Объект Исследования - Ника Летта

— Спокойно, — произнёс он, но теперь его голос уже не звучал уверенно. — Паника ничего не даст.

Она резко повернулась к нему.

— А что даст? — почти сорвалась она. — Объясни мне, что именно здесь даст хоть что-нибудь?

Он сжал челюсть, снова коснулся панели, безрезультатно. В кабине стало душно или ей уже просто не хватало воздуха. Каждый вдох шёл туго, как будто пространство вокруг медленно сжималось. Из динамика донёсся искажённый голос системы:

[— Ошибка... системы... активирован... аварийный тормоз...]

Последние слова захлебнулись помехами и превратились в металлический шёпот. Эльвира сильнее вцепилась в поручень. Ладони вспотели, металл под пальцами казался ледяным. Снова скрежет, будто что-то огромное, невидимое, цеплялось за корпус кабины снаружи.

Она зажмурилась на секунду. Нет. Нет. Нет. Только не падение. Только не здесь. Только не в этой металлической коробке, висящей посреди пустоты.

— Это катастрофа, — немного истерично захрипела она.

— Не говори так, — отрезал приу слишком быстро и резко, словно сакм пытался убедить себя, что все будет хорошо. Лифт дёрнулся вниз, не сильно, но достаточно, чтобы у Эльвиры провалилось всё внутри. Она вскрикнула, ударившись бедром о поручень. Красный свет снова мигнул. Панель вспыхнула и тут же почернела.

— Это симуляция? — спросила она, хватаясь за первую же ложь, которая могла хоть что-то удержать. — Скажи, что это симуляция.

Студент посмотрел на неё и не ответил сразу. Это молчание было страшнее всего остального.

— Если и симуляция, — наконец произнёс он, — То кто-то вывел её за рамки протокола.

Слова ударили сильнее, чем новый толчок. Значит, кто-то сделал это намеренно и они не застряли. Их оставили здесь, специально. Эльвира облизнула пересохшие губы. Сердце колотилось так сильно, что казалось — ещё немного, и оно просто сорвётся с ритма.

— Мы выберемся, — сказала она и сама услышала, насколько неубедительно это прозвучало.

Лифт ответил глухим ударом снизу, кабина просела на несколько сантиметров. Этого хватило, внутри неё что-то оборвалось.

— Чёрт... — в паническом припадке повторяла она. — Чёрт, чёрт...

А затем резко повернулась к приу.

— Как тебя зовут?

Он моргнул, словно этот вопрос был последним, чего он ожидал в эту секунду.

— Тавин... Броздо.

— Слышь Броздо, — повторила она быстро, цепляясь за имя, как за что-то реальное. — У тебя есть связь? Коммуникатор? Браслет? Что угодно?

Он опустил взгляд на запястье, будто только сейчас вспомнил о нём.

— Я уже пытался—

— Тогда пробуй ещё! — сорвалась она, хватая его за руку. — Я не собираюсь здесь сдохнуть, потому что какая-то мразь решила проверить, как я поведу себя в аварии!

Он дёрнулся, но не отстранился. Второй рукой ударил по сенсору на браслете. Индикатор вспыхнул, мигнул и погас.

— Связь глушится, — сказал он, и это прозвучало уже по-настоящему страшно.

Искры с потолка хлестнули ярче. На миг кабина осветилась резко и жестоко, выхватив из темноты его лицо — уже без маски спокойствия, с напряжённой челюстью и расширенными зрачками. Потом всё снова утонуло в красноватом сумраке.

Снизу раздался треск металла, как если бы что-то внутри шахты начало не выдерживать нагрузку. Лифт рвануло вниз. На этот раз по-настоящему. Мир исчез. У Эльвиры не осталось ни стены, ни пола, ни дыхания — только обрыв, пустота и животный, немой ужас, когда тело уже понимает раньше сознания: опора ушла.

ЗА ПРЕДЕЛАМИ КАБИНЫ. СМОТРОВОЙ ЦЕНТР АКАДЕМИИ.

Мей’Тарин стоял у панели наблюдения, наблюдая за данными лифта. Локальные скрипты показывали ровные линии работы, как будто система работала исправно. Однако он знал, что под поверхностью активен его код: небольшой вирус заглушил внутренние датчики кабины и имитировал случайный сбой.

— Ты не сможешь увидеть слабость системы, пока сама не столкнёшься с ней, — пробормотал он себе под нос. Его золотые глаза на мгновение задержались на голограмме лифта, который вот-вот должен был рухнуть

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ МЕДИЦИНСКИЙ КОРПУС АКАДЕМИИ

Шиардан сидел на краю стола в стерильном медицинском отсеке Академии. Его спокойствие казалось непробиваемым. Перед ним стоял медик, представитель расы эрхов.

Медик внимательно смотрел на голографический дисплей, где отображались показатели здоровья. Его пальцы уверенно выделяли ключевые данные.

— Завышенная температура, нестабильная нейронная активность, — произнёс он, не поднимая глаз. — Ваша физическая форма ещё держится, но эмоциональная система под угрозой.

— И что ты предлагаешь? — равнодушно отозвался Шиардан.

Медик повернулся, его голос звучал не без укоризны:

— Вернуться на Релланис. Вам необходимо пройти церемонию балансировки, чтобы избежать перегрузки. Ваша раса не игнорирует эти процессы без последствий.

— Я в порядке, — отрезал Шиардан.

— Без партнёров, способных разделить эмоциональную нагрузку, ваш организм долго не выдержит, — спокойно продолжил медик. — Если вы откажетесь, я вынужден буду обратиться в Совет Академии с официальным запросом.

Шиардан лишь усмехнулся, глядя в сторону.

— Думаешь, они поддержат такую "инициативу"? Не думаю, что у Совета сейчас есть время на создание идеальных союзов.

Медик ответил холодным взглядом:

— Вопрос не в удобстве, а в выживании. Нестабильность уже влияет на ваши решения.

— Всё сказано? — сухо перебил его Шиардан.

Медик выдержал паузу, затем отправил результаты в базу данных.

— Вам известно, что делать. Последствия отказа могут затронуть не только вас, но и вашу кафедру.

Его тон стал более жёстким:

— Ваша способность к самоконтролю известна, но это не отменяет биологических потребностей. И не забывайте: вы не только мастер, но и представитель своей расы.

— Я услышал, — коротко ответил Шиардан, его голос стал резким.

Медик выдержал паузу, затем вернулся к панели, отправляя данные.

— Если откажетесь выполнять предписания, последствия приведут к пересмотру вашей квалификации

Шиардан встал, кивнул на прощание и вышел из медицинского корпуса. Внутри него закипала смесь раздражения и скрытой тревоги. Слова медика продолжали звучать в голове, но он не хотел их признавать.

Коридоры станции погрузились в мягкий свет, отражая приглушённый гул двигателей. Шиардан шёл быстрым шагом, его руки сжимали дорожный планшет. Внутренний конфликт не отпускал.

Его взгляд задержался на списке рейсов, но мысли вновь вернулись к землянке. Она, вопреки всем ожиданиям, начала слушать его, а не видеть в нём очередного представителя системы. И теперь, когда она сделала шаг навстречу, его вынуждают оставить её.

На очередном повороте он заметил две массивные фигуры. Каррис и Шеррас, студенты его кафедры, только что сошли с прибывшего корабля. Каррис первым заметил наставника, кивнул, но