Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

На складах громоздились ящики с оружием и снаряжением — хватило бы вооружить целую армию. В отдельных закутках мерцали силовые клетки, за прозрачными стенками которых метались жуткие, изуродованные твари. Мутанты, ошибки природы и порождения Аномалий. Все это ждало своего часа, чтобы быть проданным в частные зверинцы или на подпольные арены.

Но самое страшное поджидало князя впереди. За массивной бронедверью с окошком-бойницей располагался лабораторный комплекс, где беспринципные «хирурги» потрошили живых людей ради наживы.

Сквозь мутное стекло Кривотолков увидел операционный стол, залитый кровью. Хирург в перепачканном красным халате сосредоточенно копался в развороченной грудной клетке очередной жертвы. Ассистент споро упаковывал в капсулу извлеченные внутренности — свежий товар, уже нашедший своего покупателя.

В соседнем отсеке теснились клетки с «живым товаром». Обреченные, отчаявшиеся люди — поставщики биоматериала для черного рынка. В основном это были представители городского дна — беспризорники, бездомные, опустившиеся мутанты. Никто не станет искать этих несчастных, не хватится, если они исчезнут навсегда.

Оборванные, голодные, избитые — они сидели прямо на холодном металлическом полу, обхватив колени руками. В их остекленевших глазах не было ни проблеска надежды — лишь тупая покорность скота, обреченного на убой.

— Впечатляет? — подобострастно поинтересовался один из сопровождающих, перехватив тяжелый взгляд князя, — Все по высшему разряду, без халтуры-с! Свежачок каждый день, покупатели прям в очередь выстраиваются!

Кривотолков промолчал. Он и так знал, что дела идут отлично, регулярно получая свою долю за покровительство.

Внезапно в дальнем конце коридора раздался грохот и крики. Кривотолков невольно обернулся на шум, брезгливо поморщившись. Из бокового ответвления, спотыкаясь и хромая, вывалился изможденный человек в окровавленных лохмотьях. Лицо несчастного представляло собой сплошной синяк, губы были разбиты, а глаза лихорадочно блестели. Видно было, что совсем недавно его жестоко избили.

Следом за беглецом с гиканьем и руганью выскочила группа вооруженных бандитов. Они явно намеревались поразвлечься с добычей, прежде чем отправить ее под нож живодерам. Хищные, нетерпеливые взгляды головорезов не оставляли сомнений в дальнейшей судьбе беглеца.

Но измученный пленник, похоже, решил испытать последний, отчаянный шанс на спасение. Заметив приближающегося князя, он издал сдавленный хрип и, пошатываясь, бросился вперед.

— Ваша Светлость! — пронзительно закричал несчастный, падая на колени перед Кривотолковым, — Смилуйтесь, заступитесь! Я ведь узнал вас! Вы же благородный князь!

С этими словами изувеченный пленник простер к князю иссохшие, скрюченные руки. Его пальцы тряслись, из порезов сочилась кровь. Измученные глаза молили о пощаде, о снисхождении.

Увы, жертва обратилась не по адресу. Кривотолков, чье лицо не дрогнуло ни единым мускулом, одним коротким движением вскинул тяжелую трость и с размаху опустил ее на голову бедолаги. Набалдашник смачно чавкнул, круша зубы и ломая скулу.

Беглец взвыл от боли и повалился на пол, суча ногами в луже крови. Князь же невозмутимо переступил через корчащееся тело, одергивая безупречный костюм. Его взгляд оставался холоден и безразличен, словно все происходящее нисколько его не касалось.

— Куда тянешь свои руки, скот? — процедил Кривотолков, поправляя платиновые запонки, — Этот костюм стоит дороже, чем вся твоя никчемная жизнь. Прочь с глаз моих.

Страдальчески застонав, израненный пленник попытался уползти, но подоспевшие бандиты с гиканьем пресекли его потуги. А потом, без лишних церемоний схватив стонущего пленника за руки и за ноги, поволокли прочь по коридору. Несчастный уже не кричал — лишь тихо скулил от боли и безысходности.

Князь же, бросив на избитого беднягу последний равнодушный взгляд, небрежно стряхнул с рукава несуществующую пылинку. В его ледяных глазах не отразилось ни тени сострадания или хотя бы интереса.

Процессия, наконец, достигла дверей в святая святых — личные покои братьев Мартемьянов. Жестом отпустив конвой, князь решительно вошел в обитель главарей.

Вадим и Глеб, предводители Черных Хирургов, расположились в просторном зале, более всего напоминавшем гибрид кабинета и казармы. Бронированные стены были увешаны оружием и трофеями — черепами, скальпами, засушенными головами. На массивном столе громоздились многочисленные гаджеты и терминал.

Братья и сами выглядели весьма колоритно. Вадим был широк в кости, грузен, с бритой налысо головой и свирепой мордой потомственного вышибалы. Глеб, напротив, смахивал на интеллигента — поджарый, с аккуратной бородкой и внимательным, цепким взглядом. Но стоило приглядеться, и становилось ясно — оба опасные, матерые хищники, лишь притворяющиеся цивилизованными.

— Какие люди! — расплылся в масленой ухмылке Вадим, картинно всплеснув ручищами, — Князюшка, никак собственной персоной! Вот уж не ждали, не гадали!

Глеб смерил гостя более настороженным взглядом. В его глазах явственно читался немой вопрос — какого черта Кривотолков заявился лично? Да еще и без охраны! Ведь лишь избранные приближенные братьев знали о негласном альянсе с князем. Для рядовых бойцов визит аристократа стал полной неожиданностью.

— И в самом деле, с чего вдруг такая честь? — осторожно осведомился Глеб, теребя бородку, — Неужто стряслось чего? Так мы всегда готовы услужить, ты ж знаешь…

Но Кривотолков оборвал его на полуслове.

— Хватит болтать! — отрывисто бросил он, стукнув тростью об пол, — Имею к вам ряд вопросов, господа хорошие. И очень надеюсь получить на них внятные ответы. Немедленно!

Братья невольно переглянулись. От князя явно веяло ледяной яростью, плохо скрытой под маской вежливости.

— Никаких проблем, — пробасил Вадим, криво ухмыляясь, — Чего изволите спросить-то? Мы тут, почитай, самые верные ваши слуги будем!

Князь неторопливо уселся в массивное кресло, положив трость на колени. Несколько долгих, тягучих мгновений он изучал братьев тяжелым немигающим взглядом. А затем, глядя в упор на Глеба, процедил:

— Кто приказал вам шарахнуть ракетой по предприятию Безумовых⁈ Теперь все на ушах стоят, вопят о терактах и возмездии! Вы хоть понимаете, насколько все это усложняет мое положение⁈

На лбу Глеба выступили крупные капли пота. Его брат тоже как-то сник и напрягся. Похоже такой поворот застал их врасплох.

— П-позвольте, Ваша Светлость! — выдавил Глеб, —