Крошка Энни на краю света - Надежда Черпинская

– Лот 142, – провозгласил он, поднимая повыше свой улов, чтобы всем было видно.

Энни уже сообразила, что Харрис делал это не только для того, чтобы никто не усомнился в честности аукциона. Просто не все здесь были грамотны и знали цифры. Так они могли сравнить надпись на дощечке судьи со своей собственной, которую держали в руках.

Сердце неистово затрепыхалось в груди. Вот сейчас всё и решится.

Энни, почти не дыша, ждала своей участи. Конечно, все эти мужчины внизу для неё были чужими, все одинаково пугали… Она не хотела становиться женой ни одного из них. Но выбора ей не оставили. Потому Энни могла уповать лишь на то, что ей выпадет меньшее зло.

Вот и настал этот решающий миг – сейчас она увидит того, кому достанется, с кем ей предстоит жить в ближайшие годы. Если, конечно, она протянет хотя бы несколько лет в этом диком краю.

Она скользила взглядом по толпе, выискивая того, кто поднимет таблицу с номером 142. И не только она, все оглядывались по сторонам, выискивая счастливца, но пока никто не спешил признаться.

– Лот 142, – снова повторил судья. – Ну же… кому достаётся в жёны милли Уайт?

– Похоже, никому, – снова не удержался кто-то в толпе.

– Кажись, кто-то испугался, что раздавит крошку-пони, когда будет объезжать…

Энни уже не слушала все эти пошлости. Сейчас её мысли были заняты другим – радоваться или плакать? Похоже, тот, кому выпал жребий, не желал её забирать. Может быть, это к лучшему? Может, теперь она получит свободу?

Вот бы ей дали просто жить, самой по себе… Здесь, в форте, ведь наверняка и для женщины найдётся какая-нибудь работа. К труду она с детства привычная, тяжёлой работой её не испугаешь. А вот предстоящий брак с незнакомцем страшил до дрожи.

– Гранд-мастер Гарнет, – флегматично обратился к наместнику судья Харрис, – гляньте, кто там у нас такой скромный?

Наместник пробежался взглядом по записям в тетради.

– Лот 142… Мастер Джонатан Уайз, – объявил он так громко, что услышали все на площади.

– О, так это Джо так свезло!

– Джонни, забирай свою пони!

– Надо ж так, Уайз и Уайт! У них даже фамилии похожи… Это судьба, Джо.

– Джо, хватай быстрее свои двадцать фунтов счастья!

– Ага… пока ветерком не унесло, или птицы не утащили.

Насмешки посыпались снова, теперь уже в сторону неведомого мастера Уайза.

Похоже, здешний люд имел не так много развлечений, и на сегодняшнем аукционе они не упускали возможности посмеяться от души. Толпа зашевелилась, озираясь и выискивая виновника веселья. Но тот по-прежнему не давал о себе знать.

– Мастер Джонатан, вы забираете свою невесту? – вновь подал голос наместник форта Лоу. Терпение явно не было его добродетелью. – Или уступаете своё право другому и отказываетесь от участия на три года?

– Джонатан, поспеши, сейчас всё про… – снова загоготал кто-то в толпе.

– Пусть отказывается! – перебив очередного насмешника, оживился черноглазый Даки. – Если Уайзу такая аппетитная малютка не по зубам, я готов забрать её себе. Эй, Харрис, отдайте её мне! Я готов внести триста картунов прямо сейчас, и ещё сотню сверху накину. Для казны форта лишним не будет…

Энни непроизвольно попятилась, словно боялась, что черноглазый стащит её с помоста, не дожидаясь позволения. Она, конечно, и этого странного Джонатана, который не спешил за ней явиться, в глаза не видела, но там хотя бы ещё оставалась надежда на что-то.

– Помолчи, Даки Эймс! – отмахнулся судья. – Ты не участвуешь сегодня в аукционе, и ещё три года не участвуешь… Так что милли Уайт, в любом случае, уйдёт сегодня не с тобой.

– Ну так… если этот цыплёнок всё равно никому больше не нужен, отдайте мне! – не унимался настырный Эймс, сверкая пугающими тёмными глазищами. – Я пригрею…

– Перебьёшься, Даки! – вдруг отчётливо раздалось неподалёку.

Первые ряды пришли в движение, пропуская кого-то ближе к помосту. Энни всё ещё не видела этого мужчину толком, лишь мелькавшую то и дело широкополую шляпу.

Поравнявшись с Даки Эймсом, шляпа холодно буркнула:

– Держи свои лапы подальше! Это моя женщина. Свою ты уже угробил.

Темноглазый ощерился, как цепной пёс, и прошипел с вызовом:

– А ну-ка повтори! Ты это на что намекаешь?!

Кажется, мужчины готовы были схлестнуться уже не только на словах, но тут в перепалку вмешался судья Харрис:

– Мастер Уайз, так вы берёте в жены милли Анну Уайт, доставшуюся вам по воле благих духов?

– Беру!

Он шагнул на первую ступеньку лестницы, поднял голову, и Энни, наконец, увидела того, кто только что стал ей мужем.

***

Мои дорогие, приглашаю вас в увлекательное путешествие на недавно открытый континент! Вас ждут приключения, любовь и щепотка чудес!

Вынужденный брак / Освоение колониальных земель / Постепенное развитие отношений / Неунывающая героиня / Настоящий мужчина / Суровый быт и нежные чувства

Однотомник

Добро пожаловать на край света!

Глава 1

Днём раньше…

Протяжный жуткий скрежет заставил Энни подскочить и замереть испуганно.

Да и не одну её. По гигантскому чреву корабля прокатилась дрожь, отзываясь в телах и сердцах всех обитательниц трюма.

Казалось, их уже ничем не напугать, но так только казалось.

– О, благие духи, мы что тонем? – охнул кто-то.

– Только бы не риф!

Женщины с тревогой вслушивались в страшные незнакомые звуки, вглядывались в полумрак.

Вот уже месяц Энни жила, как и все здесь, ориентируясь больше на звуки, чем на то, что видят глаза. Но такого она прежде не слышала.

Обычно сквозь толстые стены судна долетали только плеск волн, вой ветра, строгие приказы капитана, редкие перекрикивания матросов. О том, что происходило наверху, приходилось лишь догадываться.

Правда, изредка, по несколько человек, их выпускали из душного тесного трюма на палубу, и тогда она радовалась как ребёнок. Радовалась солнцу, что до боли резало глаза. Радовалась пронизывающему солёному ветру, что хлёстко бил в лицо и трепал волосы, мигом превращая её аккуратные светлые косы в клубок спутанных буклей. А больше всего Энни нравилось смотреть на море, такое огромное, немного пугающее своей мощью, но невероятно красивое, яркое, многоцветное, величественное.

Прежде она никогда не видела моря. Ей доводилось о нём только читать. И, конечно, она даже не представляла, что однажды придётся его пересечь и