В рейд пошла одна эльфийка - Анна Зимина

Зато шансы были у Ссаныча. Дико заорав, он вылез из кустов на защиту своего пищевого костлявого бога.

— Фу ты ну ты, — сказала Сарочка и шевельнула крылом. Ссаныч в ответ шевельнул хвостом и приготовился к нападению. Розочка сплюнула и на все это непотребство шевельнула Са Уроновой палочкой.

И Ссаныч, грозно мякнув, тоже отрубился. Он хоть к магии и невосприимчивый, но палочка Са Урона есть палочка Са Урона — вещь могущественная, серьезная, черномагическая. Она была изготовлена из эманаций эгрегора тьмы, бузины и жилы дракона, поэтому характер имела порой придурковатый.

— Вот и славненько, — пропела Розочка, глядя, как Сарочка взваливает на свои неслабые и нехрупкие плечи спящих кота и лича. — Костную муку и кошачьи шкурки нынче почем торгуют?

— По талеру с носа небось, — крякнула Сарочка.

— Ну, в замке Темного Лорда и толкнем, — задумчиво сказала Розочка, глядя на личевскую костлявую мордофель. Сарочка споткнулась немножко о корешок, взмахнула локтем, и спящему личу хорошенько прилетело в челюсть. И Розочке от этого стало на душе приятно, светло. Пусть и талер — деньги небольшие (хотя все равно приятные), а вот переработанный на костную муку лич — уже бесценно.

Сама Розочка даже при помощи Сарочки уничтожить лича не смогла бы, зато умельцы Темного Лорда и не с таким справлялись.

С этой доброй и приятной мыслью Розочка поспешила к замку быстрее. В ее прозрачных голубых глазах вспыхивал огонек возмездия.

— Отпусти! И забудь

Этот мир из твоих грё-оз, — довольно запела она себе под нос. Лич во сне дернулся — ему тоже хотелось присоединиться. Но Розочка еще раз взмахнула волшебной палочкой, и личу пришлось повременить с вокальным выступлением.

* * *

Януш, Галаэнхриель и зерриканки сидели в кустах у стены замка Темного Лорда. Отсюда был неплохой обзор, но это мало чему помогало. Януш чесал затылок, Галаэнхриель нервно дергала себя за косички, а зерриканки с восхищением смотрели на черные антрацитовые гладкие стены замка без окон.

— Ну, и дальше что, милый мой Януш? — спросила эльфийка, и Януш дернул плечом. Он как-то об этом не думал еще.

— Мы в бою стоим каждая семерых, если речь идет о людях, и каждая троих, если об орках.

— Да тут этих орков полчища, — взвыл Януш, но взвыл тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Перед воротами цитадели Темного Лорда был разбит лагерь. Лагерь был примечателен тем, что простирался от края замка Темного Лорда до края горизонта, и жило в нем столько орков, что можно …

— Пробраться внутрь можно только через ворота или по именному приглашению — особой метке на руке. Или телепортацией, но для этого придется замок захватить, — грустно сказала Галаэнхриель и тяжко вздохнула. Замок навевал на нее воспоминания лихой молодости. — Еще ворота открываются раз в неделю, и Наместник Темного Лорда рассматривает прошения своих подданных. Разбирает тяжбы, казнит, милует… иногда. У меня тоже была когда-то Наместница…

— И где она? — спросила Мадана. Она была дамой не очень тактичной. Там у них в Зеррикании все просто. Вот банан, вот кокос, вот они едят тебя, а вот их ешь ты. Грубовато, конечно, но общий принцип таков.

— Стала она пригублять вино священное да засыпать под Великим Дубом, а не дома в постели своей целомудренной. А потом нашла какого-то олога, родила от него троих детей и живет с ологовой матерью в Че Ля Би Не. Страшное место, конечно, — грустно пояснила эльфийка и снова тяжело вздохнула.

Вечерело. Орки сновали туда-сюда, ворота были накрепко заперты, и безнадега затапливала привратника и эльфийку. И стоило идти вот так, без подготовки? Зерриканки, посвященные в историю о Зое Валерьяновне, сопереживали и пару раз рвались в бой, но Галаэнхриель остужала их пыл и предлагала кофейку из фляжки.

Шли часы и минуты.

Тем темнее становилось на улице, тем громче и пьянее были вопли орков.

— За Темного Лорда! — ревела половина лагеря.

— За Са Урона! — вопила другая, а потом обе половины начали сходиться стенка на стенку для рукопашного боя.

— Вы таки шо, не боитесь потерять свой шалман? У меня пропуск! Сарочка, сделай! — закричал среди орочьей какофонии кто-то властным звонким голосочком. Януш любопытно высунул голову из кустов.

— Га! Шла бы ты, тетя, отсюдова, — сказал здоровенный орк с выбитыми зубами, фингалом под глазом и с запахом никогда не стиранных носков.

Фея (а это была, конечно, она) смерила орка нехорошим взглядом и вырубила его, даже не прибегая к волшебной палочке Са Урона. Она все ж таки была высокого уровня, а не всякой NPSной шушерой.

— Мальчики, вы таки хотите сделать милейшей Розочке и нашей доброй Сарочке плохо? Или вы таки хотите жить дальше в свое удовольствие, тетя Циля вас побери?!

Орки, хоть особым умом не обладали, но попритихли. У фей всегда была особая репутация.

Сарочка, растолкав не успевших разбежаться орков, вышла вперед, и привратник охнул.

— Галочка, это Славик! И Ссаныч с ним! Галочка!

Эльфийка тоже высунула голову из кустов.

Лич в дурацких дырявых штанах, похожий на дважды помершего зомби, свешивался черепушкой с правого плеча крепкой здоровой феи. Ссанычева задница и хвост свисали с ее левого плеча.

— Заманалась ваши трофеи тащить. Открывай давай! — сказала оркам у ворот Сарочка и показала черную метку на среднем пальце.

И ворота со скрипом приоткрылись…

— Пора, — севшим голосом сказал Януш, поцеловал эльфийку взасос и бросился, как дикий горный козел, прямо к открывшимся воротам.

* * *

— Януш, драгоценный мой! — горестно, как Ярославна на стене в Путивле, прокричала эльфийка, а потом побежала за своим возлюбленным. Зерриканки тоже, бодро перебирая стройными мускулистыми ногами, помчали за той, кому дали вечную клятву. Выбора у них особо не было.

Привратник, юркнув под ноги оркам, в мгновение ока оказался у ворот, толкнул Сарочку, сдернул с ее плеча Славика и подсек ноги Розочке. При этом он успел юркнуть в ворота. На этом его успехи закончились.

Орки-охранники привратника мгновенно скрутили.

— Эт-то что такое? — грозно спросила Сарочка и уперла руки в боки. Розочка, нахмурившись, уперла кончик палочки в горло Януша. Под шумок орк Гриша упер у орка Миши трофейную дубину из запасов Темного Лорда.

— Не троньте суженого моего! — прокричала эльфийка, распахивая плащик и выпуская светлые эманации. Эманаций этих было хрен да маленько, поэтому пользы от них было столько же, но вот прекрасная эльфийская грудь на орков впечатление все же произвела. Орочья хватка на горле Януша