Лорд, построим мир с нуля? Ну или перестроим! - ИллювиА

по кружкам. Заварка у него была своя, пахучая, терпкая — он доставал её откуда-то из внутреннего кармана, как алхимик достаёт катализатор. Роман сидел над разложенной на коленях картой и водил пальцем по юго-западному углу надела, будто искал на ней то, чего не нарисовано.

Я сел, придвинул миску. Каша. Степан варил кашу так, словно она тоже часть стройки — по пропорции, по времени, без лишних движений.

— Значит, поле, — сказал он вместо приветствия. — Сколько манны сольёшь?

— Девять колодцев уже в работе. К вечеру подниму ещё пару, если восстановление не подведёт.

Он кивнул, как кивают прорабы: не «хорошо», а «принял к сведению».

Роман оторвался от карты.

— Поле — это понятно. Но ты забиваешь ману в распашку, а планировку никто не заложил. Потом дороги перекапывать, слив подводить, под фундаменты выравнивать. Я бы начал с сетки.

— Сетка на бумаге, Роман. А земля у меня сейчас — дернина с мутировавшим репьём по краям. Пока не распашем и не огородим, никакая планировка не удержится.

— Огородить — это да. Забор до первых дождей, иначе бродячие твари с востока потопчут всё, что посадим. И не из жердей, а системный, хотя бы первый ранг. Жерди здешние кусты не остановят.

— Системный забор тянет ману на поддержание, — заметил я.

— А урожай не тянет? — Роман отложил карту. — Посчитай на полгода. Разовая заливка манны в постройку выгоднее, чем потерять сезон из-за того, что ночью кто-то выел грядки под корень.

Степан хмыкнул в кружку.

— Сперва — стены и крыша для людей, потом — для капусты. Капусту, если что, можно пересеять. Людей не пересеешь.

— Людей тут пока трое, — сказал я. — Четверо с Мартой, если она всё же согласится.

— Согласится, — Степан снял с козла кусок хлеба, отломил. — Девка к растениям тянется, а у тебя их тут больше, чем людей. Дай ей теплицу — не уйдёт.

Роман скривил угол рта — то ли согласился, то ли посчитал в уме ещё одну постройку, которую не вписали в его сетку.

— Теплица — это после жилья, — сказал я. — Сейчас порядок такой: колодцы, поле, забор. Потом жилой дом под Степанову смену и сад. Ферма — третьим этапом, когда будет чем кормить скотину, а не наоборот.

— Разумно, — Роман вытащил карандаш из-за уха и что-то пометил на карте. — Но забор я сдвинул бы на западную границу сразу, с запасом под расширение. Не строить же его дважды.

— Строить дважды — это как раз по-нашему, — сказал я, допивая кофе. — Сначала дешёвый, чтобы держал. Потом, когда появятся манна и рабочие руки, — нормальный, по периметру всего надела.

Степан глянул на меня поверх кружки.

— Дёшево — это когда забор не жалко выбросить. Дорого — когда жалко, а выбросить пришлось.

Роман засмеялся, коротко, без веселья.

— Записывай в контракт пунктом про мудрость. Лорд у нас, гляжу, с философской жилой.

— Лорд у нас без города, — напомнил я. — Поэтому пока что я тот, кто будет выгребать из колодцев ману и смотреть, как вы двое спорите о заборе.

Помолчали. Ветер тянул с юга, нёс запах сухой травы и маны — сладковатый, как озон после грозы, только с горчинкой. Где-то на краю поля прошуршало, и Роман машинально положил ладонь на рукоять разрядника.

— Это ветер, — сказал Степан. — Не дёргайся.

— А если нет?

— Тогда и узнаешь. Но пока ветер.

Я поднялся, ополоснул кружку из фляги.

— Значит, так. Ты, — кивнул Роману, — до вечера снимаешь рельеф и ставишь колышки под первый клин поля. Ты, — Степану, — Еще пять гектаров полей, уже по разметкам Романа. Ну и Марта проводит засев пшеницы.

— Колодцев маны у нас уже девять, — рассуждаю я — Но даже так мана не резиновая, а планировать надо так, будто резиновая и её вечно не хватает.

— Вот и я про то же. — Роман сложил карту. — Не резиновая, а планировать надо так, будто резиновая и её вечно не хватает.

Степан поднялся, собрал миски.

— Всегда не хватает. На то и стройка.

Закончив с завтраком, работа закипела. Роман быстро начал размечать территории под поля, Степан же не теряя времени создавал эти самые поля. Марта следом за ним засеивала пшеницу. Только Леха бродил пока без дела, развлекая окружающих своими выходками.

Пока все были заняты своим делом, я продолжая копаться в настройках постепенно составлял планы на будущее, попутно составляя список вакантных должностей, которые моя территория должна заполнить в кратчайшие сроки.

И список этот с каждой моей мыслью только рос в ширь и даль, ведь работы на территории не почат и край.

Из персонала мне были необходимы практически все от простой охраны от залетной дичи которая могла пролезть на территорию невзирая на отпугиватель и до всяких поваров да казначеев, без которых ну просто не обойтись.

Выдав указания, оставил народ заниматься своим делом и пошел прогуляться по городу авось найду перспективных кандидатов на трудоустройство.

В таком темпе время неспешно проходило и территория обрастала так сказать жирком.

Глава 20

Неделя прошла за цифрами и форумами. Свет от голографического экрана лился на мятый листок с расчётами, на кольцо от кружки с давно остывшим чаем. Уровень рос медленнее, чем я рассчитывал, но к концу недели добрался до пятнадцати. И тут я вспомнил, что на десятом так и не взял навыки: голова тогда гудела от навалившегося, и я просто забыл. Теперь пятнадцать — пора разбираться.

За эту неделю я понял разницу между своими навыками и чужими. У других улучшение идёт от базового числа, у меня — от процента. Я сидел с калькулятором, нажимал кнопки, смотрел, как цифры выстраиваются в столбики, и наконец увидел сам факт. В основе своей оба улучшения одинаковы. Но если копнуть глубже, моё процентное улучшение — это умножение. Оно способно возводить обыденные вещи в другое измерение.

Обычное улучшение — как будто складываешь редьку поверх редьки. Можно уложить их до потолка, но редька останется редькой и упрётся в предел своего вида. Моё же улучшение — процентное наложение, по сути умножение. Оно преодолевает эти пределы: на моих грядках из обычных семян вырастает редька редкая или даже что-то более высококлассное.

Вот что дала мне неделя лазания в системных окнах и на форумах. Я нашёл описания похожих навыков — с процентами вместо чисел. Такие попадаются редко и ценятся независимо от класса. Воин бьёт уроном выше ожидаемого. Кузнец куёт клинок, пробивающий броню классом выше. Фермер выращивает редкую редьку из семян обычной.

И вот тут появляюсь я —