Отверженная Всадница - Керри Лоу

упала на колени и взмахнула обоими клинками высоко над головой, двигаясь быстро, как стремительный светлячок. Клинки Тариги отбросили её в сторону, а руки Эльки были широко разведены, оставляя её незащищённой. Это был момент, которого Эйми, очевидно, ждала, и её клинок, сверкнув на солнце, устремился к груди Эльки.

— Ми Спаркен! — выругалась Элька, едва успевая заблокировать её атаку.

Её икры ударились о скалу, и она почувствовала под коленями край скалы. Они прижали её к краю тренировочной площадки.

— Закончили? — спросила Эйми.

— Никогда!

На мгновение Элька представила себя героиней книги, на обложке которой была нарисована она сама и Инелль. Увлёкшись фантазией, она атаковала. Но она была в невыгодной позиции, и движение получилось неуклюжим. Эйми перехватила свой правый ятаган обеими руками и резко повернула лезвия. Ятаган Эльки выскользнул из её руки и отлетел в сторону по камню. Выставляя себя напоказ, Тарига крутанула рукоятками, взмахнув клинками, а затем обрушила их оба на левый ятаган Эльки. Он с грохотом упал на землю.

Она была обезоружена, но она была героиней и не собиралась сдаваться. В тот момент, когда Эйми и Тарига подумали, что взяли верх, она развернулась, зацепилась каблуком за скалистый выступ позади себя и подтянулась. Склонившись над двумя другими Всадницами, она вытащила из-за подвязки на бедре три метательных ножа. Зажав их между пальцами правой руки, чувствуя, как холодный металл касается её кожи, она улыбнулась им.

— О, и кто теперь жульничает? — Тарига многозначительно посмотрела на её ножи.

— Ставлю десять прэссов, что ты не сможешь нанести смертельный удар всеми тремя, — Эйми указала на тренировочные манекены, стоящие, как статуи, на краю плато.

Элька закрыла глаза и сделала глубокий вдох, успокаивая бешено колотящееся сердце. Кончики ножей слегка кольнули её ладонь. Открыв глаза, она посмотрела на манекен в центре и быстро метнула ножи один за другим. Каждая из них крутанулась в воздухе и с приятным стуком попадала в цель, погружаясь в солому на лбу, шее и прямо между ног манекена.

— Правда? В пах, а не в сердце? Ты хочешь о чем-то поговорить? — Тарига посмотрела на неё, высоко подняв светлые брови, затем лязгнула своими ятаганами. — Вот она, вот настоящая причина, по которой ты уехала из Таумерга. Какой-то парень разбил тебе сердце, не так ли? Ну, он бы пожалел об этом, если бы сейчас увидел тебя.

Перед глазами всплыло лицо Даана — смуглая кожа, мягкие волосы, губы, вкус которых ей до сих пор хотелось ощутить. Другие воспоминания о Таумерге со временем стёрлись, но не о Даане. Она никогда не рассказывала о нём никому из Всадниц, а теперь было уже слишком поздно, потому что ей пришлось бы признать, что она лгала в течение многих лет. Оттолкнув мысли о Даане в сторону, она заставила себя рассмеяться и подмигнуть Тариге. Эйми протянула ей руку и помогла спрыгнуть со скалистого выступа. Когда Элька собирала свои упавшие травинки, она услышала хруст снега под ногами.

— Что вы тут делаете, кроме как позволяете холоду высасывать из вас все искры? — окликнула их Натин, подходя к ним. Она низко надвинула шапку и высоко подняла шарф.

— Очевидно, мы крутые, — ответила Тарига, но стала собирать их куртки, и Элька с благодарностью надела свою. Ветер прижимал её мокрую от пота рубашку к спине, заставляя её дрожать. Она вложила свои ятаганы в ножны и, зажав их подмышкой, пошла за своими ножами.

— У нас, — Натин обвела их всех пальцем, — до полудня нет никаких дел, поэтому мы собираемся позавтракать в Киерелле. Мне нужны вафли.

— Звучит заманчиво, — улыбнулась Тарига.

— А Пелатина... - начала Эйми, но Натин перебила её.

— Да, не свались своего дракона, она тоже придёт. Клянусь, иногда между вами двумя вспыхивает искра. Того, как вы с любовью смотрите друг на друга, было бы достаточно, чтобы заставить меня отказаться от вафель, если бы я не была так голодна.

— О, а ты с Халфеном? — возразила Эйми.

— Пфф, это другое дело.

Элька засунула ножи обратно за пояс, и в животе у неё заурчало. Завтрак действительно показался ей хорошей идеей. Она присоединилась к остальным как раз в тот момент, когда Натин вытащила письмо из кармана плаща.

— Вот, тебе почта, — Натин протянула ей письмо.

Элька сразу узнала почерк Торсгена, и внутри у неё всё сжалось. Письмо лежало на ладони Натин, словно сжатая пружина. Она вспомнила, как сгорело последнее письмо от её брата, превратившись из бумаги и чернил в пепел за секунду, когда Инелль подула на него дыханием дракона.

— Ты не возьмешь его? — спросила Натин. — Оно не тяжелое, но у меня замерзает рука.

Она всё ещё колебалась, боясь даже подумать, какие слова Торсген приготовил для неё на этот раз.

— Элька? — голос Эйми был нежен, как снежинки.

Она схватила письмо, чувствуя, как сминается жесткая бумага в её руке.

— Простите, я была далеко, во сне.

Тарига захлопала в ладоши с радостной улыбкой на лице.

— Ага! Это от мальчика, не так ли? Я же говорила, что он пожалеет, что бросил тебя. Держу пари, это он умоляет тебя прилететь обратно и сразить его наповал.

Элька подавила свой страх и заставила себя улыбнуться. Натин, конечно же, ухватилась за предположение Тариги.

— Тайный любовник, да? Интересно, — она скрестила руки на груди и многозначительно посмотрела на Эльку. — Значит, когда ты сказала нам, что никого не оставила в Таумерге, ни семьи, ни друзей, ни тоскующих по тебе парней, это было неправдой?

Элька знала, что девушки дразнят её, но всё равно её кожу покалывало от того, что её назвали лгуньей, а сердце колотилось о рёбра, как неисправный поршень.

— Оставь её в покое, Натин. Пусть у Эльки будут свои секреты, — сказала Эйми, отчитывая подругу и подмигивая Эльке.

Почему-то от того, что Эйми защищала её, ей стало ещё хуже, чем от обвинений Натин.

— Кажется, кто-то упоминал о вафлях? — Тарига помахала рукой в знак приглашения и направилась обратно к Антейллу.

Эйми и Натин последовали за ней, но Элька отстала. Она боялась, что после того, как сожгла последнее письмо Торсгена и не ответила на него, он, возможно, разочаровался в ней. Она надеялась, что так оно и было, но, похоже, он этого не сделал.

— Я вас догоню, — крикнула Элька, размахивая письмом перед остальными.

Натин одарила её ухмылкой, но Эйми озабоченно нахмурилась.

— С тех пор, как появилось это письмо, ты выглядишь так, будто беспокойство гложет тебя изнутри. Если тебе кто-то нужен, я посижу и послушаю за чашкой чая, если ты захочешь