Лорд, построим мир с нуля? Ну или перестроим! - ИллювиА

около восьми — трое, с пакетом, в котором обнаружились сок и печенье в промышленных количествах. Они переминались у порога с видом людей, выполняющих общественную нагрузку, поочерёдно сказали «выздоравливай», один добавил «мы все за тебя», после чего все трое с нескрываемым облегчением удалились.

Алексей не обижался. Он и сам в их возрасте так же ходил проведывать — по необходимости, из вежливости, думая о своём.

Алексей смотрел на закрывшуюся дверь.

— Душевно, — сказал он в тишину.

За окном зажглись фонари. Он открыл системный интерфейс снова, долго смотрел на три навыка и класс с пометкой «условный», потом закрыл.

Город. Ему нужен был город.

Которого нет.

Он взял печенье из пакета, откусил и задумался — серьёзно, методично, как человек, которому некуда торопиться, потому что торопиться пока совершенно некуда.

За окном темнело. Город за стеклом светился и двигался: рекламные панели меняли картинки прямо в воздухе, между домами плыли какие-то аппараты — не птицы, не дроны в его понимании, что-то среднее. Улица внизу была широкая, мощёная чем-то светлым, и по ней шли люди, обычные люди, в куртках и с сумками, и только иногда кое где вспыхивали отблески системных бытовых навыков применяемых в повседневной жизни — быстро, едва заметно, как отражение фонаря в луже.

Алексей лежал, смотрел и думал о том, что тело у него в полном порядке — наклейки сделали своё дело, мышцы не ныли, голова была ясная. И что это, пожалуй, единственное, в чём он сейчас был уверен.

Глава 2

Сообщение от системы я перечитал раза четыре подряд, может пять. Лежал на казённой кровати поверх одеяла, смотрел в окно — там, за стеклом, по карнизу соседнего корпуса ходил голубь, и всё это выглядело совершенно обычно для места, где человек только что получил письмо о собственной смерти мозга, — и в груди что-то одновременно ликовало и тихо посмеивалось. Слишком уж по-исекайному. Рояль в кустах, да не один, и ещё оркестр в засаде.

Но когда я разобрался по-настоящему, картина оказалась честнее. Система давала базу — навыки, соответствующие классу. Никакой убер-вафли в подарочной упаковке. Зато шесть основных навыков, которые можно развивать в любом направлении, — и вот тут уже появлялся настоящий простор. Собственное древо навыков, собственная точка опоры. Можно строить что угодно, если знаешь, с чего начать.

Ещё один нюанс: на каждом уровне система выдавала случайный навык — он навсегда оседал в памяти, мог лежать в слоте или просто ждать своего часа. Звучало заманчиво, но на деле никто особо не заморачивался. Большинство пользовалось общим пулом, где собраны навыки всех классов и десятка лучших их вариаций, наработанных с момента появления системы. Случайные интересовали разве что мастеров своего дела которые выстраивали свой билд прокачки на свой лад — или тех, кто надеялся, что вдруг попадётся что-то новое, способное потеснить лидеров рейтинга.

Я смотрел на панель интерфейса и крутил одну и ту же мысль. Главная проблема всех лордов — территории нет, значит и лордства нет. Значит, нужен навык под это. Нужна точка, от которой можно оттолкнуться. Я начал перебирать варианты, один за другим, медленно, как перебирают карты в руке.

Вот тут-то и начинался настоящий вопрос. Не «кто я» и не «где я» — это я уже понял в общих чертах, хотя чужое тело время от времени напоминало о себе: то плечо чуть ныло не там, то рука тянулась за стаканом, которого на этом месте никогда не стояло. Вопрос был другой и куда неприятнее: что выбрать, когда выбор определяет всё, а отыграть назад уже не дадут.

Несколько часов прошли в каком-то странном двойном темпе — то затягивало до такой степени, что я переставал слышать больничный коридор за дверью, то вдруг оказывалось, что за окном уже темно и голубь с карниза давно ушёл. В теле жил остаточный жар прежнего хозяина: что-то сжималось в рёбрах, стоило мне подумать о территории — о собственных стенах, о флаге над воротами, о земле, которая твоя не потому что подарили, а потому что ты её поднял. Мои амбиции и его память варились в одном котле и не давали лечь спать, даже когда глаза уже начинали сами собой слипаться.

Каждый придуманный навык система отклоняла. Слишком мощно для базового уровня. Слишком мощно. Слишком мощно. Я скрипел зубами, разминал пальцы, смотрел несколько секунд в стену, потом открывал интерфейс снова.

Прошло несколько дней. Завтра выписка. За окном больничного двора воробьи гоняли голубей — маленькие нагловатые птицы, которым не объяснили разницу в размере, — санитарка сновала по коридору, заглядывала в палаты, что-то поправляла, что-то проверяла; из-за приоткрытой двери тянуло хлоркой и варёной картошкой. А я всё сидел над интерфейсом, как над кроссвордом, в котором не хватает последней буквы и ты уже знаешь, что она где-то есть, просто не видишь её.

Потом щёлкнуло.

Я уник — но не единственный. Существуют базовые навыки, которые берутся не тренировками, а через таланты и предрасположенности. Врождённые, по сути. И я ни разу не смотрел, что пишут про уникалки.

Открыл — и завис. Списков было слишком много: похожие варианты тянулись страница за страницей, как прилавки на рынке, где каждый торгует одним и тем же с разными этикетками. Я копался в рейтингах, листал, отматывал назад, пока не наткнулся на один магический навык. Не то, что искал, но что-то в нём зацепило. Попробовал закрепить четвёртым слотом к базовым. Попытка — ничего. Ещё попытка — снова ничего. Потом навык вдруг подсветился — тихо, без всяких эффектов и фанфар, почти буднично.

Основной навык владения всей стихийной магией.

Я долго смотрел на надпись. Несколько секунд назад навык был недоступен — и вдруг стал приемлемым. Ничего внешне не изменилось. Я не делал ничего нового. Что произошло?

Я прокрутил в голове последние секунды. В тот момент думал о старой игре: замок, башни по периметру, авто-атака — стрелы огня, льда, молнии, земли — волна за волной по наступающим врагам. Просто вспомнил картинку после прочтения описания навыка и памяти в скоплении стихийных атак несущихся на вторженцев по узеньким проходам. Навык так и навевает воспоминания а многих часах проведенных за играми.

Воображение о применении навыка внутри класса Лорда позволило его закрепить.

Я медленно выпрямился, спина сама собой расправилась. Сердце стучало чуть громче обычного — ровно,