Целитель Азаринта - Рейгар

последовал за ним, шагая довольно далеко. — Кстати, ты должен надеть эту штуку. Людям здесь не очень рады, как и всем остальным, кроме дварфов, — сказал он и сделал паузу. — Даже большинство гномов, если честно.

— Я не могу говорить, пока он включен, — сказала Илеа.

“Действительно? Где, черт возьми, ты взял эту штуку тогда? Сомневаюсь, что ты сделал это сам, — сказал он.

«Почему вы сомневаетесь в ее инженерных способностях?» — спросил Пирс.

Гном взглянул на нее, прорезь в его шлеме показала его черные глаза. “Просто догадка.”

— Он создан, чтобы убивать, а не говорить, — ответила Илеа. «Но да, у вас есть что-то, что решает эту проблему?»

«Да, но не я, а люди, на которых я работаю. Кузница Мрачного ядра. Они в порядке, не лучшие, не худшие. Я могу удостовериться, что вы не получите ничего неисправного, и десять процентов от того, что вы потратите. Но поверьте мне, это все равно дороже, если вы поедете туда без меня», — пояснил он.

«Сколько будет стоить одно выступление?» — спросила Илеа.

— Около тридцати серебра. Это не невероятно, но делает свою работу. Я предлагаю вам взять тот, который одобрен в бою. Не хотелось бы, чтобы он сломался посреди вашей бойни. Надеюсь, вы здесь не из-за войны? он сказал.

— Почему ты так думаешь? — спросила Илеа с идеальной улыбкой.

«Вы вызываете у меня дрожь. Эти двое сильны, но ты… ты монстр какой-то. Эта живая броня — лучшее, что я видел за последние десятилетия, если не когда-либо. И вы относитесь к нему как к какому-то инструменту. Большинство из нас здесь убили бы, чтобы заполучить такую машину», — объяснил он.

«Мы здесь не для того, чтобы кого-то убивать. Но упоминался Купол, — сказала Илеа.

«Ах, конечно. Я могу показать его вам и помочь вам зарегистрироваться. Так что я могу поспорить с тем бедолагой, который стоит напротив тебя, — сказал он.

— Что именно? — спросила Илеа.

«Купол. Ну, это было когда-то. Перевернутый… больше чаша на самом деле. Бои между боевыми машинами. Командные бои, бои с монстрами, испытания на прочность, выносливость и тому подобное, кто на смерть, кто просто пока не сдастся. Но вы не увидите там ни одной машины получше, больше такого дерьма, — сказал он, постукивая по своему шлему.

— Это не ты сделал? — спросила Верена.

Он хмыкнул. — Ты кажешься удивленным. Я полагаю, вы были в дварфийских городах. Яма не такая красивая или претенциозная. Большинству этих писсуаров ни разу не помяли нагрудные пластины взрослые эльфы или тролли.

Действительно? На двухсотом уровне? Илеа подумал и сверил его с Ветераном. Ой. Я понимаю.

Оказалось, Бралин был ближе к трем двадцати. Почему и как он скрывал от нее свой настоящий уровень, оставалось загадкой. — Как ты скрываешь свой уровень?

— А… ты заметил. Буду признателен, если вы сохраните это при себе, — сказал Бралин. «Это навык, связанный с моим наследием. Боюсь, ничему, чему я мог бы научить.

— Ты скрываешь свой уровень? — спросил Пирс.

— Я сказал, потише. Или ты можешь найти другого проводника, — сказал гном.

— Что он делает? — спросил Пирс у Илеи.

— Три двадцать, — подсказала Илеа.

«Блин, выше меня. Ты вдруг стал намного интереснее, Бралин, — сказал Пирс и подошёл к нему поближе.

«Меня не привлекают люди, — сказал он.

— Позор, — ответил Пирс.

— Зачем это скрывать? — спросила Илеа.

Он взглянул в ее сторону. — Ты тоже это делаешь.

«Да, но три отметки — это немного другое, чем твой случай», — сказала она.

«У меня есть свои причины», — сказал Бралин и остановился на этом. «Возвращаясь к теме, многие дварфы здесь не используют боевые машины, которые они сделали сами. Если кого-то раздавит в Куполе, было бы напрасно не продать машину. На самом деле их основной бизнес рядом со ставками».

«Каковы правила против использования собственного тела в бою после того, как военная машина уничтожена?» — спросила Илеа.

“Никто. Большинство будет уничтожено еще больше. В вашем случае… хм. Это не было бы нарушением правил, но правила что-то значат только до тех пор, пока они ничего не значат. Если вы понимаете, что я имею в виду, — сказал он.

— Попался, я останусь внутри, — с ухмылкой сказала Илеа.

«Умнее, однозначно. Для всех. Ты не кажешься мне человеком, который без всякой причины уничтожил бы целое поселение, — сказал Бралин.

Коридор вел в подземелье на несколько километров, мимо них проходили или пролетали боевые машины, одетые в дварфов.

— Есть только один вход? — спросила Верена.

«Из штормовых земель? Вероятно. Да. Но большинство из нас туда не ходит. Не с ямой», — сообщил Бралин. «Яма — это и город, и колодец, яма. Был бывшим городом заключенных веков назад. Единственной целью было раскопать любые металлы, сокровища и монстров, которые они могли найти. Сейчас он находится на приличной глубине, нижние уровни слишком опасны для большинства. Ты здесь из-за этого?

— Звучит интересно, — сказала Илеа. «Каких монстров мы видим?»

“Сложно сказать. Некоторые умерли за годы копания глубже, целые разделы закрыты и редко посещаются. Я уверен, что вы можете себе представить, какие существа скрываются там с вашим опытом, — сказал он. — Ты человек, не так ли?

— Да, — заверила его Илеа. «Как поселение все еще здесь? Если ты постоянно спускаешься».

Он взглянул на нее и начал смеяться. “Да хорошо. Были… инциденты. И будет больше. Но чары и различные защитные меры, варианты обрушения, ну и… взрывы. Взрывы хорошо работают почти каждый раз».

— Как обнадеживает, — сказала Верена сбоку.

«Я уверен, что вы трое будете более чем в порядке», — сказал гном с легким смешком.

Вскоре они достигли огромных ворот, полностью сделанных из зачарованной стали.

Илеа подняла голову и увидела вершину метров в тридцати. “Это нелепо.”

— Это действительно так, — сказал Пирс. «Скучный дизайн тоже».

— И пустая трата стали, — добавила Верена.

«Теперь ты должен надеть свои доспехи», — сказал дварф. Он прошел мимо них и буквально постучал в массивные закрытые ворота, магия вырвалась из того места, где он коснулся их, энергия заструилась по всей длине входа, прежде чем тяжелые двери открылись. Они остановились в нескольких метрах друг от друга.

Их приветствовали две боевые машины, обе вооруженные