Башня Богов IV. Эхо Ривеннора - Антон Александрович Карелин

Я убрал в инвентарь ВСЕ вещи, кроме пояса живучести, его я снять не мог, если потеряю 200 хитов, кто знает, смогу ли выжить. В одном поясе сбежал вниз на три ступеньки и как только паук прыгнул мне в лицо — применил фазовый прыжок.

Астральный фон ободрал как наждак — представьте, что вы с разбега нырнули в воду, полную мелких осколков стекла. Боль резанула со всех сторон, я вывалился ниже по склону и, не удержавшись от инерции, покатился по лестнице, теряя хиты.

Астральное сито: −50 хитов (275/360)

На коже не было порезов, астральные колебания продирали сразу все ткани тела. Минус пятьдесят хитов убило бы не только обычного человека, но и большинство восходящих нижних уровней. К счастью, новый я был чрезвычайно живучим для своего уровня.

Физический урон: −4, −5, −7 (259/360)

Отскочив от третьей ступеньки, прямо на голое тело надел доспех, и удары о камни сразу стали снимать по нулям!

Дальше был поворот и платформа, там даже кто-то поставил каменную скамью, то ли из заботы, то ли с насмешкой. В эту скамью я и врезался, так, лёгкий тычок, какая же прекрасная вещь резист 20; тут же отдышался и повернулся назад. Паук стремительно скатывался за мной — но теперь он был позади, а мой путь свободен.

Я вскочил, прямо из инвентаря надевая одежду и обувь, и помчался вниз, оставляя немезиса позади, ведь его скорость передвижения была заметно ниже моей.

Но я снова недооценил тварь.

Паук подкатился к краю платформы и прыгнул в пропасть. Пролетел вниз и ударился о камни, разбился и замер. Я побледнел, потому что понял его замысел: убить себя, но оказаться внизу. Пока я лихорадочно спускаюсь, паук вернётся к жизни и снова преградит мне путь снизу! Что делать, соображай, Яр, второй раз астрал может не быть так нежен!

Паук упал рядом с ручьём, тонкие упругие струи которого хлестали с немалой силой в узком, глубоко проточенном русле. В голове вспыхнула идея, смелая, как нежданное дитя отчаяния и находчивости. Я подбежал к краю лестницы и стал кидать самые крупные камни, которые были рядом, стараясь попасть в русло ручья.

Сила 13 и воинское мастерство +20 сделало эту нетривиальную задачу выполнимой. Три раза из семи я промахнулся, но четыре внушительных камня угодили в русло ручья и перекрыли почти весь ток воды: ручей лился в запруду и бился о камни, огибал их в поисках прохода. Лапки паука дрогнули, он начинал возвращаться, ну же, скорее! Бурлящий пенистый поток вылился налево и накрыл тварь.

И это было уже не моё прямое или косвенное действие. Это была сила стихии.

Немезис ожил и попытался перевернуться со спины на ноги, но его потащило и смыло в ручей. Я смотрел, как чёрный комок барахтается, но стремительный поток уносит его всё дальше и дальше, пока ручей не нырнул в расселину, скрывшись под землёй.

УФ-Ф-Ф-Ф! Отряхнувшись, я выпил воды из фляги и умыл мокрое от пота лицо. Три-ноль, паучина. Но радоваться не было времени, Охота никого не ждёт.

* * *

— Мама, это ты?

Детский голосок донёсся из зарослей, вокруг колыхались без пяти минут джунгли — не такие влажные и южные, но лес в каньоне был густой.

— Мамочка, мне страшно! Нога застряла, подойди скорее!

Я даже ухом не повёл и двинулся дальше, перебегая от дерева к дереву по открытым пространствам, и не забывал смотреть наверх: откуда тоже может наброситься кто-то голодный и злой. Конечно, интересно, что там в гуще за монстр изображает ребёнка и приманивает сердобольных жертв. Может, гигантский паук-мимик сидит в глубокой норе и развесил невидимую паутину. А может, разумный гриб с облаками телепатических спор. Наверняка это монстр-менталист, раз говорит человечьим голосом.

— О-о, помогите, мужчина, нужна рука помощи! — раздался волнующий женский голос метров через тридцать.

Чуть позже с другой стороны донеслось:

— Псст, хочешь купить артефакт за бесценок?

Неизвестные существа пробовали разные подходы. Хотя вот уже повторяются:

— Мама, это ты? Мне страшно!

Какой подвижный ребёнок, недавно звал меня из бурелома, а теперь из подгнившего дупла. Хмыкнув, я взял кусок вяленого мяса из джаррских припасов, нанизал на острое навершие секиры и с некоторым трудом (тяжёлая, стерва) протянул длинное двуручное древко в заросшее травой дупло. Источник звука моментально среагировал на движение и запах: секиру оплели цепкие стебли, из темноты вылез здоровенный цветок, распахнувший пасть, полную зубов, и за секунду сожрал мясо.

— Мамочка, вкусно, — сказал он после паузы. — А ты уже идёшь? Так кушать хочется!

Я из принципа расхерачил секирой полусгнивший ствол и отрубил цветку-мясоеду все отростки, после чего взял его издохшую голову и получил системное сообщение: «Бесполезный органический материал». Тьфу, даже бросового компонента в тебе нет, гадость зубастая.

Ладно, идём дальше.

В первый час путешествия я встретил ещё пять смертельных угроз!

Гибкие лианы, которые пытались цапнуть и утащить наверх, в густую путаницу отростков-душителей. Перекатился, отбиваясь Вершителем, срезал три лианы и отбежал прочь. А буквально через минуту я наблюдал, как эти лианы поймали оленя, потащили брыкавшееся тело наверх и там с треском костей стали выжимать его досуха, а вся жидкость текла вверх, в аморфную губку, из которой и росли эти лианы. Брр.

Узкий проход между каменными зубьями сторожила громадная анаконда, похожая на поваленное бревно, она неподвижно выжидала. К счастью, зоркие глаза моего доспеха вычленили змею-маскировщицу из пейзажа, и я обошёл её максимально широким кругом.

На небольшой прогалине под сеткой трав темнела неплохо замаскированная яма, в глубине которой ждала ужина здоровенная пасть, полная присосок и вращающихся острых пластин. Я сбросил туда покрытое мхом бревно, и его перемололо в щепки.

В кроне дерева прятались здоровенные хитиновые жуки с мерзко зудящими крыльями. Издалека они напоминали коричневые плоды, но оказались живыми и гиперактивными. Я срубил троих, ещё двое ткнулись мне в спину туповатыми жалами, безуспешно пытаясь пробить защиту 20 по всему телу. Осознав, что эти твари не могут сделать мне вообще ничего, я спокойно прошёл сквозь недовольный зудящий рой, и жуки отстали.

Дальше пенилась стремительно звенящая речка буквально четырёх-пяти метров в ширину. Она стекала с порогов, расположенных выше, куда мне ещё предстояло карабкаться, а прямо передо мной сворачивала в сторону — и щедрым водопадом низвергалась в расщелину.

У звериного водопоя было подозрительно пусто и чисто, поэтому