Липовый Адмирал - Александр Тулунский

дает коэффициент усиления не менее 15 децибел, что дает возможность уменьшить мощность и габариты приемо-передатчика, сохраняя такие же параметры, как при обычной антенне, которую необходимо растягивать  вверх, в пространстве.

Это было интересное новшество, на которое следовало обратить внимание, так как однажды, будучи красноармейцем, он видел, как  наши связисты пытались  установить связь по радиостанции, которая была громоздкой и тяжелой. И еще им пришлось поднимать антенну на большую высоту, что заняло определенное время. У рации с рамочной антенной эти недостатки отсутствовали. Конечно, у него мелькнула мысль, что у наших связистов такие приемо-передатчики уже существуют, но это не имело значения.

Через несколько часов напряженной работы, Николай в разделе рекламы наткнулся на еще одно интересное сообщение, в котором говорилось о поступлении в продажу бытовых радиоприемников, для которых не требуется устанавливать внешнюю антенну. И, буквально, одним предложением сообщалось, что эти приемники снабжены внутренней ферромагнитной антенной, имеющий орган настройки.

Николай даже удивился тому, что англичане, не стесняясь, сообщают в прессе о технических новинках, но это было их личное дело. А он, как технический эксперт, составил подробный отчет о выявленных им новинках, и передал его начальнику отдела.

Покатились, день за днем, трудовые будни, но в последующие несколько дней Николай ничего интересного в просмотренных газетах не обнаружил. Он даже стал укорять себя в том, что потерял внимательность и повторно пересматривал уже отложенные в сторону газеты, но, нет — ничего интересного там не было. У него даже испортилось настроение, хотя он прекрасно понимал, что в любой творческой работе всегда есть и взлеты и падения.

Но этот «минор» продолжался недолго, так как пришло письмо от его жены Гали (он еще не привык считать ее женой, супругой, а все еще думал о ней, как о невесте). Она сообщала, что отправила заказным письмом в Москву, в медучилище свое заявление с просьбой принять ее для продолжения обучения, и подала заявление в свое училище с просьбой подготовить необходимые для перевода документы. Разумеется, что в письме были слова о том, как она с нетерпением считает оставшееся денечки до встречи с любимым мужем, и постепенно готовится в путь. И еще она прислала нотариально заверенную копию свидетельства об их браке, и Николай, не раздумывая, заранее заказал для Гали пропуск и, предъявив эту копию коменданту общежития, получил комнату в крыле для семейных пар, куда сразу же и переехал.

За работой и подготовкой к встрече с любимой женой эти, «оставшиеся денечки» быстро пролетели, и Николай отправился встречать ее на вокзал, купив по дороге красивый букет цветов.

Ему казалось, что стрелки вокзальных часов замерли на месте, и что, кроме него, никто на это не обращает внимания, и даже намеревался отправиться с жалобой, правда, не знал — к кому.

Но не зря в то время говорили, что точность хода часов можно проверять по поездам, и Галин поезд подошел к платформе точно по расписанию, с точностью до минуты.

Во время поездки на метро, а затем на трамвае до Колымажного переулка, к месту службы и проживания Николая, Галя щебетала не переставая. Она передала приветы от своих родителей, девочек-соседок по общежитию медицинского училища и его коменданта, с которыми Николай был знаком, а еще привет от бывшего начальника райотдела милиции капитана Селезнева, которого случайно встретила перед отъездом.

Особое место в ее повествовании занял рассказ о событии, которое случилась в поезде. В соседнем купе одному из пассажиров, старичку, стало плохо, он стал жаловаться на боли в сердце, просил помочь и тогда проводник их вагона стал опрашивать пассажиров, пытаясь найти среди них медицинского работника. И добросердечная Галя на эту просьбу сразу отозвалась, сказав, что  является медсестрой и может сделать укол при наличии шприца и соответствующего препарата.

— Подожди, подожди, Галя! — остановил ее рассказ Николай. — Разве ты имеешь право делать уколы без назначения врача или фельдшера?

— Нет, конечно, не имею! — ответила Галя, — и я сразу об этом сказала, но проводник сообщил, что в поезде действуют свои, особые порядки, и привел начальника поезда, который принес большую аптечку, в которой оказались различные препараты и даже два  прокипяченных шприца в упакованных стерилизаторах.  А старичок сам определил нужные препараты, и я ему сделала болеутоляющее средство внутримышечно, и глюкозу — внутривенно, а начальник поезда составил какую-то бумагу, в который расписались он, проводник и сам старичок. И еще начальник поезда сказал, что вызовет на большую станцию, которая будет через два с половиной часа, скорую помощь, а эту бумагу передал проводнику, чтобы вручить ее медикам скорой помощи. И так все и произошло. Когда мы прибыли на эту станцию, в наш вагон сразу вошли врач и санитары с носилками, и старичка забрали, и он совершенно не возражал.

— Ну, ты молодчина, Галя! — похвалил ее Николай, — исполнила свой медицинский долг.

— Да, молодчина! — отозвалась Галя, — но это еще не все, Коленька, у этой истории оказалось продолжение, о котором я тебе расскажу, когда мы прибудем на место. Но, если вкратце, то в результате встречи с этим старичком у меня оказалась очень интересная книга, которая находится вот в этой, кожаной сумке.

И Николай, забывший обо всем на свете при встрече с любимой женой, только сейчас обратил внимание, что кроме известного ему Галиного чемодана, он держит в руке довольно тяжелую кожаную сумку, которую он раньше никогда не видел. Однако им уже нужно было выходить из трамвая, и он решил, что всю эту историю он узнает позже.

Глава 2

Новое место жительства Гале сразу понравилось, так как в выделенной им комнате было все необходимое для молодой семьи. Уже привыкшая к жизни в общежитии, она сразу же осмотрела небольшую