Путь от змеиного хвоста - katss

И вы просто полностью разбиты — и морально, и телесно… На то, чтобы в матке у женщины сформировался зародыш, а потом ребёнок, уходит куча энергии и минеральных веществ. Это почти полная перестройка организма на совершенно другой режим работы. Женщина после выкидыша как машина с убитым двигателем, понимаете?…

В классе воцарилась невесёлая тишина.

— Ну и теперь берём второй вариант: вы, типа, решили — простите, но это вообще не смешно! — рубанула воздух раскрытой ладонью.

— Сами решили! Что оставляете ребёнка и рожаете. Начать с того, что конституционно несовершеннолетняя всё ещё находится под опекой её родителей, а вы — ваших… Опустим все законодательные моменты и полицейское расследование, которое обязательно состоится, принеся вам уйму стыда и унижений. Про "возраст согласия" и его законодательные нюансы пока тоже промолчим… Ребёнок. Что вам, простите, соплякам пятнадцатилетним, делать с малышом? Вы в школу ходите! У вас уроки и экзамены. Потом либо ВУЗ, либо армия, либо работа. Вы ещё не являетесь полноценными членами этого общества, так как пользу самому обществу на данном этапе вообще никакую не приносите!

— Как не приносим? — нахмурился хулиган.

— А вот так, — я пожала плечами. — Хирург оперирует, дворник метёт, учитель учит. Крановщик строит. Пожарный тушит пожары. Шахтёр добывает руду. Охотник бьёт монстров и делает что-то ещё. К примеру, я работаю в частной фирме, и мы ежегодно принимаем и сдаём кучу объектов… Ваш классрук не только ваш классрук и учитель, но и классный изобретатель, и он вовсе не новые утюжки для волос изобретает. А то, что всему миру пригодится. А вы? Какой с вас толк? Пока никакого. Вы этого ребёнка сможете должным образом поднять и воспитать? Обуть-одеть, накормить? Вы зарабатываете? Вы умеете сами себя обслужить от и до? Нет. А значит что? Значит, с малышом будут возиться ваши родители. А сейчас я вам открою большой-большой секрет, который вовсе и не секрет: они не хотят с ним возиться! У них вы, с уже миновавшими коликами, лезущими зубами, первыми шагами и всем вот этим вот дерьмом — в прямом смысле слова, я сейчас про пелёнки-памперсы и приучение к горшку — закончились! Они ждут не дождутся того офигенного момента, когда вы наконец!… Встанете на ноги! И они хотя бы раз съездят в отпуск. Вдвоём. Ну или по отдельности… Это не значит, что мама с папой в этом отпуске оторвутся, как холостые тусовщики на Ибице. Нет, скорее всего, они продолжат звонить вам каждый день и спрашивать как дела. Но, видите ли… Уже выше шансы, что вы без них — без них в обозримом пространстве — не пропадёте с голоду и не сожжёте хату. — Подростки помрачнели. Я хмыкнула:

— Да-да, это в собственных глазах вы круты и офигенны, а для мам-пап — вы их драгоценные детки. Которых они и дико любят, и уже не против бы с месяцок отдохнуть. Минимум… — Кто-то кашлянул. Видно, вспоминая и прикидывая.

Кажется, пара человек даже устыдились… Ну-у… не всё потеряно?

— Так что мой вам совет, ребята: начинайте половую жизнь после армии. Начнёте до — и это осложнит вам жизнь. Два года среди мужиков, если ты уже попробовал секс, молодому кобелю пережить трудновато… Ну а по поводу девочек: ребёнок, который с вами в перспективе может случиться, это не бочка мёда, и не фунт изюма. Спросите у собственных родителей. Полагаю, многое расскажут… Вы хотите в шестнадцать лет не купальник выбирать, с сердечками, а тащить неподъёмную коляску по ступенькам? Хотите год-полтора чувствовать себя старухой Изергиль, у которой к тому же всё болит? Таз с течением беременности у женщины расширяется — вообще, именно по тазу археологи и отличают женский скелет от мужского. Так вот: вы ещё толком не выросли, у вас попы, простите, мелковаты. Это почти всегда прямая дорога к симфизиту. Знаете, что такое симфизит, нет? Сейчас расскажу! Это когда во время родов — или прочих серьёзных травмах у женщины — в лобковом сочленении идет воспалительный процесс, в результате которого там всё размягчается и начинает расходиться, как разводной мост в Питере. Походка становится утиной, попа шириной с баржу, а ходить, сидеть и подниматься по лестницам без боли ты уже не можешь. И у симфизита есть разные стадии, дети мои…

— Всё, хватит, — оборвал меня ко всему привычный Славка, — хватит с них ужасов. Про остальное я им лучше сам расскажу, а то тут некоторых щас рвать начнёт.

— Не, мы ещё послушаем… доступным языком, — справился с жуткими воображаемыми картинами всё тот же хулиган. — Да, народ?

— Послушаем, — бледновато ответили одноклассники.

— В общем, мы поняли — ну, я лично понял, что, так сказать, на брачном рынке мы пока вообще не котируемся. Но, извините, у меня ещё вопрос: а как так получилось, что лично вы без детей? — Я закатила глаза. Подросток принялся оправдываться. — Нет, ну логичный же вопрос!… Вы красивая молодая женщина, вон как на любую тему шпарите, даже заработок стабильный есть! Так почему у вас только Славка, и нет мужа и своих детей? Ну или хотя бы своих детей? — повернулся к мелкому. — Тесин, не обижайся. Мне просто интересно. Это не кирпич в твою лично сторону.

— Дети… — тоном сказочника начала я. Мелкий напрягся сразу. — Далеко-о-о-далёеко в горах… одна гордая молодая орлица однажды осталась в одном двухкомнатном гнезде с осиротевшим орлёнком сестры… — Меня прервал взрыв ржача.

— Не смешно, — буркнул Славка. Но его почти никто не услышал.

— …И ей пришлось кормить, поить, учить его летать… Сдавать трёхкомнатное гнездо племянника, чтобы ему было на что кушать, когда он вырастет, если сам сразу не заохотит зайцев нужных размеров, когда эта орлица наконец выпнет его в свободный полёт!

— Бля-я… — послышался чей-то сдавленный стон среди общего хохота. Погрозила сквернослову пальцем:

— Деточка, у охотников слух как у дельфина! …И в итоге старая больная орлица бегает по потолкам — каждый день, кругами. О каких ещё детях и муже идёт речь? Да и в целом, какой тут левый орёл? И вообще, где гарантии, что орёл? Может, голубь (и не факт, что мира — скорее, обычный помоечный), или и того хуже — воробей, в мечтах своих представляющий себя орлом. Так что… Лучшее средство контрацепции, ребятки, это другие дети, — кивнула на Славку.

Рыдания продолжились.