт неприятная встреча.

ГЛАВА 11

До логова лича оказалось дальше, чем рассчитывал Федель. Туман каким-то непостижимым образом скрадывал очертания предметов, некоторые и вовсе прятал. Из его ватных объятий выскальзывали деревья, похожие на иссушенные крючковатые пальцы стариков, выходили целые моря странной высокой травы с острыми краями и колючими коробочками семян, которые даже не цеплялись за одежду, а скорее норовили впиться в кожу.

С каждым шагом Федель всё больше сомневался в том, что поступил правильно, вызвавшись помочь некромантке. В конце концов, это её земля и её проблемы. Зачем в них вляпываться ему, скромному служителю Всеблагой, которой даже толком не поклоняются?

Сглотнув, клирик помотал головой из стороны в сторону, пытаясь отогнать наваждение. Ему показалось, что в душу просто-напросто забросили что-то гниющее, и оно, словно осквернённый саженец, пустило корни, проросло.

Но стоило отвлечься от созерцания холма с грубыми выступами скал, как становилось легче. И приходили мысли о том, что его провожатая права, что он ввязался не в своё дело, не в свою войну. Но как борьба со злом может быть чужой? Это его мир, и только от него зависит, увидят ли они утро.

— Нас уже ждут, — прокомментировала Мальдира.

— Ждут?

— Да. Кажется, лич собрал свою свиту. Будь осторожен. Я не хочу отвлекаться на спасение тебя, пока не убежусь, что мальчишка мёртв.

Федель замер, шумно воткнув шест в болотную жижу.

— Что ты сказала? — прошептал он.

— Пока не убежусь, что мальчишка мёртв, — спокойно повторила Мальдира. — Не думай, что его мать не знала, куда нас посылает. Она надеялась, что это будет какая-то другая нежить, да. Но предполагала, что это именно лич. Мы должны были собраться ковеном и уничтожить его через два месяца. Из-за недавнего эфирного шторма всё отложится, к сожалению.

— Но почему… почему мёртв? Разве ты не идёшь его спасать?!

Федель сжал кулаки в бессильной злобе. Он понимал, что спорить с опытом некромантки бесполезно, но сердце разрывалось от пронзившей его боли. Это было жутко, осознание реальности накрыло свинцовой вуалью и прибило к земле. С самого начала они шли не спасать, а увериться в том, что… Сглотнув, клирик бросил короткий взгляд на некромантку, убеждаясь, что та, как и прежде, мертвецки спокойна.

— Вероятность того, что от души мальца что-то осталось, невероятно мала. Видишь ли, у лича, который, напомню, добровольно превратился в нежить, есть два пути. Путь первый: медленно угасать, сходя с ума и превращаясь в жуткого монстра. Путь второй: периодически поглощать чужие души, чтобы подлатать собственную. Кстати, молодые, детские и подростковые, подходят для этого лучше всего. Особенно, если не провели ритуал посвящения…

Мальдира сжала ладони в кулаки и с вызовом посмотрела на выглянувшую из-за облаков луну. В болотах она казалась намного больше. Огромный белоснежный сияющий блин с капельками черничной карамели.

— Обряд для Эрнике и ещё двух парней должны были провести на следующей неделе. Идеальные кушанья, — со вздохом прокомментировала Мальдира. — Смирись. Мальчишка может превратиться в нежить, а может обрести покой. Он знал, на что шёл.

— Но… зачем? — растерянно спросил Федель.

— А это, я думаю, нам нужно узнать лично. Пока будем пробираться, можем поиграть в угадайку. Например, лич мог пообещать ему силу некроманта, — хмыкнула Мальдира, покрутив в руках посох.

— Но кто в здравом уме согласится на подобное? — обречённо спросил Федель.

— Тот, кто желает власти и обожания. Это для тебя я чудовище, для них, — Маль кивнула в сторону Кампера, — я спасительница. И получить мои силы хотели бы многие. Даже отдав за это солидный кусок души.

У юного клирика не нашлось слов. В очередной раз его макнули лицом в то, что он пришёл из другого, невероятно простого мира. И ведь не докажешь, что в Бенифтерре своих проблем достаточно! Рядом с тем, что творится в Мортерре, они кажутся несущественными.

— Думаешь о том, что проблемы родины кажутся мелочными? — спросила Мальдира, заметив, что Федель замешкался. — Зря. У каждого свои проблемы. И они для любого самые важные. Не обесценивай ни своих, ни чужих трудностей.

— Откуда ты?..

— Все думают об этом, столкнувшись с мраком Мортерры. Что вы, светлые, что дети, которых впервые выпустили за стены города. Чего греха таить, я… тоже испытала нечто подобное, когда всё то, что беспокоило меня, отошло на второй план.

Предупреждающе подняв ладонь вверх, Мальдира перехватила поудобнее посох и в два по-мужски широких шага оторвалась от Феделя, подпрыгнула в воздух, разжигая голубой огонь в навершии посоха, и клирик невольно отшатнулся.

Прямо перед лицом некромантки завис очередной костяной монстр. Этот напоминал молодого дракона, вот только Федель прекрасно знал анатомию разумных ящеров и мог поставить годовой заработок на то, что это никогда не было драконом. Череп ящерицы-переростка, задние лапы от коровы, передние от какой-то крупной кошки, хвост, судя по всему, самая настоящая змея.

“Костяная химера. Может быть как самозародившейся, так и созданной. Опасность средняя”, — пронеслись в голове слова давно забытой лекции. Тогда Федель был юн и свято верил, что нежить — совершенно несерьёзная проблема, что он с ней вряд ли столкнётся и вообще, откуда в Бенифтерре живые мертвецы, если все ритуалы проводятся правильно.

Увы, он ошибся и впервые повстречал костяную химеру в катакомбах на седьмом году обучения. Один на один. Шансов на спасение было мало. Но он справился, неожиданно ярко вспомнив всю лекцию, посвящённую этим тварям.

Монстр из воспоминаний был мельче и слабее, но и сам Федель набрался сил, а Мальдире явно требовалась помощь… Химера оказалась