Пленница генерала-дракона - Виктория Виноградова

княжества — Горан Пламенев. Сразу видно, что из аристократов. Смотришь на портрет и аж мурашки по телу. Взгляд у Горана такой, как будто ему весь мир принадлежит.

В газете пишут, что бандиты эти не сами по себе, а на княжество работают. Похищают поезда. Пассажиров побогаче — на выкуп, а таких, как я — в плен. На людях-то, понятно, Горан этот отнекивается. Мол, я не я, корова не моя, и вообще «мы сами от бандитов страдаем». Да только кто ж ему поверит? Просто наши связываться с княжеством боятся. Им проще глаза закрыть, чем из-за простых ремесленников войной на Пустоши идти.

Дверь купе открывается. Вздрагиваю. Думаю: «Опять этот проводник». Ан нет. Барышня. Из благородных. В платье пышном, шляпке.

— Умоляю, спасите, — едва не бросается ко мне на колени. — Спрячьте меня. Прошу.

«Что происходит?», «Вы кто такая?», «Кто вас преследует?» — вопросы проносятся ворохом. Но вслух не спрашиваю, и так видно, что барышня в переплет угодила. Ей сейчас не до моих расспросов.

«Спрячьте». А куда? Купе маленькое: две скамейки да полки навесные для поклажи. Под скамейкой у меня сундук дорожный стоит. И там же ящик деревянный, которым я проводника шуганула.

— Прошу вас, — подгоняет барышня.

— Да думаю я, думаю, — прикидываю на вид габариты девицы и размер сундука. Если вытащить палатку, котелок и прочие вещи — может, и поместится.

— Помогайте, — открываю сундук. — Других вариантов нет.

Хорошо, что девица оказывается сообразительная и не избалованная. Не капризничает, не ноет, что платье ее помнется. Проворно выкладывает вещи и лезет в сундук. Что ж у нее такое приключилось, что аристократка готова по чужим багажам прятаться?

— Кто он? — спрашиваю, пока помогаю девице разместиться внутри.

— Жених. Умоляю, не выдавайте меня. Прошу вас.

— Не выдам, — ободряюще улыбаюсь.

Закрываю крышку, сверху кладу рюкзак и деревянный ящик. Только успеваю сесть, как в купе врывается красный от злости мужчина.

— Где она?! — орет он, вытаращив на меня глаза. — Я знаю, что она забежала сюда!

Глава 2

Веселина

— Что вам нужно? — картинно взвизгиваю. Веду себя так, будто я спокойно читала газету, как вдруг вломился незнакомый мужчина. В мое купе. Средь бела дня. Подумать только!

— Куда ты ее спрятала? Говори немедленно! — ворвавшемуся глубоко плевать на мои театральные этюды. То ли актриса из меня паршивая, то ли хам уверен, что его невеста прячется именно здесь.

И ведь, как назло, я даже выставить его не могу. Начну звать проводника, и что? Он придет, мужика выпроводит. А потом ехидно спросит: «Что же ваш супруг? Почему не заступился? А может нет у вас никого?» И ссадит с поезда.

— Где она? Там? — ворвавшийся указывает на сундук.

Вот ведь догадливый какой.

Шуметь нельзя. Вытолкать силой тоже не получится — мужчина намного крупнее меня. Ниче-ниче, сейчас что-нибудь придумаю.

Мозг пронзает идея.

— Спаситель! Родненький! — кидаюсь на шею мужчине. Он отшатывается и удивленно таращится. — Вас мне сама судьба послала! Выручайте! Вот!

Указываю на деревянный ящик, которым запугивала проводника.

— Что «вот»? — мужчина озадаченно пялится на поклажу. Он-то явно полагал, что я стану кричать и визжать, а тут, наоборот, ликование и радость. Еще и не понятно по какому поводу.

— Жуки-трупоеды, — произношу с важным видом. — Внутри. Были. А теперь разбежались по всему купе. Их нужно срочно изловить, пока они тут всех на смерть не загрызли!

— На смерть? — боевой напор медленно сдувается.

— За минуту прогрызают плоть до самых костей, — сочиняю я, сдабривая слова взглядом сумасшедшей ученой. Пока с отцом по экспедициям ездила — каких только персонажей не повидала, так что хорошо знаю их поведение.

Мужчина мнется и пятится к двери.

— Вы мою невесту видели?

— Невесту? И невесту зовите. Пусть помогает. Только скажите ей, чтобы руками не трогала, — вкрадчиво произношу я, подходя вплотную к мужчине. — А то жуки они знаете какие?

— Какие? — спрашивает он, тоже вслед за мной снижая громкость речи.

— Они как ам! — так резко клацаю зубами, что мужчина испуганно вздрагивает. — И нет пальца у вашей невесты.

Мужчина берет себя в руки.

— Так вы ее видели? Девушку. Зеленое платье. Шляпка. Темные волосы.

— Вы только представьте, что случится с пассажирами, если мои жуки проберутся в другие купе, — произношу я с азартом. — Приезжает поезд на станцию, а внутри одни мертвецы. Только косточки гремят.

Для убедительности я хихикаю так, будто сама мысль об обглоданных трупах доставляет мне удовольствие.

— Вы девушку в зеленом платье видели? — голос срывается. Побаивается, голубчик. Видать, гадает, то ли я сумасшедшая, то ли жуки и впрямь существуют. Надо дожимать.

— Не двигайтесь. Кажется, один жучок ползет у вас по плечу.

— Что? — взвизгивает мужчина. — Стряхните его с меня! Уберите! — он нервно крутится, пытаясь скинуть несуществующее насекомое.

— Хотя, наверное, показалось. Ну или он под рубашку заполз. Если почувствуете, что вас едят — значит точно заполз. Так вы мне поможете с ящиком?

— Ээ… — незнакомец тянется к ручке, чтобы открыть дверь. — Я потом. Мне невесту нужно отыскать.

Последнюю фразу он буквально выпаливает и стремительно покидает купе. Выбегаю за ним в коридор, чтобы проследить, что он точно не планирует возвращаться. У входа в вагон стоит проводник.

— Секундочку, — я подхватываю парня под локоть и, пока он не успел отойти, шепчу ему на ухо, — Видела я твою ненаглядную. Сбежала она. Сначала в другой вагон кинулась, а из него на улицу сиганула.

— Сразу бы так! — рявкает мужчина и выскакивает на перрон.

— Только далеко не уходи, поезд скоро тронется, — кричу ему вдогонку и шлю воздушный поцелуй. Поворачиваюсь в сторону проводника, всем видом показывая: «А я говорила, что у меня есть жених!» — Первый раз на поезде. Волнуется, — поясняю я.

Возвращаюсь в купе, закрываю дверь. На всякий случай еще раз смотрю в окно: мужчина бегает по перрону в поисках невесты. Вот и пусть носится. Так ему и надо. Крайне противный тип.

Барышня! Совсем забыла, что она до сих пор в сундуке заперта. Спешно открываю крышку, ожидая увидеть истерику.

— Вы как? — жду охи, ахи, а то и нервный обморок. У этих представителей высшего общества душевная организация до того тонкая, что чуть ветерок подует, а у барышни уже припадок. Но тут, похоже, с самообладанием полный порядок. Вместо визгов-писков — озорное личико.

— Ужасно, — произносит незнакомка, а сама хохочет. — Давненько я так не развлекалась. Прятаться в сундуке от собственного жениха: какова комедия. Представляю лицо матушки, увидь она меня в таком положении. Ее бы удар хватил. Он далеко?

— По